Sleepy Xoma – Земля разбитых грез (страница 29)

Утром продолжили путь, и целый день топали по запруженной людьми дороге. К счастью, никто не обращал на нас внимания, и я даже расслабился и подумывал пообедать в каком-нибудь трактире, но Айш-нор оказался неумолим — с каждой пройденной милей он все лучше чувствовал своего старого приятеля, а потому, будь его воля, мы бы уже неслись к нему, сломя голову.

Хорошо, хоть, позволил немного передохнуть и перекусить, а то ведь чувствовалось, как ему не терпится встретиться с корешем.

Дети переносили такой марафон достаточно неплохо: не жаловались, шли ровно и спокойно, было видно, что выносливости им не занимать. Более того, они не лезли ко мне с вопросами, а потому, когда наступал черед очередного урока демонической магии, мы могли по часу-полтора идти, не произнеся ни единого слова.

Ближе к вечеру в паре километров от дороги показался лес. И вот тогда-то Айш-нор сорвался с катушек по-настоящему. Он летал вокруг, подгонял, торопил, нудел и ныл, точно в последний раз.

Чтобы хоть как-то дистанцироваться от голоса контрактора, постоянно звучавшего в моей голове, пришлось пойти на хитрость — я задал детям очередной вопрос. Первый, что пришел в голову.

— Слушайте, а чем осколочное королевство отличается от обычного?

Подростки, которые уже привыкли идти в тишине, воззрились на меня, точно на полного психа.

— Господин, это странный вопрос, — подал голос парень, старательно избегая использовать преступный жаргон.

— Считайте, вопрос испытанием, — выкрутился я. — Ну так что?

— Ну, осколочные, они, эта, ну епта, ну, — Илэр наморщил лоб, пытаясь найти ответ, и на помощь ему пришла сестра.

— Осколочные королевства, — заученно проговорила она, — есть наследники Древнего Мира, хранители его тайн и знаний, последние огоньки света в мрачном царстве тьмы.

— Ты где это таких слов понабралась? — удивленно спросил брат.

— Помнишь того книгочея? — чуть зарделась девочка. — Ну, которому старший меня передал в награду.

— Ну да, он тебя еще неделю пользовал.

— Он добрый был, истории всякие рассказывал.

Илэр вздохнул и с видимой любовью потрепал сестру по лбу.

— Ясно. И чего он еще болтал?

— Этих королевств четыре: земля паладинов Эйри, волшебный лес зверолюдов Метса, дом мудрости Ойлеан и империя кровавых магов Махансап. Наше королевство, как и все соседние, помогают паладинам воинами и припасами, за что воины света оберегают простой люд от некромантов с юга. Северяне же стерегут единственный переход через горы. А мудрецы Ойлеана стараются воскресить знания погибшие в горниле Последней Войны и борются с народом моря.

— А чего за война такая? — брат не на шутку заинтересовался рассказом сестры.

— Не знаю, он про это не рассказал, очень хотел, чтобы я ему, ну, ртом… — девочка покраснела, — а как кончил, сразу уснул.

Ага! — раздался в голове довольный голос ворона, который немного успокоился, сел ко мне на плечо и теперь внимательно слушал. — Удачно сих детей с собой мы взяли.

«А кто-то собирался их прикончить», — подумал я, надеясь, что пернатый уловит эту мысль. — «Без них и не выяснили бы такие важные сведения».

Не будь глупцом, мы это все равно б узнали.

«Ладно, как скажешь. Главное, что ясно направление поисков. Будем рыть информацию об этом Ойлеане. Ты, кстати, за десять лет затворничества о нем ничего не слышал?»

Увы, ни слова.

«Ладно, как-нибудь сдюжим», — заметно повеселел я, почувствовав, что дело наконец-то движется с мертвой точки.

— Кстати, Морвин, а про Ойлеан ты помнишь что-нибудь еще?

— Почти ничего, госпо… ой! — девочка не договорила.

Она замерла и с ужасом уставилась вперед. Ее брат — тоже.

Я, сразу же приготовившийся к бою, удивленно воззрился туда, куда смотрели дети. В свете угасающего дня мы разглядывали опушку. Впереди темнел лес, перед которым на здоровенном столбе была вывешена табличка с намалеванным на ней странным знаком, крайне знакомым мне.

— Что случилось?

— Запретный лес, — сплюнул Ирэн, — совсем из башки вылетело, что он тут.

— А что с ним не так?

Живут в нем звери, что людей пожрать всегда готовы, — вместо детей объяснил демон, — печати держат их, хотя уже не новы. Коль по тропе пойдем, ничто нам не грозит, но лишь с нее ступи, как смерть в лицо глядит.

«Дай догадаюсь, твой приятель обитает именно тут?»

Ты прав, уж зов его я слышу непрестанно. Как заночуем — мы его найдем.

Я посмотрел на небо. Солнце опускалось, но до темноты оставалось, пожалуй, около часа. К тому же, у нас с собой были факелы — я купил несколько новых на рынке.

Ладно, поглядим, что там за приятель у Айш-нора. И я ободряюще улыбнулся детям.

— Не волнуйтесь, все будет хорошо, идем.

Местечко это не внушало оптимизма. Сперва мы шли по березняку и все было нормально, затем нырнули в ельник, и вот тут всем стало не по себе. Узкая колея вела меж здоровенных стволов, изуродованных и искаженных неведомой силой. Из лесного сумрака на нас время от времени поглядывали чьи-то не слишком добрые глаза, и, если бы не многочисленные печати, мерцающие слабым голубым светом, да непрестанные понукания Айш-нора, я точно развернулся бы и пошел прочь. Или даже побежал.

Лес тянулся, тянулся и тянулся, не думая прекращаться. А вот силы нашей группы явно подходили к концу — через час ходьбы дети наконец-то стали проявлять заметные признаки усталости, да и у меня зверски болели ноги. Если бы не новоприобретенная регенерация, наверное, стер бы ступни до крови. Увы, но в армии я не служил, а потому не обладал важнейшим скиллом любого ветерана, именуемым «намотать портянки».

Стало ясно, что пора отдыхать. Вот только где? Этот вопрос, к счастью, разрешился сам собой — в один прекрасный момент дорога расширилась, превращаясь в овальную площадку с несколькими кострищами и деревянными колодами, годящимися под сидения. Тут даже имелись дрова, аккуратно сложенные в небольшую поленницу.

Похоже, в этих местах вообще любят организовывать места для ночевки на дорогах. Что ж, повезло.

— Думаю, нужно устроить привал. Никто не против?

Вместо ответа дети обессиленно повалились на землю.

Мы развели костер и поужинали, после чего новоприобретенные спутники почти мгновенно заснули.

Как только это произошло, Айш-нор встрепенулся, подобрался к самой границе леса и замер, точно прислушиваясь.

— Что такое?

— Тихо, — оборвал меня демон, продолжая свое занятие.

Он замер, став похожим на чучело, изготовленное искусным таксидермистом, даже моргать — и то перестал. Медленно потекли томительные минуты ожидания. Одна, вторая, третья.

Наконец, демон дернулся и, перелетев на плечо, скомандовал:

— Вперед.

— Что?

— Идем мы в лес.

— Так резко? Он недалеко, этот твой друг?

Айш-нор кивнул.

— Он чувствует меня, он зов отправил. Не тратим время, в путь, скорей!

Я нехотя поднялся, взял пару факелов и двинулся к мерцающим во тьме магическим печатям. Перед самой границей леса остановился и обернулся на детей.

— С ними все будет в порядке?

— Вполне, защита места хороша и монстрам не прорваться. В лес этот ни одна душа не станет ночью пробираться.

— Ладно, — я шагнул на мягкий мох. — Идем.

Глава 9

Я двигался прочь от безопасности костра, направляемый демоном, и с каждым шагом волнение нарастало. Лес этот не просто так звался запретным. Во-первых, в нем было слишком тихо. Во-вторых — мертво. Ни животных, ни птиц, даже комары, и те куда-то девались!

С каждым шагом вглубь появлялось все больше паутины, а деревья все сильнее походили на произведения современного искусства: искривлённые, скрюченные, составленные из каких-то уродливых наростов, сочащихся мерзко пахнущей жижей. Немногочисленные пучки травы извивались подобно щупальцам осьминога или хентайного тентаклевого монстра. И буквально отовсюду веяло опасностью.

Я затушил факел и активировал магическое зрение.