Sleepy Xoma – Путь Тьмы 2 (страница 22)

— Верховный маг, я нисколько не сомневаюсь в твоей мощи. Все-таки, вернувшихся из-за грани смерти за всю историю Империи Тьмы было не слишком много. Мне непонятно другое.

— И что же?

— Почему ты здесь? Думаю, ты понимаешь, что мы — враги Шахриона и Империи.

— Это очевидно.

— Мы используем все представляющиеся возможности для того, чтобы раз и навсегда покончить с вашей страной, и, если это получится, убьем вообще всех, кого заподозрим в симпатиях к кольценосцам или поклонении Матери.

— Не получится, — с ноткой ехидства проговорил лич, — Лиги больше нет, думаю, ты это и без меня понимаешь. Страны эльфов — тоже. То, что Империя пока что слаба — вопрос пяти, максимум — десяти лет мирной жизни, которую вы нам дадите, никуда не денетесь.

Ритон чуть слышно скрипнул зубами. Скелет, как ни больно это было признавать, говорил правду. Те, кто откликнулся на его призыв, никак не тянули на новую Лигу, а Радения однозначно потеряна для них. Гашиэн отметал даже попытку договориться. Вероятно, с его наследниками и получится найти общий язык, но к тому времени Империя Тьмы закрепится на новых своих границах.

— Быть может, и не получится. Быть может — что-нибудь и выйдет, — аккуратно проговорил он. — Не узнаешь, пока не попробуешь. Вот только это все возвращает нас к самому началу разговора: верховный маг, какой смысл тебе предавать своего государя, мешая тем самым получить столь необходимые вашей державе годы передышки?

Все затаили дыхание, ожидая ответа и Гартиан не разочаровал их.

— Потому что он опасен. В первую очередь — для Империи.

— Как это следует понимать, о верховный некромант? — с удивлением в голосе спросила Могучая Олта. — Разве не Шахрион наголову разбил армии Лиги? Разве не он разобщил ее так, что куски некогда единого союза не могут даже толком сесть за стол переговоров? Разве не он, наконец, создал вам новую армию, возродил кольценосцев и взрастил сотни магов? Или, тебя тревожит пренебрежение императора к традициям?

— Ха, традиции… Несколько лет назад меня действительно это заботило. Как же: отдавать кольца не отмеченным Матерью, обучать всех чародеев как минимум двум школам магии, тратить ресурсы на замерших, вместо того чтобы клепать простых и понятных зомби. Теперь эти мелочи не значат ничего! Император был прав, а я ошибался. Времена меняются и традиции следует менять вместе с ними.

— Тогда в чем проблема?

Некромант не несколько мгновений задумался, как бы размышляя, стоит ли доверять столь важный секрет чужакам. Наконец, он ответил:

— Скажи, чародейка, ты знаешь, как погиб зрящий Ратриола?

Могучая Олта бросила короткий взгляд на эльфийку и Ритон последовал ее примеру. Та грустно улыбнулась, давая понять, что не имеет ничего против беседы на эту тему.

— Нет, о верховный некромант, но думаю, что его убил ты. У Империи Тьмы нет мага сильнее.

— Все так думают, — согласился Гартиан, — а Шахрион и не пытается их разубедить. Он прикончил зрящего эльфов в сражении один на один. Сам. Использовав жезл Безумца.

Эта новость породила в комнате мертвую тишину.

«Каким это образом он сумел сделать нечто столь невозможное»? — Ритон недоверчиво воззрился на некроманта. — «Ходят слухи, что в последние годы, Черный Властелин каким-то образом обрел могущество, но не столь же непомерное»!

Эти мысли вслух повторил Могучий Аран.

Скелет щелкнул челюстью — вероятно, он так смеялся — и перевел взгляд на эльфийку.

— А ты, звездорожденная, ты знаешь правду?

Та помрачнела и кивнула.

— Знаю.

— Не буду спрашивать откуда, мне нет до этого дела. Хочешь рассказать им?

— Нет.

Ритон видел, что Найлиэна лишь с большим трудом удается сохранять спокойное выражение лица, и он понимал, отчего. Как-никак, Гартиан был ответственен за практически полное уничтожение всех оставшихся в мире эльфов. Именно его черный дождь испепелил Элиренатию — последнее скрытое королевство древнего народа. А теперь убийца сидит напротив, глумится, и ничего, ни-че-го с ним не поделаешь, потому как лич нужен.

«Да Гартиан нам жизненно необходим, и самое плохое в данном факте заключается в том, что он это прекрасно понимает. Без союзника внутри Черной Цитадели, мы можем и не надеяться на успех».

— Очень хорошо, тогда объясню сам. Думаю, все помнят ритуал, с помощью которого мы превратили Стоградье в землю мертвых?

Странный вопрос. Забыть подобное не сумел бы никто.

Гартиан верно истолковал всеобщее молчание и продолжил:

— Мы отыскали его в одной древней книге, которая совершенно случайно завалялась в дюжину раз проверенной Орденом библиотеке. Если кому-нибудь интересно мое мнение, то ее нам подкинул зрящий Ратриола. Вероятно, он сумел утаить фолиант от Ордена в годы, последовавшие за поражением Империи в войне. Тогда мы лишились изрядного количества ценнейших гримуаров, большая часть которых утеряны, увы, навсегда.

Сам Ритон, напротив, был очень рад, что мерзкие колдовские книги магов смерти сгинули навек, но вслух произносить этого он не стал, вместо этого продолжил внимательно слушать лича.

— В книге этой описывался ритуал, который в древности использовал Безумец, и у Шахриона возникла идея повторить его, но только в куда больших масштабах. Надо сказать, что подготовка заняла дикое количество времени и потребовала изрядных сил, но у нас все получилось… Не знаю, к счастью, или на беду.

Последние слова удивили венценосца.

«Как это — на беду? Воскрешение всех мертвецов Стоградья оказало в высшей степени благотворное влияние на ведение Империей боевых действий, более того, оно обеспечило ее фланг, позволив Черному Властелину повернуть основные силы на север осуществить дерзкий штурм Белого Города… Кажется, сейчас я узнаю нечто очень важное и тщательно охраняемое».

— После этого ритуала, — продолжал Гартиан, — Шахрион стал быстро прибавлять в силе. Полагаю, до всех вас доходили слухи о том, что в последние годы Черный Властелин стал могущественнее в плане магии. Наверное, вы им не особо верите, но я подтверждаю: так и произошло.

Присутствующие в комнате маги переглянулись.

— Вот только вы вряд ли понимаете, насколько силен император. Я не думаю, что справлюсь с ним теперешним в схватке один на один.

— С чем на твой взгляд это может быть связано? — задала вопрос Могучая Олта.

В голосе чародейки слышался профессиональный интерес, да и два других колдуна прислушивались к личу с огромным вниманием.

— Он поглотил десятки тысяч душ, — с легкой неохотой отозвался Гартиан. — Вероятно, это каким-то образом изменило владыку, хотя и не должно было.

— Интересный побочный эффект, — задумчиво пробормотал Могучий Аран. — Мы все знаем, что души смертных есть материал, с которым работают некроманты, но, кажется, теперь получили действительные подтверждения этого. Как полагаешь, коллега, сколько энергии может содержать в себе одна душа?

— Затрудняюсь ответить, слишком неопределенная величина. Меня больше интересует тот факт, что поглощение душ не вызвало единовременного эффекта, а привело к постоянному росту мощи субъекта, — в тон главе исиринатийской Академии отозвалась Олта.

— Я никогда не слышал о таком способе увеличить свою силу, — задумчиво произнес настоятель Корн.

— Как и я, высокий сын, как и я.

— Полагаю, — внезапно заговорил Мирол, — у ритуала обнаружился какой-то побочный эффект?

Лич перевел взгляд на старого воина и одобрительно кивнул.

— Сразу видно человека, ухватывающего суть. Да, побочный эффект был… Есть.

— И он перекрыл даже тот факт, что император, по сути, превратился в сильнейшего колдуна мира? — с сомнением в голосе осведомился дварф.

— Что же это может быть? — в тон ему вторила прегиштанийка.

— Черный Властелин сходит с ума, — ответил Гартиан. — Если в начале ему еще удавалось скрывать свое безумие, то теперь оно становится очевидным.

Ритон поежился. Кому-то другому могло бы показаться, что император, лишившийся своего главного оружия — разума — станет легкой добычей, но он понимал, что это не совсем так. Сильнейший маг на планете, полностью неадекватный и не способный действовать здраво — не самый лучший противник.

Некромант, способный в бою один на один победить Ратриолу в один прекрасный день может решить, что, к примеру, неплохо бы испепелить все страны Лиги. Не факт, что у него получится, но уж на Исиринатию сил безумца точно хватит.

— И это еще не самое плохое, — продолжил, меж тем, некромант.

«О великий Отец, если это — не самое плохое, то что же тогда — самое»?

— Что может быть хуже сумасшедшего некроманта невообразимой силы? — недоверчиво переспросил настоятель Корн.

— Мне кажется… Я думаю… Скорее всего, он находится под чьим-то контролем. Либо под действием какого-то заклинания.

После этих слов на комнату в очередной за сегодня раз опустилась тягостная тишина.

— Заклинания? — наконец повторила Могучая Олта. — Чьего?

— Понятия не имею, — раздраженно проговорил лич, — однако все признаки свидетельствуют о том, что император просто не может никому ничего рассказать о своем ухудшающемся состоянии.

— Быть может, не хочет? — предположил маг света.

Лич мотнул гладким черепом, давая понять, что это не так.

— Я знаю владыку слишком хорошо. Шахрион не из тех, кто станет скрывать подобное от единомышленников. Значит, что-то мешает ему поступить правильно. Возможно, подобная мысль даже не приходит в голову, либо он думает, что должен утаивать правду.