Sleepy Xoma – На пути в бездну (страница 39)

— Так что нам повезло?

— Можно сказать. В любом случае, сможем отдохнуть — это место пользуется дурной славой. Десятки поколений сменились, потомки тех, кто пережил сражение уже и не вспомнят, отчего их предки, бросив все, бежали прочь, но нам это на руку. Полагаю, на расстоянии в несколько часов пути мы не встретим ни единой живой души. До столицы отсюда два дня пути, со мной на загривке — четыре.

— Управлюсь за три, — упрямо произнес Вилнар и поднялся.

Он подошел к ближайшему деревцу и с помощью своего кинжала срезал толстую ветку, которую заточил с одной стороны, получив нечто среднее между примитивным копьем и дорожным посохом.

— Пойдет, — резюмировал немногословный воин, после чего, не говоря больше ни слова, подхватил Орелию и закинул ее себе на спину. — Ну что, госпожа моя, идем?

Они не успели даже выйти из леса, когда Орелия услышала нечто, чего не должно было быть тут — ржали лошади.

— Стой, — шепнула она, но в этом не было нужды — Вилнар все прекрасно понял и так.

Действия ловчего были четкими и выверенными. Окинув взглядом редкий лесок, он нашел поваленное дерево и, перепрыгнув через него, положил свою ношу на землю, после чего чуть высунул голову, чтобы оглядеться. Орелия последовала ее примеру и то, что она увидела, решительно не понравилось Целительнице — по тропинке, на которой еще секунду назад находились они, двигались три всадника в цветах Иссонов.

Личная гвардия королевы!

Воины лениво бросали взгляды по сторонам, в пол голоса обсуждая достоинства дочки мельника, которая, если верить одному из них — высокому молодому блондину со сломанным носом — очень даже не против дать на сеновале за пару серебряных монет и стоит этих денег до последнего медяка.

Целительница наскребла немного крох магии на самом дне души, и в ее руке один за другим появились три небольших лезвия — максимум того, на что она способна сегодня. Впрочем, если дело дойдет до боя, ножи полетят в цель. Орелия никогда не промахивалась.

Вилнар жестом остановил ее и показал пригнуться, что Древняя и сделала.

Медленно тянулись секунды, всадники удалялись, и Ступившая на Путь Вечности с ужасом ожидала, что сейчас они заметят следы и поднимут тревогу. Но время шло, и ничего не менялось — патрульные уезжали все дальше и дальше, продолжая негромко общаться, но не выказывая никаких признаков волнения.

Останься у Орелии легкие, она бы сейчас выдохнула, но и эта маленькая радость, увы, была недоступна Древней.

— Кажется, вы говорили, что тут никого не должно быть? — едва слышно прошептал Вилнар.

Целительница кивнула.

— Но окрестности патрулируют гвардейцы ее величества.

Еще один кивок.

— Стало быть, наши враги не так глупы, как хотелось бы.

И еще кивок.

Вилнар вздохнул.

— Ну что ж, в таком случае предлагаю отдохнуть. Все равно до ночи мы никуда не сможем двинуться.

Тут он был прав, и Орелия устроилась поудобнее, готовясь к долгожданной передышке.

— Спи, — приказала она, — тебе понадобятся силы.

Ловчий не заставил себя упрашивать, он погрузился в мир грез, едва закрыв глаза. Некоторое время Орелия прислушивалась к равномерному дыханию своего спутника, затем ее мысли вернулись к более важным вещам.

Их ждали. Определенно, этот, а также другие выходы с Грани, находящиеся на территории Ривеланда, охраняются. Что из этого следует? Только одно — страшные подозрения, которые появились у Целительницы еще во время нападения на постоялом дворе начали обретать форму. Она перебирала один вариант за другим, но так и не могла найти иного логичного объяснения, и все же… Все же разум решительно отказывался принимать действительность.

"Нет, не нужно подгонять ответ под свои страхи, Ори", — думала она. — "Все необязательно так плохо. Кайса дьявольски хитра и осторожна, несмотря на все свое безумие. Она не могла не понимать, что у меня есть шанс спастись даже после падения в бездонную крепость, а выжив, я обязательно попробую открыть проход на Грань. Знать бы еще, сколько мы блуждали по ней… Жаль, что до ночи выяснить не получится".

Она одернула себя — не следовало думать о всякой ерунде, когда в повестке дня обозначились более важные темы, главной из которых было то, что таинственный враг знал и умел слишком много.

"Может быть, Мойра решила сделать свой шаг? Перерезающая Нить вполне в состоянии провернуть нечто подобное, но зачем ей? Без Алрика она не выберется из своей норы. Или Всесильному надоело гонять дикарей на другом континенте, и он решил порезвиться с нами"?

Подобная перспектива, откровенно говоря, пугала. Иметь во врагах одну из сущностей, наделенных практически божественным могуществом, не хотелось. Нет, конечно, у Орелии с Ридгаром и Корвусом были припасены сюрпризы даже для монстров вроде этих двух, но все равно, использовать их не было ни малейшего желания.

"Нет, вряд ли. Что ни говори, а у Алрика всегда было развито чувство долга и справедливости, а Мойре вообще нет дела до смертных. Но если исключить этих двух, то иных вариантов почти не остается — всех остальных мы уже поубивали".

Орелия не верила, что две розы — северная и южная — взяли и соорудили столь сложный план, сами, безо всякой помощи со стороны. Да, обе они были коварны, да при каждой находился одаренный советник. Амандус у Кэлисты и загадочный сковывающий у Кайсы. Каждая правила могучим королевством, и каждая имела зуб на Корвуса. Но…

"Я просто отказываюсь верить в то, что эти две курицы так нас обскакали"! — с горечью поняла Древняя. — "Что ж, видимо, не все человеческое выветрилось из меня. Я еще способна ощущать уколы гордыни".

Подобные мысли позволяли коротать время, и Орелия благополучно дождалась ночи, и только после этого разбудила своего спутника. Вилнар проснулся моментально, точно и не было смертельно опасного и выматывающего многодневного путешествия. Первым делом он посмотрел на небо, прищурился, и произнес:

— Мы пробыли на Грани больше двух недель?

— Да. И еще столько же потратили, блуждая в темноте. Сейчас уже самый конец августа, а я надеялась, что будет в лучшем случае вторая декада. Увы, Грань непредсказуема. Время и пространство на ней играют с людьми злые шутки. Впрочем, мы в любом случае преодолели огромное расстояние крайне быстро. Поешь.

Не говоря ни слова, Вилнар проглотил остатки еды и запил все это последними глотками из фляги.

— Воды набери из озера, а перекусить найдем что-нибудь, когда проберемся вглубь Ривеланда, — распорядилась Орелия.

— Исполню, — согласился ловчий. — Госпожа, побудьте тут, я разведаю.

С этими словами он растворился в ночной тьме, оставив Целительницу одну. Вернулся Вилнар на удивление скоро, при этом по его лицу было невозможно понять, как же именно все прошло.

— Ну что?

— Их много, не меньше трех десятков. Патрулируют рощу по периметру, жгут костры, но внутрь не заходят.

Орелия ничуть не удивилась — гвардейцы в принципе оказались крайне верными и послушными солдатами. Обычные люди и на милю не приблизились бы к этому проклятому месту.

— Сможем проскочить мимо них?

— Обязаны. В случае чего — убьем.

— Кровопролития хотелось бы избежать — оно помешает. Не думаю, что наши враги столь глупы, что не оставили где-нибудь на безопасном расстоянии воинов, которые должны проверять, все ли в порядке с дозорными.

— Мы справимся, — уверенно ответил ей Вилнар, после чего поднял Древнюю и посадил себе на спину, — они не ждут опасности и очень расхлябаны, воспользуемся этим.

Тут ловчий оказался прав — солдаты явно не первый день охраняли невидимый выход с Грани, не понимая, что делают и зачем. Скорее всего, их еще не успели сменить на другую группу, и это тоже было хорошо — новоприбывшие обычно серьезнее относятся к служебным обязанностям.

Бесшумной тенью Вилнар пробирался между патрульными, проскакивая на самой границе света, отбрасываемого кострами. Ловчие были мастерами проникновения и скрытого убийства, и рыжеволосый северянин в совершенстве постиг науку, преподанную Изегримом.

Орелия проклинала свою беспомощность, но не могла не восхититься стойкости и умениям спутника.

Когда пламя, отбрасываемое кострами, осталось далеко позади, Вилнар немного расслабился и чуть слышно произнес:

— Госпожа моя, нам нужно как можно скорее раздобыть коней и одежду.

— Да, нужно.

— После этого мы направимся в столицу?

— Именно. Если Игнис жива, то ее держат там. Там же мы узнаем, что случилось с Блаклинт.

Спина Вилнара дернулась, но тот не сказал ни слова.

"Бедный мальчик, бедный глупенький мальчик, посмевший влюбиться в свою хозяйку", — с жалостью подумала Орелия. — "Теперь ты разрываешься между чувствами и долгом, не зная, что с возлюбленной, и не представляя, как быть, если кинжал с бирюзовым камнем придется вонзить в ее нежное тело".

Орелия положила ладонь на плечо своего спутника.

— Скоро мы все выясним, — произнесла она, — осталось лишь дойти.

Холод стал их вечным спутником, каждую ночь температура резко падала, и даже плотное шерстяное одеяло не спасало от пронизывающих тело ледяных игл.

Игнис не знала наверняка, с чем это связано — ведь до зимы еще было время — но догадывалась. Кайсе нравилось измываться над своими пленницами, но еще больше она любила наблюдать, как девушки, дрожа, прижимаются друг к друг, стараясь согреться.

Однажды ночью Игнис разбудили странные звуки, и она увидела, что смотровое окошко распахнуто, и с той стороны блестят льдисто-голубые глаза.