Слава Ленская – Белоснежка. Мы под запретом (страница 4)
— Нет, конечно! Недели хватит, чтобы все здесь разобрать, — отозвалась я, хотя и сама не верила своим словам.
— Так, значит, ты справишься сама? — Алик насмехался надо мной, даже не скрывая этого.
Я кивнула.
— За неделю?
Пожав плечами, я вскинула взгляд на парня.
— Спорим, что мы даже вдвоем за неделю не успеем здесь все разобрать? — предложил он и протянул руку.
— Я не участвую в спорах, — нахмурившись, посмотрела на протянутую ладонь, расписанную ветвистыми татуировками, уходящими вглубь рукавов.
Я подняла взгляд и уже уставилась на его шею. Было такое ощущение, что все его тело изрисовано, так как узоры на шее были очень похожи на те, которые виднелись на кистях рук и запястьях. Даже стало любопытно посмотреть всю картину целиком.
— Значит, берешь свои слова обратно? — спросил Алик, высоко задрав брови.
— Нет!
— Тогда спорим!
— Нет! Споры для скучающих дураков, которым просто нечем себя занять!
После этой фразы я посмотрела ему в глаза так, словно именно таким его и считала.
— А как же азарт?
— Никак! В жизни азарт тебе ничем не поможет, в отличие от здравого разума.
— Скучно, — произнес Алик нараспев и плюхнулся на ближайший стул.
— А нас с тобой наказали. Никто не обещал, что здесь будет весело, — сообщила я, наклоняясь за первой книгой.
— Есенин, — пробормотала я, прочитав фамилию автора на корешке, и повернулась к полкам, выискивая указатели. Мне нужна была «Поэзия».
Поставив книгу на полку, я пробежалась взглядом по другим жанровым обозначениям. Захотелось все переставить.
— Двигать ничего не буду, — словно прочитав мои мысли, сообщил снова незаметно подкравшийся парень. — Но могу сменить карточки. Командуй!
— Тобой? Алексисом Демидасом? Серьезно? А земля подо мной не разверзнется?
— Так ты умеешь шутить? — Алик хмыкнул и кивнул на полки.
— Ладно, давай сперва поменяем местами фантастику и детективы.
Алик молча все проделал, а потом и все остальные карточки переставил местами в том порядке, в котором мне хотелось. Я же в это время расставляла книги по жанрам, согласно алфавитному указателю. Попутно я составляла картотеку, записывая все в блокнот. Позже я планировала напечатать карточки и сделать все максимально удобным и понятным.
— Кстати, ты мне должна! — заявил Алик, отряхивая руки.
— Что? — эта новость просто огорошила. — С чего это вдруг?
Глава 3
Есения
— Ну, как же? Директор искал меня, поэтому открыл вчера подсобку, — заявил Алик. — Я тебя практически спас!
— А-а-а, ну, если так, — я была возмущена, конечно, и все же решила поинтересоваться, что этому человеку вообще от меня нужно? — И что я тебе должна?
— Хм, я пока не решил, — он пожал плечами. — Позже скажу.
— Постой! Если директор тебя искал, значит знал, где ты! То есть, мы наказаны из-за тебя? — осенило меня вдруг. — Он ведь даже не стал слушать о том, что меня заперли, сказав, что у него другие сведения. О чем он вообще говорил?
Я так разошлась, что отложила свой блокнот и книги в сторону, а сама стала надвигаться на Алика, подозрительно сощурив глаза. Я даже руку вытянула, показывая на него пальцем.
— Ты бредишь? Откуда наш директор мог точно знать где я? Наоборот, он был таким злым, потому что всю школу осмотрел, прежде чем вспомнить про этот склад, — хмыкнул самодовольно Алик.
— Ты не ответил на вопрос! О чем говорил Евгений Борисович?
Алик поднял руки и отступил на шаг, делая вид, что испугался. Но я-то видела, что он просто дурачился.
— Я откуда знаю? Не поверишь, но Морошкин передо мной не отчитывается. Кто и что ему донес, можешь узнать только у него.
Не верила ни единому слову, этого шута. Кстати, ни разу не видела его таким. Не то чтобы я следила за Демидасом, скорее иногда наблюдала, как и за другими людьми. Обычно он казался молчаливым и отстраненным, постоянно зависающим в своем ноутбуке.
Сжав зубы, я отвернулась и продолжила выполнять обязанности, которые мне несправедливо навязали.
Мы провели в библиотеке пару часов, когда я поняла, что пора идти домой. Мне задали гору уроков, к тому же нужно было повторить материал, который я успела подзабыть. Эта ежедневная рутина съедала у меня кучу времени.
— Мне пора, — сообщила я Алику, который работал чуть поодаль от меня, разбирая другую кучу книг. Только он их складывал в стопки, прежде чем разложить на полках.
— Еще ведь совсем рано!
— Нет, я и так кучу времени потратила, — покачала я головой.
— Тогда я с тобой, — вдруг предложил он, хватая со стула свой рюкзак.
Пожала плечами, решив, что он имел в виду совсем другое. Думала, просто уйдет вместе со мной из библиотеки.
Но Демидас шел рядом до самой остановки.
— Тебе же в другую сторону, — нахмурилась я, заметив, что он остановился возле меня и залипал в телефоне.
— Тебя сперва провожу. Скоро стемнеет, — ответил Алик, даже не отрывая взгляда от экрана.
— Это необязательно. Меня там брат встретит, — испуганно выпалила я.
— Значит, передам ему тебя с рук на руки.
Я посмотрела на него так, словно он предложил мне что-то по-настоящему ужасное.
— Нет! Не нужно, и вообще, можешь сделать вид, что мы не знакомы?
— А мы и не знакомы. Не помню, чтобы ты говорила, как тебя зовут, Белоснежка, — ответил парень.
Я призадумалась, оказалось, что он говорил правду.
— Почему Белоснежка? — никто никогда так меня не называл.
— Мне кажется, ты на нее очень похожа. Светлая кожа, темные волосы… — объяснил Алик, но запнулся. — Мне же нужно тебя как-то называть.
— Есения. Это мое имя.
— Красивое, необычное. Тебе очень подходит.
Алик смотрел на меня, не отрываясь, как будто еще что-то хотел сказать, но так больше не произнес ни слова.
— Красивое, если не коверкать. Подружки меня Сенька называют. Я не против, но, согласись, что это звучит по-другому. Немного смешно.
Он пожал плечами.
— Ладно, я просто проедусь с тобой в автобусе, и ты меня там даже не заметишь. Только с одним условием, — произнес он спустя пару минут.
— С каким?
— Ты напишешь мне, когда доберешься домой.