Слава Доронина – Веди себя прилично (страница 2)

— Зачем?

Договорить отец не успевает, ему звонят, и практически весь остаток дороги я слушаю о его делах на повышенных тонах. Что бывает редко, а значит, проблемы действительно серьезные.

— Ладно, Крис, — останавливает машину у дома. — Буду поздно. Тебе хорошо провести время. Какие планы на сегодня?

По-хорошему бы дома закрыться, но столько новостей. И не самых приятных.

— С Алисой погулять куда-нибудь сходим, — отвечаю я.

— О, — удивляется он. — Хорошо. Молодец. Ну беги. Мне правда пора.

— Спасибо, что подвез, — чмокаю его в щеку.

И, доковыляв до дома, направляюсь прямиком к шкафу. Нет, нужно точно сходить развеяться, иначе остаток дня проведу за какими-то статьями о пропавших людях в восточных странах либо же на странице Малышевой, лицезря их идиллию с моим бывшим.

Время до вечера пролетает незаметно, потому что, оказавшись в гардеробной, я начинаю все там переворачивать, и завершается поход в эту комнату грандиозной чисткой. Отличный досуг. Заодно и с образом определяюсь.

«Ты как? Готова?» — пишет Алиса, когда заканчиваю с утрамбовкой ненужной одежды в мусорные пакеты. Отвезу все на благотворительность.

«Да», — шлю ей свой снимок в отражении зеркала, который сделала час назад.

Она ставит огонек.

«Что-то из твоего прежнего стиля. Дерзость тебе к лицу».

Да, только чтобы такой стать, надо теперь выпить. А я не помню, когда в последний раз алкоголь был в моей крови. Да хоть какие-то стимуляторы. Точно до травмы, а там такой плотный график был по выступлениям, что едва учебу не забросила. Ну и, в общем-то, активная жизнь, тренировки и спиртное или энергетики мало совместимы.

«Спасибо. Жду», — отвечаю я, и вместе с этим приходит новое фото Малышевой, на котором она с Альбертом уже в каком-то ресторане и они пьют шампанское.

Блин. Садомазо какое-то выходит. Нет, надо точно сегодня развеяться. И отписаться от этой «подружки».

—————

Добро пожаловать в историю Кристины и Родиона Латтермана. Сейчас как раз лето, настроение малость пошалить, название у нас говорящее))) Подошло бы другой моей написанной книге, но, видимо, ничего не бывает просто так, напишем теперь и эту. Погнали! Буду рада вашей поддержке, комментариям и вниманию. Со всем этим набором творить всегда значительно интереснее! ️

Глава 2

В заведении шумно, душно и слишком весело. Из плюсов, играют мои любимые басы. Первые полчаса проходят кайфово. У меня даже получается двигаться, и я не вспоминаю о своем костыле, который оставила дома.

Правда, все мои движения будто деревянные, и я постоянно чувствую фоновый дискомфорт в ноге. Быстро устаю и отхожу к нашей небольшой компании из пяти девчонок.

— Алис, давай недолго сегодня? — предлагаю я.

— Вспомни, как давно ты никуда не выбиралась и сколько дней провела в больнице, а потом была на реабилитации

На самом деле я и вправду давно нигде не была и на несколько месяцев из жизни выпала. Поэтому расслабиться даже под градусом не выходит. Но, возможно, дело в алкоголе, и нужно что-то покрепче?

Алиса словно читает мои мысли, и мы подходим к бару. После виски с колой и в общей компании мне становится чуть-чуть веселее. Ровно до того момента, пока не замечаю Альберта...

Малышева специально его сюда привела после моего селфи с Алисой и меткой заведения?

И почему-то видеть их вживую вместе оказывается в разы больнее, чем я могла представить. Чувство, что я какая-то дефектная и вот такую меня любить нельзя, и поэтому променяли на более здоровую и успешную модель, прошивает словно острой стрелой.

— Не смотри туда, — шепчет Алиса, тоже их заметив. — Лучше вон туда, — толкает меня в плечо и указывает на группу молодых людей неподалеку.

Что-то празднуют. Веселые. Так же хочу.

Они тоже обращают на нас внимание. Кроме одного. Его будто ничего не интересует. Пялится в свой телефон и хоть бы головой разок качнул в такт мелодии.

Я опять пригубливаю виски с колой. Сладко, терпко, но обжигающе хорошо. А еще мало.

Парни рядом опять шумят, смеются, и один из них явно положил глаз на Алиску. Или она на него.

— Даже не вздумай, — шепчу я, когда светловолосый направляется к нам, а она расплывается в улыбке. — Ему же явно под тридцать.

— И что? — улыбается она, расправив плечи. — Я люблю постарше.

— А я нет. Я их всех воспринимаю как ровесников отца. А с отцом мутить... ну такое себе.

— И из плюсов, у них часто окрепшая психика. В случае расставания молча в игнор не уходят и с подружками по цеху не мутят, — ведет подбородком в сторону Альберта. — Может, тебя не интересует сейчас личная жизнь, но я на себе крест не ставила.

Алиса легко заводит знакомства. Особенно если темы касаются философии. С мальчиком двадцати лет о таком явно не поговоришь. С парнем постарше запросто. А если он ей сейчас скажет свою дату рождения, то она этому бедолаге бесплатную консультацию проведет. И общую совместимость прикинет за пару минут.

Делаю еще глоток и бросаю короткий взгляд в сторону Альберта. Они с Малышевой мило воркуют. Она липнет к нему как скотч.

Так и подмывает подойти и плеснуть обоим что-нибудь в лицо.

Вот зачем они это делают?

Охмелев от алкоголя, приближаюсь к мужской компании чуть поближе. И тут же одергиваю себя. Малышева украдкой снимет и подпишет: «По папикам пошла».

Нет, такое нежелательно.

Координация подводит, и плеснуть виски получается не в лицо Альберта, а на брюки какого-то здоровяка, проходящего мимо. Кажется, того самого из компании рядом, который якобы мнит себя здесь лишним.

— Извините, — лепечу я и, подняв глаза, опять вижу, что Альберт на меня смотрит.

Интересно, ревнует? Или ему все равно?

Проверить есть лишь один способ.

Который сам подвернулся.

— Заметила, что вы тоже скучаете?

— Малолетки не в моем вкусе, — обрывает грубо и собирается отвернуться.

Но я беру его за руку, удерживая зрительный контакт.

— У меня на лбу написано, что я маленькая? — продолжаю свой дешевый флирт.

На сцене все давалось легко. Там часть образа, коллектив и слаженность движений, отрепетированных заранее. А сейчас абсолютный экспромт. И, судя по насмешке в голубых глазах, не очень удачный.

— Кто-то настойчивый. Или музыка громкая, не расслышала?

Фиаско.

Несколько пар глаз, которые за нами наблюдают, алкоголь в крови и полчища тараканов в голове уверенности в себе, увы, не прибавляют. Да я и забыла уже, как в принципе добиваться своего. А тут ещё внаглую отвергают. Пулемётная очередь летит по моему самолюбию.

Может, люди эту зажатость как-то считывают? Малышева поэтому долбит в мои слабые места? Ну и еще чтобы на моём фоне сейчас казаться лучше...

Не знаю, что прибавляет смелости. Алкоголь? Чувство, что Альберт наблюдает? Или просто обыкновенное отчаяние?

— Я выпила, упала недавно неудачно, нога до сих пор побаливает... — перемещаю его руку себе на задницу. — Придержи, пожалуйста. Там сбоку еще навязчивый ухажер, я уже и не знаю, куда от него деться. Если ты меня сейчас оттолкнешь, он опять не даст мне проходу. В отличие от тебя, ему плевать на мой возраст. А я очень хочу домой...

— Где этот ухажер? — смотрит на меня с иронией. — Вы с подругами крутитесь возле нас полчаса, я никого рядом с тобой не видел.

От силы минут пятнадцать, а не полчаса. Как же унизительно, господи. Больше никогда не буду пить. И остаток жизни дома просижу. Или в спортзале.

Хорошо. План Б.

К тому же руку мой новый знакомый не торопится убирать. Никогда так еще не делала. И надеюсь, он без девушки. Хотя вроде без нее, да. Тем лучше.

Тянусь к нему и оставляю легкий поцелуй на щеке, совсем рядом с губами.

Опять не отталкивает.

Это знак, чтобы продолжала?