Сладкая Арман – Измена. Простить или нет? (страница 7)

Он сходил в коридор и принес бутылочку красного вина и две свечи.

- Устроим себе романтический ужин, - проговорил он.

- Так ведь мне же нельзя, - напомнила я мужчине.

- Немного можно, - заверил Леша. – Это я тебе как врач-гинеколог говорю. Наоборот, рекомендуется при анемии или нервных расстройствах. Тебе такое точно не помешает.

- Ну, раз сам гинеколог советует, то я за, - улыбнулась я.

Алексей открыл бутылку и налил по четвери бокала. Рубиновое вино красиво переливалось в сполохах свечей.

- За нас, - тихо произнес Леша и потянулся ко мне.

- За нас, - так же ответила я и прикоснулась своим бокалом к его.

Сделав глоток, я ощутила, как приятная жидкость теплой волной пробежала по горлу. И я почувствовала, как счастье наполняет меня.

Глава 8

Мы вышли на балкон. Весна вступила в свои права, и теплый ветерок колыхал волосы. Снег сошел, и веселые лужицы светились отраженным светом от зажженных окон домов. Темное вино переливалось огоньками в бокалах, взятых с собой. Алексей прижал меня к себе.

- Эх, наверно, придется подождать с поездкой, - сказал он. – Я же домик на выходные заказал. Но бабулю одну оставлять нельзя пока.

- Давай подождем, - кивнула я. – Успеется еще. Тем более, мы по любому вместе. Да и в суд идти через неделю.

- Точно, - стукнул себя по лбу Леша. – У тебя же развод. Я с тобой пойду, вдруг бывший плохое что сделает. Мне так спокойнее будет.

Я согласилась, мне и правда нужна поддержка. Видеться с мужем снова очень не хотелось. Но без этого невозможен развод. После того раза в больнице Андрей не приходил, возможно, поняв, что я не вернусь. Меня очень беспокоили грядущие события. Сейчас я хотела немного расслабиться и забыть о них. Сделала еще один глоток приятного напитка.

- Пойдем есть твои замечательные спагетти, - сказал Леша. – А потом пора и на боковую. Завтра ранняя смена и у меня, и у тебя.

- А как же бабуля? – забеспокоилась я.

- Не переживай, что-нибудь придумаю, - заверил Алексей. – Попрошу сиделку из больницы сходить днем, проведать и накормить. А потом у нас выходные. Мы и сами рядом будем.

Я успокоилась. Баба Маша сделала для меня очень многое, я относилась к ней как к родной. Теперь ее здоровье под моей ответственностью. Помощь Леши была своевременной. Сама бы я не справилась, а нанять сиделку пока не хватало средств.

Мы поужинали. Леша хвалил мою готовку, съел половину кастрюли точно. Остальное я разложила в два лоточка нам с собой на работу. Налила в банку оставшийся борщ.

- Ой! – встревожилась я. – А что же бабушке то завтра есть. Я и не подумала!

- Давай оставим все, что ты сложила, - предложил Леша. – А сами завтра в обед в пельменную сходим. После работы заедем в магазин, продуктов купим на выходные. Ты и наготовишь, что надо.

Так и решили. Содержимое банок отправилось обратно в кастрюли и заняло место в холодильнике. Посуду помыл Леша, категорически запретив мне это делать самой. Я никогда не думала, что такое вообще возможно. В нашей семье домашним хозяйством занималась только мать. В своей совместной с Андреем я поступала так же. Забота Леши наполнила меня теплом и уютом, неизведанным ранее.

- А теперь в ванну и спать, - словно маленькому ребенку велел любимый. – Моим девочкам нужен отдых и сон не менее девяти часов.

- Твоим девочкам? – удивилась я.

- Конечно, - кивнул Леша. – Мария Евгеньевна же сказала, что там малышка. – он положил ладонь на мой чуть припухший от беременности живот. – Как раз на той неделе двадцать недель, вот и проверим, права ли бабушка.

Я положила свою руку на его. От большой ладони мужчины шло успокаивающее тепло.

- Ты такой, такой!..- я не находила слов выразить свои чувства.

- Какой? – прошептал мужчина, поглаживая второй рукой мои волосы.

- Замечательный, - нашла я подходящее слово. – Лучший.

- Ты меня перехвалишь, - улыбнулся Алексей. – Я просто люблю тебя.

Он наклонился к моему лицу, и мы поцеловались. Любимый в этот раз действовал нежно, нежно. Алексей наслаждался, медленно прикасаясь в едва заметном движении к моим губам. Затем его натиск стал увеличиваться. Поцелуи становились все страстнее. Я сгорала от его рук, ласкающих мое тело. Подняв футболку, он игрался с моей грудью. Проник в шортики под резинку стрингов и нащупал клитор. Я немного отставила ногу, позволяя делать с собою что угодно. Его палец опустился ниже, проникая во влагалище и вернувшись обратно, растирая влагу по складкам. Я возбудилась очень быстро. Мне уже не верилось, что совсем недавно я еще не знала, что такое оргазм. От ласк Алексея я вспыхивала моментально. И любимый пользовался этим, доводя меня раз за разом до пика наслаждения в любой доступный момент. Например, как сейчас. Я уже дрожала от подходящего взрыва. Его палец задвигался интенсивнее, а губы сжимали сосок. Я впилась в его плечо зубами, сдерживая крики наслаждения, когда он нежно поглаживал набухший клитор, влажный от моих соков. И не смогла сдержать низкий стон уплывая в спазмах экстаза, а палец не покидал своего места, продолжая мой оргазм.

- Господи, - прошептал Алексей. – Ты умопомрачительна! Я хочу тебя постоянно. Даже на работе вспоминаю твои стоны и сильные мышцы, сжимающие мой член. Мне хочется скорее все бросить и бежать к тебе на пост, чтобы закрыться где-то в кабинете и трахать, трахать тебя до искр в глазах. Вот и сейчас я не могу сдерживаться.

Он подхватил меня на руки и понес в ванную, по дороге продолжая целовать. Там он запер дверь, сорвал с себя и меня одежду, поставил меня в ванну, пуская воду. Сам залез ко мне и развернув спиной так, чтобы я могла опереться о стену руками. Обхватил меня вокруг тела, прислоняясь возбужденным членом между моих ног.

- Раздвинь их немного шире, - задыхаясь от желания произнес он. – Я сейчас с ума сойду, если не попаду в тебя!

Я раздвинула ноги, чуть согнув их в коленях. Алексей вошел в меня со стоном, наполняя до самого конца.

- Как мне хорошо! – жарко произнес он, начиная двигаться во мне. – Сейчас я поласкаю тебя тоже, моя малышка.

Его ладони обхватили мои груди и стали перекатывать в пальцах соски. Я снова стала возбуждаться от его члена, трущегося об стенки, от шепота ласковых слов, от его страстного рычания. Прогнувшись в пояснице и выпятив попу, я впустила его еще глубже.

- Да, так моя девочка! – продолжая трудиться, воскликнул мужчина. – Я люблю тебя!

Он снова проник одной рукой в мою промежность и нажал на клитор, отправляя меня и себя в путешествие по космическим далям. Общий оргазм был восхитителен. Мы сплелись в одно целое, отдаваясь ощущениям.

Спали мы после всего вдвоем на диване в гостиной, где бабушка велела постелить Алексею. Я надеялась, что она поймет мое решение находиться с любимым ночью вместе. Но бабушка разбудила меня ни свет ни заря.

- Внученька, ты что же такое делаешь, - возмущенно прошептала она. – Вы же еще не муж и жена. Иди в мою комнату. Не положено такое.

Пришлось вылезать из теплых объятий спящего мужчины и тащиться в комнату Марии.

- Бабушка, я же уже с ним была, - попыталась убедить.

- Это мне не ведомо и не видимо, а ночью ты еще мужняя жена, - покачала головой баба Маша. – Вот освободишься от прошлого брака и разрешу.

Странные условности Марии Евгеньевны вызвали у меня только недоумение, но я жила у нее и приходилось принимать правила.

Глава 9

Мою беременность вел Алексей. Он следил за тем, как я прибавляю вес, нормально ли с анализами. Приносил мне постоянно какие-то вкусности и обязательно цветы. Я постоянно была овеяна ароматами многочисленных букетов, расставленных в несколько вазочек на рабочем столе. Он не обманул о договоренности с сиделкой из больницы и отправил ее к бабушке, пока мы были на работе. Все дома оказалось нормально. В обед мы пошли в пельменную. Она располагалась рядом с больницей. Я обожала пельмени, особенно со сметаной. Леша купил нам по двойной порции, и мы уплетали их с удовольствием.

- Надо бы самим налепить как-нибудь, - предложил Алексей. – Очень давно я помогал в этом маме.

- Ты никогда не рассказывал о своей семье, - заметила я.

- А ты и не спрашивала, - посерьезнел Леша. – Да и рассказывать уже особо нечего. Я давно один. Родители погибли в один день. Самолет, в котором они возвращались из Египта, потерпел крушение. Родители были учеными-историками и летали туда на международную конференцию. Мне было на тот момент двенадцать. До совершеннолетия меня воспитывала тетя, но так как у нее была своя семья, то на меня она много времмени не тратила. Но спасибо, я всегда был одет и накормлен. В восемнадцать я поступил в медицинский, где мне выделили комнату в общежитии. А потом, когда уже стал работать, приобрел небольшую студию на окраине. Мне много места не надо. Было не надо, - поправил он. – Теперь вот стоит расшириться. У нас же будет крошка. Ей нужна отдельная комната.

- Мне предстоит делить квартиру с мужем, - сказала я. – Но половина доли моя. Продадим и улучшим условия. Только вот что с бабушкой делать, не могу я теперь ее бросить. Она очень много сделала для меня. По сути, мы же чужие.

- Мария Евгеньевна замечательный человек, - кивнул Леша. – Мы постараемся что-то найти рядом с ней. Я обещаю заняться этим вопросом, как только ты получишь свою часть.