Скотт Вестерфельд – Голиаф (страница 5)

Погонщик, глядя вверх, взмахнул туда-сюда кнутом: сигнал пилотам «Левиафана» подниматься.

Нос воздушного корабля приподнялся, отчего крюк прочно засел в петле, а толстенный трос возле Дэрин натянулся. Разумеется, короб со спины медведя пока не сошел: нельзя вот так, прибавив две тонны к весу корабля, ожидать, что он мгновенно взмоет. Из «Левиафана», прямиком из желудочного канала, начал сливаться балласт — солоноватая жидкость, своей теплой консистенцией напоминающая мочу. Впрочем, на яром сибирском ветру она тут же застывала, льдистыми венчиками поблескивая в вышине. Спустя секунду лицо Дэрин стали настойчиво покусывать сеющиеся сверху льдинки; они же шелестели по стеклам очков. Она стиснула зубы, но все равно не смогла сдержать рвущегося смеха: еще бы, они попали с первого раза, и груз вот-вот поднимется в воздух. А она летит, летит!

Но смех тут же стих, когда воздух прорвал громовой рык, утробный и властный, пронимающий куда сильней сибирского ветра. Бойцовый медведь выказывал беспокойство.

И неспроста. Сверху ему на голову сыпались застывшие экскременты сонма живых обитателей корабля, неся с собой запахи вестовых ящериц и светляков, медуз Гекели и водородных ищеек, стрелковых мышей, пчел, всевозможных птиц, да и самого необъятного кита — сотен и сотен особей, которых этот зверь отродясь не чуял. Голова медведя обратилась кверху, и он снова заревел, а бурые плечи-валуны раздраженно дернулись, подкинув личный состав русских в воздух. Однако те приземлились вполне благополучно, не хуже заправских авиаторов или мореходов в бурю. Вместе с рывком медведя звякнул крюк в петле, а грузовой трос рядом с Дэрин угрожающе дрогнул. Сама она метнулась влево, в попытке оттащить себя и Ньюкирка на безопасное расстояние. Кнут погонщика несколько раз взметнулся и хлестнул, немного смирив гиганта. Сверху слилось еще какое-то количество балласта, и груз наконец начал подниматься. Вот с поддона соскочил последний из седоков и, обернувшись, помахал. Дэрин в ответ отсалютовала, а медведь перешел на шаг и остановился.

Поддон с грузом теперь вращался в воздухе невысоко над землей.

Дэрин нахмурилась. Почему «Левиафан» не набирает высоту? До поворота тракта оставалось не так много времени, а груз все еще болтался ниже верхушек деревьев.

Она поглядела вверх. Жидкостный душ иссяк, значит, балластные емкости пусты. Двигатели жестянщиков пыхтели и чадили, силясь создать аэродинамическую тягу, но корабль поднимался слишком медленно, расчеты для подхвата груза делал доктор Баск, ученая шишка. Делал он их приблизительно, с учетом дальнейшего длительного перелета. А затем Дэрин с мистером Ригби осуществили над тундрой частичный сброс припаса, чтобы вес у корабля соответствовал тика в тику… Если только вес самого поддона не оказался тяжелее, чем указал в своей депеше царь.

— У, аристократия чертова! — процедила Дэрин. Божественное право само по себе все же не отменяло законов физики, в частности тяготения. Сверху послышалась трель балластной тревоги. Ну конечно, так оно и есть. Ч-черт. Если сверху из грузового отсека сейчас что-нибудь скинут, то они с Ньюкирком внизу как раз его и подхватят, себе на головы.

— Мы слишком тяжелые! — крикнула она вниз.

— Ага, я уже понял! — отозвался Ньюкирк как раз в тот момент, как тракт под ними дугой ушел вправо. Поддоном короба тут же смахнуло верхушку ели, а Ньюкирк затерялся во взрывчатом облаке хвои и снега.

— Надо скинуть что-нибудь из груза! — крикнула Дэрин и выгнула крылья направо. Когда они вдвоем оказались над коробом, она пристегнула карабин к грузовому тросу, после чего стряхнула с себя причиндалы скольжения. Вместе с Ньюкирком они с воплем заскользили вниз, пока подошвы не стукнулись о крышку короба с грузом.

— Вот дьявол, мистер Шарп! Вы нас что, убить хотите?

— «Мы» пытаюсь нас спасти, мистер Ньюкирк, как обычно! — Отстегнувшись, Дэрин скатилась на короб. — Нам надо что-нибудь из этого чертова короба сбросить!

— За констатацию очевидного ставлю отлично! — выкрикнул Ньюкирк в тот момент, когда поддон стукнулся об очередную древесную верхушку. От удара мир закружился, и Дэрин упала плашмя, пытаясь за что-нибудь уцепиться. Притиснутым к крышке носом она уловила запах чего-то мясного. Вот это да. Это что у них в коробе, гора слонины-солонины?

Подняв голову, она огляделась. Избавляться, по сути, было не от чего: снаружи никакой клади не лежало, а продираться через толстую багажную сетку парой стропорезов дело заведомо долгое, а потому безнадежное.

— Эт-ть, черт, — глядя вверх, буркнул Ньюкирк.

Дэрин тоже поглядела наверх и чертыхнулась в тон ему. Балластная тревога бушевала полным ходом. В воздух шугнули стрелковых мышей и соколов, из окон камбуза вовсю сливали судомойную воду. Из дверей грузового отсека скатилась бочка и кубарем полетела в их сторону.

Дэрин покрепче вцепилась в сетку на случай, если бочка попадет и их опрокинет (или же просто весь поддон хрястнет пополам). Но бочка промахнула в нескольких метрах, разлетевшись вдребезги белым мучным облаком об мерзлые сибирские просторы.

— Давай сюда, мистер Шарп! — позвал Ньюкирк. Сам он перебрался на дальний край короба, свисая с него одной ногой.

— Ты чего-то там нашел?

— Да ничего я не нашел! — И, видя ее неуверенность, рявкнул: — Просто дуй сюда, идиотина!

При перемещении к Ньюкирку поддон под ее весом начал крениться. От этого хватка у Дэрин на миг ослабла, и она юзом пролетела к товарищу, который остановил ее вытянутой рукой.

— Хватайся! — крикнул он одновременно с тем, как поддон с грузом повис в воздухе наискось. Тут наконец до Дэрин дошла суть его задумки: их вес ставил тщательно сбалансированный поддон набекрень, превращая его в летящий сквозь деревья резак. Вместе с тем он становился гораздо менее уязвимой мишенью для всякой всячины, градом сыплющейся сверху, защищая их двоих от прямых попаданий. Мимо в опасной близи пролетел еще один бочонок, разбившись у корабля за кормой. Вокруг неслись заснеженные верхушки лиственниц и елей, но «Левиафан» наконец начал набирать высоту, сбросив достаточное количество балласта, чтобы отыграть у тяготения несколько решающих метров.

— Ну что, мистер Шарп, — осклабился Ньюкирк, — не возражаете против спасения, а?

— Вовсе нет, мистер Ньюкирк, — невозмутимо ответила Дэрин, хватаясь поудобней. — Тем более что счет в этом плане был один — ноль в мою пользу. А теперь вот один — один.

По мере того как верхушки деревьев уходили вниз, Дэрин отползала обратно, выравнивая поддон. Пока лебедка тянула их вверх, она все пыталась разглядеть, что же там под багажной сеткой. Кажется, ничего, кроме той вяленины-солонины, тесно упиханной в короб.

— Как тебе запах? — спросила Дэрин у Ньюкирка.

Он принюхался:

— Завтраком пахнет.

Она кивнула. В самом деле, пахнет чем-то вроде бекона, хоть сейчас на сковородку.

— Завтраком-то оно завтраком, — сказала она негромко. — Только чьим?

ГЛАВА 4

— Мы по-прежнему следуем курсом норд-норд-вест. — Алек сверился со своими пометками. — Направление на пятьдесят пять градусов, если верить моим учетным записям.

Фольгер с легким прищуром посмотрел на расстеленную по столешнице карту:

— Алек, вы, должно быть, ошибаетесь. На всей протяженности этого курса нет ничего — ни городов, ни портов. Сплошная пустыня.

— Ну… — Алек попытался вспомнить, что там говорил этот Ньюкирк. — Тут дело, видимо, в том, что Земля круглая, а карта у нас плоская.

— Да-да, разумеется. Я уже проложил этот окружной маршрут. — Указательный палец Фольгера провел кривую от Черного моря к Токио. — Но мы отклонились от него, когда заложили дугу к северу через Омск.

Алек вздохнул. Неужели эту самую «окружность» понимают все, кроме него? Прежде чем великая война, грянув, перевернула все с ног на голову, вильдграф Фольгер служил офицером в кавалерии его отца. Где и когда он так поднаторел в аэронавигации?

В иллюминаторе Фольгеровой каюты тени пролегали впереди «Левиафана». По крайней мере, убывающее солнце выражало согласие с тем, что воздушный корабль по-прежнему идет под углом к северу.

— По идее, — развил свою-гипотезу Фольгер, — мы должны сейчас направляться на юго-запад, в сторону Циндао.

— Германский порт в Китае? — нахмурился Алек.

— Он самый. Там у жестянщиков базируется с полдюжины броненосцев. Оттуда они угрожают судоходству дарвинистов по всему Тихому океану, от Австралии до королевства Гавай. Судя по газетным сводкам, коими меня столь любезно снабжает доктор Барлоу, японцы готовятся взять этот город в осаду.

— И потому им нужна помощь «Левиафана»?

— Едва ли. Просто лорд Черчилль не может позволить японцам выглядеть победителями без содействия со стороны Британии. Не годится азиатам поражать европейскую державу в одиночку, своими силами.

Алек притворно застонал:

— Какая неслыханная демонстрация гордого идиотизма! Вы хотите сказать, мы одолели весь этот путь лишь для того, чтобы помахать там флагом Британской империи?

— Я уверен, что изначально намерение было именно такое. Но с получением депеши царя наш курс изменился. — Фольгер задумчиво побарабанил пальцами по карте. — Ключ, должно быть, в том грузе, что мы приняли от русских. Дилан ничего вам о том не рассказывал?

— У меня еще не было возможности его расспросить. Он все еще разбирает тот поддон, полученный в привязке к балластной тревоге.