Скотт Смит – Простой план (страница 34)
— Они друзья?
— Конечно. Лу ведь арендует у него дом.
— Они выходят куда-нибудь вместе?
— Не знаю, — устало произнес Джекоб. — А, впрочем, почему бы и нет?
— Он знает про деньги?
— Про деньги?
— Да, — закричал я, вне себя от злости. — Лу рассказал ему про деньги?
Кто-то из соседей застучал в стену, и мы оба замерли от испуга.
Вскоре Джекоб уже сидел в кровати. Свесив ноги, он наклонился вперед, упершись локтями в колени. Я уставился на его голые ступни. Меня всегда шокировал их размер. И почему-то они напоминали мне двух свежезамороженных цыплят.
— Тебе нужно отдохнуть, Хэнк. Ты становишься параноиком. Никто не знает про деньги, кроме нас, Ненси и Сары.
— Сара тоже не знает.
Он посмотрел на меня и пожал плечами.
— Ну, значит, кроме нас и Ненси. Пусть так.
Собака спрыгнула с кровати, потянулась и направилась в сторону ванной. Прошмыгнув внутрь, она стала шумно пить воду из унитаза. Мы прислушивались, пока она не напилась.
— Я убил Педерсона ради тебя, Джекоб, — сказал я.
Он резко выпрямился.
— Что?
— Я убил его ради тебя.
— Какого черта ты мне постоянно твердишь об этом? Что это значит?
— Это значит, что я пошел из-за тебя на риск, а ты развернулся на сто восемьдесят градусов и предал меня.
— Предал тебя?
— Ты сказал Лу, где я спрятал деньги!
— Хэнк, что с тобой сегодня, черт возьми?
— Он знал, что они находятся в гараже.
Джекоб молчал. Собака вышла из ванной и застучала коготками по дощатому полу.
— Ты меня не предупреждал о том, что ему нельзя говорить, где спрятаны деньги, — пробормотал Джекоб.
Очень тихо я сказал:
— Ты проболтался ему насчет Педерсона.
— Я не…
— Ты предал меня, Джекоб. А ведь ты обещал, что будешь молчать.
— Я ничего ему не говорил. Он сам догадался. И сказал мне об этом.
— С чего это он вдруг догадался?
— Я рассказал ему, что в то утро мы ездили к самолету. Он видел репортаж о Педерсоне по телевизору и просто спросил меня: «Это вы убили его?».
— И ты это отрицал?
Он заколебался.
— Я ничего не стал говорить.
— Так ты отрицал?
— Он сам догадался, Хэнк, — раздраженным, вымученным голосом произнес Джекоб. — Просто догадался.
— Что ж, отлично, Джекоб. Потому что теперь он шантажирует меня этим.
— Шантажирует тебя?
— Да, говорит, что выдаст меня, если я не отдам его долю.
Джекоб задумался.
— И ты собираешься отдать ему деньги?
— Я не могу. Он же начнет сорить по городу стодолларовыми бумажками. Нас поймают раньше, чем он расскажет Карлу о Педерсоне, случись такое.
— Ты действительно думаешь, что он скажет?
— А ты?
Джекоб нахмурился.
— Не знаю. Наверное, нет. Он просто проигрался в последнее время, поэтому ему позарез нужны деньги.
— Проигрался?
Он кивнул.
— Где он играл? — Сама эта идея мне почему-то показалась абсурдной.
— В Толидо. На скачках. Он потерял немного денег.
— Сколько?
Джекоб пожал плечами.
— Не очень много. Я точно не знаю.
Я потер лицо руками.
— Черт возьми! — в сердцах произнес я и отвернулся к окну. На карнизе сидел голубь, нахохлившийся от холода. Я постучал по стеклу костяшками пальцев, и он улетел. На солнце блеснули его крылья.
— Ты понимаешь, что происходит, Джекоб? — спросил я.
Он не ответил.
— Теперь Лу ничего не стоит упрятать нас обоих за решетку.
— Лу не станет…
— И контролировать его мы уже не сможем. Раньше мы могли пригрозить ему, что сожжем деньги, но теперь это не сработает. Он нас выдаст, если мы осуществим свою угрозу.
— Ты бы в любом случае не сжег деньги, Хэнк.
Я пропустил его слова мимо ушей.
— Знаешь, в чем заключается проблема? В том, что ты думаешь, будто можешь ему доверять. Он твой лучший друг, и ты надеешься, что тебя-то уж он не предаст.