Скотт Сиглер – Клон Дьявола (страница 75)
Магнус торопливо затолкал в рюкзак обоймы МР5, запасную «беретту» и аптечку первой помощи. Также туда полетели пластиковая взрывчатка, таймеры — на случай, если Сара приготовилась к осаде. А что, если ему понадобится от нее какая-нибудь информация? Он сунул в рюкзак газовую горелку и закинул его за плечо.
Затем его взгляд упал на черную брезентовую сумку на нижней полке оружейного стеллажа. Фишер может заявиться и раньше, кто его знает… надо быть готовым к любой непредвиденной ситуации. Он прихватил и сумку.
Магнус пошел к двери, затем повернулся еще раз взглянуть на измученного старика. Всегда лучше оставлять субъектов в живых, пока ты
— Оставляю тебя здесь, — сказал Магнус. — И вернусь, если ты что-то забыл.
Он поднял руку, погасил свет и вышел, захлопнув дверь в темное помещение поста охраны. Он не знал, что задержало Энди, жив ли он вообще, зато до Сары Пьюринэм и Тима Фили всего лишь одна непродолжительная поездка на снегоходе.
Гэри Дитвейлер в жизни не видел такого шторма. Свирепый ветер разогнал десятифутовые волны. Всюду плавали небольшие льдины. И хотя среди них вряд ли нашлась бы достаточно крупная, чтобы повредить «Отто II», ему чертовски не хотелось выяснять это на скорости в двадцать узлов.
Как только показались очертания острова, он выключил ходовые огни, повел судно по GPS и надел очки ночного видения. Густые облака прятали звезды и сдерживали сияние луны до слабого свечения, но этого освещения хватало, чтобы ориентироваться в переливающихся оттенках неоновой зелени.
Чем ближе Гэри подходил к бухте, тем гуще становилась шуга. Льдинки размером с бейсбольные мячики собирались, как плотно упакованный плавающий мусор, делая воду похожей на зыбкую твердь, вздымающуюся и опадающую с каждой волной. «Отто II» рассекал ее поверхность, оставляя за кормой дорожку чистой воды, державшуюся лишь секунды, прежде чем пелена крутящихся обломков льда не смыкалась вновь.
Короткие волны с плеском бились о пилоны при входе в бухту. Точнее, бились они о двадцать футов бугристого, сплошного, в торосах, льда, окружавшего пилоны. Гэри изумленно покрутил головой. Если морозы продержатся, через день-два вход в бухту закроет льдом. Именно так и произошло зимой 68-го, что ли, года, как рассказывал отец.
Гэри сбросил ход и — что еще важнее — снизил шум. Достаточно шумел ветер, чтобы заглушить рокот двигателей, если, конечно, его никто не поджидал на причале. «Отто II» миновал обледеневший вход в бухту. За стенами волнорезов волны снизились до трех футов. Он едва верил глазам: как и пилоны на входе, берег и причал обросли бугристым льдом футов на тридцать. Волны постоянно выплескивали воду и свежие льдинки на эту замерзшую и растущую береговую линию.
А там, на берегу? Психопат с оружием. Нет, минуточку, с
А вот пришвартоваться не удастся. Лед у причала слишком толстый, но у кромки открытой воды он тоньше. А где-то посередине — достаточно крепкий, чтобы выдержать вес человека. Гэри прибавил газу, чуть-чуть увеличивая скорость. Катер с негромким хрустом встретился с кромкой. Звук этот быстро сменился на хорошо различимый треск, а затем — скрип: катер замедлялся, ломая и толкая перед собой листы полудюймовой толщины льда. Наконец, в пятнадцати футах от причала «Отто II» замер.
Гэри заглушил двигатель и остался один на один с воем ветра и противным скрипом льда о корпус катера. Он натянул на себя оранжевый спасательный жилет. Если вдруг провалится в ледяную воду, без жилета будет мало шансов продержаться достаточно долго, чтобы потом хватило сил добраться до отапливаемой каюты катера.
Гэри взял багор и пошел на нос, пробуя острием лед. Должен выдержать.
Осторожно он перекинул ногу через борт и, не перенося на нее вес тела, потолкал ногой лед. Держит. Поставил вторую ногу на лед, но продолжал лежать грудью на борту, ухватившись за него руками. Лед держал. Гэри надавил сильнее, перенося на твердую поверхность еще больше своего веса. Лед все еще держал. Волны подбрасывали к ногам воду и шугу. Он тяжело сглотнул и медленно перенес всю массу тела, по-прежнему не отрывая рук от релинга на случай, если вдруг провалится.
Лед выдержал.
Гэри заскользил по льду, преодолевая фут за шаг и стараясь распределять вес тела на обе ноги одновременно. Опасная зона, похоже, заканчивалась через несколько ярдов: у причала лед должен быть дюймов шесть толщиной, способным выдержать десяток человек.
В десяти футах от катера под левой ногой лед треснул. Вода забулькала, пробиваясь в тонкие трещины.
Гэри замер, веки вечные ожидая, что лед не выдержит. Все-таки выдержал. Он двинул левую ногу вперед, за границы залитых водой трещин. Сделав несколько скользящих шажков, понял, что опасность позади, и осторожно зашагал к причалу.
В дневные часы укутанный снегом остров, наверное, был необычайно красив, но через очки ночного видения скорее напоминал окрашенный в зеленые тона пейзаж ядерной зимы. Ветер вил нити из снега и тянул их через пляж. Обремененные белыми шапками сосны напоминали грузных монстров, застрявших в бело-зеленых тенетах.
Гэри похлопал по выступу комбинезона на левом боку: твердость оружия успокаивала его, придавая уверенности. Он подошел к сарайчику в начале причала. Его снегоход «Ски-Ду» мгновенно покроет расстояние в милю до города-призрака. Из соображений безопасности отправиться пешком было бы предпочтительней, но на острове находился Магнус Пальоне: Гэри не ощущал в себе желания устраивать состязание в ходьбе, ценой которого будет его жизнь. Что-то подсказывало ему: бывший спецназовец-киллер находился в лучшей форме, чем наркоман-бездельник.
Он перелез через сугроб к сараю и забрался внутрь. Мотор «Ски-Ду» дважды просыпался и тут же глох. На третий раз завелся.
Спасательный жилет Гэри снял. Если придется бежать или прятаться, светоотражательные полосы на оранжевом фоне — не лучшая маскировка. Гэри вырулил на колею, не набирая скорость, чтобы шуметь как можно меньше. Фары и габариты выключил, ориентируясь только по инфракрасным очкам. «Ски-Ду» скользил по снегу толщиной в дюйм-два, нападавшему со времени последней утрамбовки. По обеим сторонам вздымался темный лес, как стены каньона.
Буквально через три минуты Гэри за деревьями увидел колокольню церкви. Он снял очки, расстегнул молнию комбинезона, вытащил фонарик, направил его на колокольню и дважды мигнул.
Сара и Тим, прижавшись друг к другу, съежились под тремя одеялами, от которых было мало толку: холод пронизывал башенку колокольни насквозь. Когда Сара увидела двойную вспышку с темной дорожки из гавани, она не поверила глазам, решив, что ей почудилось. Вторая двойная вспышка, однако, сомнения развеяла.
— И думать не моги, — стуча зубами, прошипел Тим.
— Ага, — сказала Сара, подняла свой фонарик и с трудом, из-за толстых рукавиц Клейтона, дважды нажала на кнопку. Затем опустила фонарик, поднесла к глазам бинокль и повела им слева направо, вглядываясь в подсвеченную лишь снежной белизной городскую площадь.
Гэри увидел ответные вспышки. А вот теперь — предельная осторожность. Может, там засел Магнус и ловит его «на живца». Он опять похлопал по пистолету, просто чтобы убедиться, что тот на месте. Это безумие, черт его знает какое безумие: он был завсегдатаем баров, лодочником, немного приторговывал дурью — и вовсе не годился для таких вот акций в духе дядюшки Клинта.[44]
Гэри убрал фонарик и вновь нацепил очки ночного видения. Кто там засел в башенке — сейчас узнать невозможно. Надо приготовиться удирать — на всякий случай. Он развернул «Ски-Ду» на дороге, нацелив его на обратный путь. Слез с него. Сейчас или никогда. Папа просил его о помощи. Быстренько пешком — к церкви, так же быстро обратно — и полный порядок.
Он достиг черты города прежде, чем заметил движение.
Сара опустила бинокль:
— Что за черт?
— Какой такой черт?
Тим потянулся за биноклем, но Сара оттолкнула его руку и вновь поднесла окуляры к глазам. Там, внизу, в темноте что-то двигалось. Что-то
— О нет, — тихо охнула она. — Нет, Господи, только не это…
Гэри замер. Может, что-то не так с очками ночного видения, подумал-понадеялся он, хотя прекрасно знал, что очки работают отлично. На краю города, у сторожки, менее чем в ста футах отсюда… медведь? Нет, голова крупновата.
Вот оно широко раскрыло глаза. Гэри понял это, потому что прибор внезапно показал две светящиеся бело-зеленые точки в середине большой головы.