Скотт Мелани – Нежеланный ребенок (страница 3)

Инессу выписали домой спустя три недели после родов. По мнению врачей, ее состояние уже было достаточно стабильным и не нуждалось в амбулаторном лечении. Однако она все еще была слаба. Болезнь пожирала ее изнутри. Вид женщины был бледным и замученным. Ларсу на голову свалилась еще одна проблема. Теперь заботиться приходилось об обоих одновременно. Большую часть времени Давел хлопотал о супруге, временами совсем забывая о ребенке. Лишь когда Инесса напоминала, что необходимо покормить малыша или поменять ему подгузник, ее муж вспоминал о нем.

С выпиской Инессы, жизнь Ларса усложнялась, поскольку Инесса постоянно давала ему кучу заданий, и следила за тем, чтобы ребенок был чистый, одетый, сытый и по возможности довольный. С появлением в доме матери, у малыша, на его малюсеньком личике, наконец-то начала появляться искренняя и добродушная улыбка. Сама Инесса, несмотря на свое незавидное состояние здоровья, рядом с ребенком тоже значительно преобразилась. Она находила в себе дополнительные силы, чтобы понянчиться с ним, поговорить, укачать и накормить. Кормить приходилось молочной смесью, поскольку молоко у нее не выделялось по причине той же болезни. Врачам поражались тому, как у такой насквозь больной матери родился абсолютно здоровый ребенок. Ведь шансов на наличие такого здоровья у малыша изначально было крайне мало, учитывая проблемы матери с большим количеством органов.

Прошла пара лет. Ребенок рос. Ларс видел, насколько трепетно Инесса относится к малышу и то же начал было пропитываться ее теплотой и лаской к этому крохотному созданию. К сожалению, болезнь нисколько не разделяла их чувства. У заболевания были собственные планы на мать ребенка. Инессе становилось с каждым месяцем все хуже и хуже, пока не дошло до того, что ее снова пришлось класть в больницу, поскольку домашнего лечения одними медикаментами уже не хватало. Требовалось постоянное наблюдение врачей. Ларсу пришлось полностью уйти с работы, нанять еще пару человек, и стать домохозяйкой, разрывающейся между больницей и домом. Лишь пару раз в неделю, он заходил ресторан, чтобы проверить его состояние. От этого ухудшилось качество сервиса и снизился поток клиентов, а за одним и значительно сократился доход заведения.

Последние дни, Инесса была практически полностью обездвижена от болезни и большого количества химических препаратов. Она стала тощая настолько, что сквозь натянутую кожу, были видны очертания костей и вен. Ее голова напоминала череп еще не успевшего разложиться живого мертвеца, с глубокими ямками и впадинами. Ее неокрепшие волосы уже начали отслаиваться от головы и целыми прядями сползать по ее подушке, падая на пол. На месте слезших волос, в голове оставались проплешины темно-бордового цвета, с воспаленными участками, в некоторых из них даже виднелся гной. Ее руки часто дрожали, ногти на них начали отслаиваться и отпадать. Это зрелище было не для слабонервных. И Ларс, каждый раз видя свою жену, обреченную на смерть, такой беспомощной и беззащитной, никак не мог сдержать своих слез. Они лились у него из глаз, каждый раз, как только он усаживался рядом с ее больничной койкой.

Каждый день, он приходил в палату с малышом и фруктами. Заходя внутрь, Ларс зажигал ароматическую свечку, ставил ее на прикроватный столик, и клал в блюдце ее любимые конфеты. Она была привязана к койке и никак не смогла бы их съесть. Это было для мужчины частью какого-то неотъемлемого личного ритуала, проводимого им во имя здоровья его супруги. Он знал, как Теодор дорог Инессе, и как она относится к нему, поэтому Ларс до последнего надеялся пробудить в ней новые силы для борьбы с неизлечимой болезнью, принося с собой ребенка. Однако эти попытки, как и многие другие оказались тщетны. В мае 743 года, Инесса умерла от болезни «Гиена», сделав Ларса отцом одиночкой. Хотя, по факту, он таким стал уже давно, а сейчас, это было лишь официально зарегистрировано в городском реестре.

Первое поступление

744 год. Прошел ровно год с момента смерти Инессы. Теодору исполнилось три года. Семейный бизнес пошел под откос. Ларс практически перестал бывать в своем ресторане. Все чаще он отправлялся в бар, чтобы забыться, употребляя несколько кружек пива или чего покрепче. Убиваемый собственным горем отец маленького ребенка старался справиться с потерей супруги при помощи алкоголя, погружаясь все глубже в беспросветную бездну, наполненную страданиями и разочарованием. Забота о мальчике продолжала напоминать со стороны простую формальность без каких-либо чувств любви и заботы. Ларс никак не мог дождаться августа месяца, чтобы сбагрить обузу в Детский Образовательный Центр (или ДОЦ сокращенно) подальше от себя.

Именно такое наименование давалось всем существующим образовательным учреждениям для детей в возрасте от трех до шести лет. В мире существовало множество подобных городских и сельских учреждений. Основной задачей которых было выявление талантов у малышей. На основании соответствующих рекомендаций педагогов родители отдавали своих детей в школы, где те обучались своим будущим профессиям. Ларс был не из тех родителей, которые заботились о благе своего ребенка. Он нисколько не мечтал узнать о том, какой же в сыне кроется талант. Для него ДОЦ было лишь местом, куда можно отдать ребенка на продолжительное время. Занятия проводились в будние дни, с 8 до 18. Будь воля Ларса, он оставил бы там Теодора навсегда и ничуть об этом бы не сожалел.

Наступил август месяц. Толпы родителей со своими детьми устремились к воротам ДОЦ для празднования первого учебного дня. Поскольку численность населения села была небольшая, ДОЦ был всего один. Это только добавляло ажиотажа восторженным родителям, которые искренне гордились, что их дети вступают в новую жизненную фазу. Где им еще только предстояло познакомиться с такими понятиями, как «самостоятельность», «самодисциплина», «ответственность» и пр. А также обучиться много чему новому.

Образовательный центр представлял собой трехэтажное прямоугольное здание с несколькими учебными классами, соединенными между собой просторными коридорами. На последнем этаже находилась столовая, на каждом этаже – общие туалеты. В зависимости от конкретного профиля, кабинеты были оснащены всем необходимым для занятий. Например, имелся кабинет архитектуры и строительства, где имелось большое количество детского конструктора, различных форм и цветов, который предназначался для детей различных возрастов. Для трехлетних детей – покрупнее, для шестилетних – помельче.

Имелся кабинет спорта, где присутствовали детские тренажеры, была разлинована площадка под футбол и бои. В этой комнате детей нарочно провоцировали на конфликты для выявления у них лидерских качеств, командного духа, развития стрессоустойчивости и других полезных качеств.

Около входа в Образовательный центр была возведена к первому учебному дню невысокая платформа для проведения праздника. На ней выступали ведущий, преподаватели, директор и старшие дети, которые отучились в учреждении минимум 1 год. Тем самым, демонстрируя то, чему их уже успели научить преподаватели и тренеры. Поскольку праздник был не только для новеньких учеников, старшекурсников, народу собралось много. Все собравшиеся наблюдали за праздничным шоу, состоящим из танцев, пения и рукоделия.

Ларс, немного поддатый, поскольку пропустил пару кружек пива перед выходом, безэмоционально стоял в центре толпы со своим сыном, то и дело поглядывал по сторонам. Теодор крепко держал своего отца за руку, практически ничего не видя, кроме спин впереди стоявших людей. Заботливые отцы усаживали себе на плечи своих детей для того, чтобы им лучше было видно представление. Но Ларс не был таким отцом. Он молча стоял среди прочих людей, как будто отбывая наказание за свои проступки.

Одним из последних номеров было исполнение детской песенки. Многих поразило то, как дети, отучившиеся всего год, два, в образовательном центре, уже научились петь, попадая точно в ноты и чувствуя ритм. Совсем недавно, они и говорить то толком не умели. Впрочем, ничто так не умиляет и не веселит собравшихся мамочек и папочек, как успехи юных дарований. Естественно, выступали те дети, у которых был определенных талант к музыке и танцам. С большой долей вероятности эти дети в дальнейшем пойдут обучаться вокальному искусству и игре на каких-нибудь музыкальных инструментах. Песенка закончилась под бурные аплодисменты собравшихся. Посередине стоял преподаватель по вокалу, а по бокам от него, держа друг друга за руки ребятишки разных возрастов. Все они, по сигналу своего педагога сделали одновременный поклон зрителям, что подтолкнуло зрителей еще яростнее и громче хлопать в ладоши, чтобы поддержать маленьких артистов.

После выступления на сцену снова вышла директриса ДОЦ. Она была одета в яркое приторно розовое пышное платье. Взяв в руки микрофон, стоявший на стойке, директриса поблагодарила выступивших детей и пригласила родителей на небольшую экскурсию по образовательному центру, в котором предстоит обучаться их малышне на протяжении ближайших трех лет.

Войдя в главную дверь ДОЦ, экскурсионная группа оказалась в главном холле, по левую и по правую руку от которого находились административные и учебные кабинеты. Посредине холла располагался эскалатор, ведущий к верхним этажам. Он был необычно устроен, поскольку работал в двух направлениях, автоматически переключаясь в зависимости от времени. Например, сейчас время было 10-00, и он двигался вверх. А в 10-30 его направление сменялось, и ступени начинали движение в обратную сторону. Сам эскалатор был огражден со всех сторон защитными стеклянными оградками для того, чтобы малыши не смогли на него попасть без сопровождения взрослых.