Скотт Коутон – Серебряные глаза (страница 44)

– Марла!

Девушка подпрыгнула, с трудом сдержав крик. У пульта управления сидел, сжавшись в комок, Джейсон и округлившимися глазами в ужасе таращился на дверь.

– Джейсон!

Марла протиснулась в диспетчерскую и обняла брата. Джейсон обнял ее в ответ; в кои-то веки он был страшно рад такому проявлению чувств. Девушка так сильно его стиснула, что в конце концов мальчик испугался, что его раздавят.

Раздались треск и шипение; Джейсон поднял глаза и поверх плеча Марлы увидел, что Ламар рассматривает рацию, а потом говорит в нее:

– Джессика: мы его нашли. С ним все в порядке.

Из рации опять послышался статистический шум и приглушенные слова, но что именно говорилось, Джейсон не разобрал. Волна облегчения, накрывшая мальчика при виде сестры, схлынула, и у него заныли ребра.

– Марла? – Он похлопал ее по плечу, сначала легонько, потом посильнее. – Марла!

Девушка разжала объятие, но брата не выпустила и, придерживая за плечи, заглянула ему в глаза, как будто хотела удостовериться, что это и вправду он и что он совершенно цел.

– Марла, остынь, – пробормотал Джейсон, изо всех сил стараясь говорить небрежно. Ему удалось справиться с собой, и голос не задрожал. Марла выпустила его, шутливо пихнула в плечо и принялась распекать, заодно помогая выбраться из-под пульта управления.

– Джейсон, как ты мог…

Тут Марлу перебил Ламар, забравшийся в крошечную комнатку целиком.

– Через вентиляцию? Ну ты даешь! – засмеялся он.

– Ты мог застрять в вентиляционной трубе и погибнуть! – добавила Марла, обнимая брата за плечи.

Джейсон отпихнул сестру.

– Ладно-ладно! – воскликнул он. – Все по мне скучали, хорошо, я рад, что я для вас так важен.

– Ты очень важен, – горячо заверила его Марла, и Джейсон потешно возвел глаза к потолку.

Ламар нажал на рубильник, и каморка осветилась, а экраны загорелись. Марла задумчиво посмотрела на Джейсона, потом повернулась к мониторам. – Хорошо, давайте посмотрим, что нам тут показывают.

Ламар переводил взгляд с монитора на монитор. На верхнем центральном экране возник главный зал со сценой на заднем плане; потом в зале появилась Чарли, а по сторонам от нее и на шаг позади шли Джессика и Джон. Они пересекали зал.

– Смотрите, – сказала вдруг Марла, указывая на нижний правый экран. – Смотрите.

Ребята увидели ночного сторожа; его лицо скрывалось в тени, но не узнать охранника было сложно – мешковатая форма, ссутуленные плечи – это несомненно он. Охранник неторопливо шел по коридору от входа в пиццерию, миновал комнаты для вечеринок и закуток с игровыми автоматами. Складывалось впечатление, что он точно знает, куда хочет попасть.

– Ламар, предупреди их! – велела Марла, не отрывая взгляда от экрана.

Ламар нажал кнопку и проговорил в рацию:

– Джессика, недалеко от вас охранник. Прячьтесь!

Ответа не последовало, но трое ребят в главном зале остановились. Затем они разом сорвались с места и скрылись в диспетчерской под сценой, за миг до того, как охранник вошел в главный зал.

«Голоса. Где-то рядом люди».

Карлтон подавил вздох облегчения – спасательная команда ему не поможет, если его нашпигует сотня деталей от робота. Поэтому вместо того, чтобы вздыхать, юноша возобновил прерванное занятие: медленно-медленно, дюйм за дюймом продолжил передвигаться по полу, чтобы попасть в зону обзора висевшей над дверью камеры наблюдения. Он двигался так медленно, что казалось, остается на месте, но он занимался этим уже больше часа и почти, уже почти преуспел. Юноша заставил себя дышать ровно и, опираясь на скованные руки, передвинул тело еще чуть-чуть, сместившись еще немного вправо. Пальцы сводило судорогой, голова болела, но он упорно полз дальше.

Карлтон постоянно помнил, что любое резкое движение может повлечь за собой страшную смерть, но, несмотря на это, его страх притупился – возможно, потому, что юноша к нему привык. Паника не может длиться вечно, рано или поздно адреналин выводится из крови. И теперь Карлтон полностью сосредоточился на точных, медленных движениях. Больше он все равно ничего не может сделать. Он еще чуть-чуть передвинулся и замер, на миг закрыв глаза. У него получилось.

«Назад дороги нет».

Остальные вернулись в пиццерию. Наверняка это они, и, если они его ищут, то наверняка проверят камеры. Юноша посмотрел наверх, в маленький стеклянный глазок. Только бы его заметили. Он не мог подпрыгивать и размахивать руками. Попробовал было слегка покачаться из стороны в сторону, но, как бы осторожно он ни двигался, при малейшей попытке изменить положение тела юноша чувствовал, как в кожу впиваются пружинные фиксаторы, готовые сработать в любой момент. Карлтон разочарованно прикусил губу.

– Просто заметьте меня! – прошептал он, и в тот же миг у него возникло ощущение, что его услышали. Он ощутил в комнате чье-то присутствие. Сердце юноши учащенно забилось, и в кровь опять хлынул адреналин.

Карлтон медленно, осторожно огляделся, и кое-что привлекло его внимание.

Это был один из костюмов, безжизненной грудой лежащий в темном углу. Костюм не двигался, но его морда была повернута к юноше. Казалось, он смотрит на Карлтона. Юноша поглядел на костюм и заметил, что глубоко в глазницах светятся два крошечных огонька. Карлтона пробрала дрожь, все его тело содрогнулось, но этого движения оказалось недостаточно, чтобы привести в действие смертоносные фиксаторы. Карлтон стал смотреть костюму в глаза.

Постепенно юноша начал успокаиваться; его пульс выровнялся, дыхание замедлилось. Он вдруг почувствовал себя в безопасности, хотя помнил, что костюм, в который его запихнули, убьет его при малейшем резком движении. Карлтон, не отрываясь, глядел на две светящиеся точки и вдруг услышал чей-то голос. Юноша ахнул, ему показалось, будто весь воздух вдруг исчез из легких. Голос не умолкал, этот голос Карлтон узнал бы везде, он отдал бы что угодно ради возможности услышать его снова. Юноша зарыдал, изо всех сил стараясь не трястись. Глаза светились в темноте; в звенящей тишине голос рассказывал Карлтону свои секреты, рассказывал ужасные вещи, которые давно следовало кому-то рассказать.

Глава десятая

Изображения на всех экранах исчезли, сменившись серыми помехами.

– Эй! – воскликнула Марла. Она стукнула по одному из мониторов, и картинка дернулась, исказилась, потом мигнула и опять исчезла. Девушка снова ударила по монитору, и помехи медленно исчезли, сменившись изображением: на экране появилась сцена.

– Что-то не так, – проговорил Ламар, и все трое подались вперед, чтобы лучше видеть.

– Бонни, – мрачно пробормотал Джейсон.

– Бонни, – повторила Марла, с тревогой глядя на Ламара. – Где Бонни?

Ламар нажал кнопку рации.

– Чарли, – произнес он напряженным голосом. – Чарли, не выходи из диспетчерской.

В диспетчерской под сценой Чарли и Джессика пристально глядели на мониторы, высматривая малейшее движение.

– Слишком темно; я ничего не вижу, – пожаловалась Джессика.

– Смотри! – Чарли указала на один из экранов.

Джессика моргнула.

– Ничего не вижу.

– Это Карлтон, вон там. Я иду за ним. – Не дожидаясь ответа, Чарли поползла к выходу.

– Чарли, подожди, – сказал Джон, но девушка уже выбралась за дверь и захлопнула ее за собой. Все трое услышали, приглушенный металлический стук – это встал на место язычок замка.

– Чарли! – завопил Джон, но девушка уже ушла. – Заперто, – простонал он, дергая дверную ручку.

Рация ожила, и сквозь помехи пробился голос Ламара:

– Чар…ли, не выходи из …петче…кой.

Джон и Джессика переглянулись, и юноша схватил рацию.

– Слишком поздно, – проговорил он, глядя на Джессику, и медленно опустил руку.

Неуверенно ступая, Чарли пробиралась между стульями, но быстро сообразила, что заблудилась. Освещение изменилось; теперь над сценой мигал только ярко-синий прожектор. Зал то освещался слепящим светом, то погружался в темноту. Чарли закрыла глаза и попыталась вспомнить, как именно сюда шла. Металлические стулья и покрытые фольгой праздничные колпаки вспыхивали, точно сигнальные огни в темноте, и от этого мельтешения у Чарли заболела голова.

Девушка прищурилась, пытаясь сориентироваться, но ее со всех сторон окружали столы, и она практически ничего не видела: перед глазами горели сотни послеобразов. Она не представляла, в какую сторону идти, чтобы добраться до Карлтона. Чарли опустилась на ближайший стул и с силой прижала ладони ко лбу.

Раздался скрежет: металлическая ножка стола проехалась по полу; Чарли твердо знала, что сама она к столу не прикасалась. Она огляделась, но в этот миг свет погас. Когда он снова загорелся, девушка как раз смотрела на сцену, привычно ожидая увидеть там три пары поблескивающих глаз – но увидела только две. Фредди и Чика таращились на нее, свет прожектора отражался от их пластиковых глаз. Казалось, их головы повернулись к Чарли.

Бонни исчез.

Девушка мгновенно почувствовала себя незащищенной, ей в глаза сразу же бросилось множество мест в зале, где можно спрятаться, при этом сама она как на ладони, и если кто-то – или что-то – за ней наблюдает… Чарли подумала о диспетчерской, которую так опрометчиво покинула, и ощутила мимолетное сожаление. «Наверное, выйдя оттуда, я совершила большую глупость…»

Снова раздался скрежет, и, проворно обернувшись, Чарли увидела, как стол у нее за спиной медленно отодвигается в сторону. Она бросилась бежать, но в темноте сразу же во что-то врезалась. Девушка машинально вскинула руки, пытаясь защититься, и ощутила под пальцами мех. Свет снова вспыхнул, и на этот раз искаженный звук вырвался из распахнутого рта стоявшего перед ней кролика. Бонни. В нескольких дюймах от Чарли находился Бонни, его пасть быстро открывалась и закрывалась, глаза бешено вращались. Чарли отпрыгнула от аниматроника, потом медленно попятилась. Кролик не пытался пойти за ней, только дергал челюстью, а его глаза беспорядочно метались в глазницах. Нога Чарли зацепилась за металлическую ножку стула, и девушка упала навзничь, больно ударившись об пол пятой точкой. Она поползла спиной вперед, торопясь оказаться как можно дальше от Бонни. Вдруг на сцене вспыхнул прожектор, направленный прямо на нее. Чарли заслонила глаза рукой, пытаясь разглядеть, кто стоит на сцене, но свет ее ослеплял. Она сумела рассмотреть только две пары светящихся глаз.