Скотт Коутон – Неправильные (страница 6)

У Клэя немедленно сделался виноватый вид.

– Знаю, я не это имел в виду. Просто я хотел сказать, что нужно смотреть вперед. – Он быстро, нервно улыбнулся. – Конечно, моя жена сказала бы, что есть еще третий путь: ужасные события можно осмыслить и прийти с ними к соглашению. Возможно, она права.

– Возможно, – смущенно пробормотала девушка.

– А что насчет тебя? Как ты поживаешь, Чарли? – спросил Клэй.

Вопрос прозвучал почти умоляюще, но девушка не знала, как на него ответить.

– Полагаю, мне снятся сны об этом, – пробормотала она.

– Ты полагаешь? – осторожно переспросил полицейский. – Что это за сны?

Чарли снова посмотрела в окно. Грудь сдавило тугим обручем. «Что это за сны?»

Кошмары, только не о событиях в пиццерии «У Фредди». Тень, застывшая у двери шкафа с костюмами, где мы играли. Сэмми ее не видит, он играет со своим грузовичком. А я поднимаю голову. У тени есть глаза. Потом все приходит в движение: вешалки гремят, костюмы развеваются. Игрушечный грузовик со стуком падает на пол.

Я остаюсь одна. Мне не хватает воздуха, я бегу. Становится тяжело дышать, и я умру вот так, одна в темноте. Я бьюсь о стенку шкафа, зову на помощь. Я знаю, что он здесь. Сэмми где-то там, по ту сторону, но он не отвечает на мои крики, и я начинаю задыхаться, судорожно пытаюсь сделать вдох. В темноте ничего не видно, но даже во тьме я понимаю, что у меня темнеет в глазах, сердце бьется все медленнее, каждый его удар болезненно отдается в груди, и я изо всех сил пытаюсь еще хоть раз выкрикнуть имя брата…

– Чарли!

Девушка даже не заметила, что Клэй съехал на обочину и заглушил мотор. Полицейский смотрел на нее острым взглядом профессионального детектива. Какое-то мгновение Чарли глядела на него, пытаясь вновь обрести дар речи, потом заставила себя улыбнуться.

– Я стараюсь полностью сосредоточиться на учебе, – сказала она.

Клэй улыбнулся ей, но глаз его улыбка не коснулась. Он выглядел встревоженным. «Он жалеет, что приехал за мной», – подумала девушка.

Полицейский открыл дверь, но из машины не вышел. Пока они ехали, солнце начало клониться к закату, уже почти стемнело. Сигнал поворота все еще горел, отбрасывая на грязную дорогу желтое пятно света. Несколько секунд Чарли смотрела на него, как загипнотизированная. Ей казалось, что она ни за что не сможет пошевелиться, что будет сидеть и вечно смотреть на это световое пятно. Клэй выключил поворотник, и девушка моргнула, словно сковавшие ее темные чары развеялись. Она выпрямила спину и отстегнула ремень безопасности.

– Чарли, – сказал Клэй, не глядя на нее. – Извини, что прошу тебя об этом, но только ты можешь подтвердить мои подозрения.

– Хорошо, – ответила девушка. Ей вдруг стало тревожно. Клэй вздохнул и вылез из машины, Чарли последовала его примеру. Вдоль дороги тянулся забор из колючей проволоки, а на поле за ним паслись коровы. Животные стояли, пережевывая жвачку, и глядели прямо перед собой. Клэй приподнял колючую проволоку, и Чарли осторожно пролезла на ту сторону. «Когда мне в последний раз делали противостолбнячную прививку?» – подумала она, чувствуя, как колючка задевает ее футболку.

Девушке не пришлось спрашивать, где находится тело. Место преступления осветили прожекторами и обнесли импровизированной оградой: в рыхлую почву воткнули несколько столбиков и натянули между ними предупредительную ленту. Чарли стояла на месте; Берк вслед за ней пролез между нитями колючей проволоки и тоже огляделся.

Поле, довольно ровное, было покрыто короткой, местами выщипанной до проплешин травой и истоптано десятками копыт. На некотором расстоянии от места преступления росло единственное дерево. Чарли решила, что это дуб. Длинные ветви старого дерева тяжело опустились под весом листьев. Что-то странное витало в воздухе: сквозь характерный душок коровьего навоза и сырой земли пробивался острый, металлический запах крови.

Чарли снова посмотрела на коров, сама не понимая почему. Они вели себя вовсе не так спокойно, как ей показалось вначале. Животные беспокойно перебирали ногами, сбившись в несколько групп. Никто из них даже не пытался приблизиться к освещенному прожекторами участку земли. Словно почувствовав пристальный взгляд девушки, одна из коров вдруг издала низкое, скорбное мычание. Чарли услышала, как Клэй резко втянул в себя воздух.

– Может, стоило бы у них спросить, что здесь случилось, – заметила девушка.

Ее голос далеко разнесся в разлившейся над полем тишине. Клэй зашагал к освещенному прожекторами участку, и Чарли последовала за ним, ей не хотелось отстать от полицейского и остаться одной. Дело было не только в коровах; над этим местом нависло что-то зловещее. Не раздавалось ни звука, стояла тишина, словно сама природа потрясена совершившимся насилием.

Клэй остановился перед отгороженным местом и взмахом руки предложил Чарли пройти дальше, по-прежнему не говоря ни слова. Девушка посмотрела за ограждение.

На земле лежал, вытянувшись в жуткой позе, мужчина; руки и ноги его были выгнуты под неестественными углами. В слепящем, неестественно-ярком свете вся эта сцена казалась постановочной, словно на земле лежит огромная кукла. Все тело покраснело от крови. Одежда на трупе была порвана, точнее, разодрана на куски, и Чарли показалось, что в прорехах виднеются вспоротая кожа, кости и еще что-то непонятное.

– Что скажешь? – тихо спросил Клэй, как будто боялся расстроить девушку.

– Мне нужно подойти ближе, – ответила та. Клэй перешагнул через желтую ленту, и Чарли последовала за ним. Она опустилась на колени рядом с головой трупа, и джинсы сразу же пропитались жидкой грязью. Покойный был среднего возраста, белый, мышиного цвета волосы коротко подстрижены. К счастью, его глаза были закрыты. Лицо его казалось расслабленным, словно он спит. Чарли наклонилась, чтобы рассмотреть шею трупа, и побледнела, но взгляд не отвела.

– Чарли, ты в порядке? – спросил Клэй, и девушка подняла вверх руку.

– Я в порядке.

Она знала, что оставило эти раны, потому что уже видела, какие после них остаются шрамы. По обеим сторонам шеи трупа зияли глубокие, изогнутой формы раны. Вот что его убило. Смерть, наверное, наступила мгновенно. «А может, и нет». Чарли вдруг вспомнила Дэйва, охранника из пиццерии «У Фредди», убийцу. Она видела, как он умирал. Она сама привела в действие пружинные фиксаторы и видела испуганные глаза Дэйва, когда фиксаторы впились ему в шею. Она наблюдала, как его тело содрогается и дергается, пока надетый на Дэйва костюм протыкал острыми металлическими деталями жизненно важные органы человека. Чарли посмотрела на шею трупа, протянула руку и провела пальцем по краю раны. «Что ты делал?»

– Чарли! – встревоженно воскликнул Клэй, и девушка отдернула руку.

– Извините, – проговорила она, смущенно, вытирая о джинсы испачканные кровью пальцы. – Клэй, это один из них. Его шея, он умер, как…

Девушка осеклась. Клэй там был, его сын чуть не умер такой же смертью; но раз это случилось опять, полицейский должен знать, с чем имеет дело.

– Вы же помните, как погиб Дэйв, верно? – спросила она.

Полицейский кивнул.

– Такое сложно забыть.

Он покачал головой, терпеливо ожидая, когда она подойдет к сути.

– Те костюмы, вроде костюма кролика, что был тогда на Дэйве… Их можно носить в качестве обычных костюмов, но еще они могут двигаться сами по себе, как полноценные роботы.

– Ну да, нужно просто надеть костюм на робота, – кивнул Клэй.

– Не совсем так… Роботы уже находятся внутри костюмов; они состоят из отдельных частей, которые удерживаются в сложенном состоянии с помощью пружинных фиксаторов. Когда вам нужен аниматроник, вы просто включаете фиксаторы, и части робота разворачиваются внутри костюма, заполняя его.

– Но если в этот момент внутри костюма находится человек… – проговорил Клэй, явно ухватив ее мысль.

– Верно. Тысячи острых металлических деталей пронзят все его тело. Как, м-м-м, вот это, – закончила девушка, указывая на распростертый на земле труп.

– Можно ли случайно привести в действие пружинные фиксаторы? – спросил Клэй.

– Зависит от костюма. Если за ним хорошо ухаживают, то такой риск минимален. Если костюм старый или плохо спроектирован – такое может случиться. А если это не несчастный случай…

– Здесь произошло именно это?

Чарли поколебалась. В памяти вновь возник рассказ Карлтона о том, как Дэйв с обнаженным торсом показывал свои шрамы. Один раз он уже находился внутри костюма, когда сработали пружинные фиксаторы, и выжил, а во второй раз погиб. Как ему удалось уцелеть, пока внутри костюма разворачивались металлические детали робота, – загадка, казалось бы, это невозможно. И все же шрамы на его теле наглядно доказывали обратное. Чарли кашлянула и заговорила снова:

– Мне нужно увидеть его грудь. Можно снять с него футболку?

Клэй кивнул и вытащил из кармана пару резиновых перчаток и бросил девушке, но та этого не заметила, и перчатки упали на землю.

– Знай я, что ты станешь тыкать труп пальцами, выдал бы тебе их раньше, – сухо заметил полицейский. Он надел собственную пару и достал откуда-то из-за пояса нож. Покойник был одет в футболку. Клэй опустился на колени, подцепил футболку за нижний край и принялся разрезать. Звук разрываемой мокрой ткани разнесся над притихшим полем, как крик боли. Наконец полицейский закончил и распахнул разрезанную футболку на груди трупа. Ткань насквозь пропиталась кровью, и, когда Клэй отдирал ее от тела, кожа покойника слегка приподнималась, создавая обманчивое впечатление, что на земле лежит живой человек. Чарли наклонилась, вспоминая, как располагались шрамы на теле Дэйва. Она сравнила их с открывшимся ей зрелищем. «Вот что случилось с Дэйвом». Каждая колотая рана на теле мужчины выглядела смертельной; каждый такой укол мог поразить жизненно важный орган или просто оставить достаточно глубокую рану, так что жертва за считаные минуты могла умереть от большой кровопотери. То, что лежало сейчас на земле, казалось жуткой пародией на человеческое тело.