Скарлетт Сент-Клэр – Игра судьбы (страница 67)

— Но… ты любишь его?

Он пристально посмотрел на нее на мгновение, и он почувствовал, что этот вопрос — и причина, по которой она его задала — значили больше, чем он предполагал.

— Да, — сказал он наконец. — Я люблю его.

Аид почувствовал облегчение, когда она перешла от этой линии вопросов к рассказу историй о душах, с которыми она провела свой вечер накануне. Он взял за правило гулять с ней, посещать Асфодель и приветствовать души. Она даже убедила его поиграть с детьми, к чему он был слишком склонен, чтобы относиться легкомысленно. Разговаривая, они поели, а когда закончили, рука об руку прогулялись по саду на крыше.

— Чем ты занимаешься для развлечения? — спросила она, застенчиво глядя на него снизу вверх.

— В смысле?

У него был ответ, и он касался ее и его постели. На самом деле, это просто касалось ее. Он мог трахаться где угодно.

Она хихикнула.

— Тот факт, что ты спросил, говорит сам за себя. Какие у тебя хобби?

— Карты. Езда верхом.

Он остановился, протягивая руку. Черт, это оказалось сложнее, чем он думал.

— Выпивка.

— А как насчет вещей, не связанных с Богом мертвых?

— Выпивка не связана с Богом мертвых.

— Но это не хобби. Если только ты не алкоголик.

Вероятно, он был алкоголиком.

— Тогда какие у тебя хобби?

— Выпечка, — автоматически ответила она, и по выражению ее лица он понял, что ей это действительно понравилось.

— Выпечка? Я чувствую, что должен был узнать об этом раньше.

— Ну, ты никогда не спрашивал.

Он поймал себя на том, что хочет испытать это увлечение вместе с ней. Он хотел знать, почему это доставило ей такую радость. Что в этом успокоило ее и стерло беспокойство с ее лица? Он нахмурился, когда они продолжили свою прогулку, останавливаясь, чтобы она повернулась и посмотрела на него.

— Научи меня.

Ее глаза расширились.

— Что?

— Научи меня, — сказал он. — Печь что-нибудь.

Она рассмеялась, и надутые губы Аида стали более заметными; он был серьезен. Она, казалось, поняла это, и выражение ее лица смягчилось.

— Извини. Я просто представила тебя на своей кухне.

— Всё так сложно?

— Ну… да. Ты — Бог Подземного мира.

— А ты Богиня Весны, — отметил он. — Ты стоишь на своей кухне и готовишь печенье. Почему я не могу?

Она уставилась на него, и на мгновение он задумался, не обидел ли он ее. Он потянулся, чтобы коснуться уголка ее губ, которые были нахмурены.

— С тобой всё в порядке?

Его вопрос вызвал улыбку на ее лице, и все же что-то все еще казалось неправильным. Он заметил, что ее глаза заблестели, как будто она была близка к слезам.

— Всё отлично, — согласилась она и удивила его, прижавшись поцелуем к его губам и слишком быстро отстранившись.

— Я научу тебя.

— Ну, тогда, — сказал он, положив руки ей на талию. — Давайте начнем.

— Подожди. Ты хочешь учиться сейчас?

— Сейчас такое же подходящее время, как и любое другое, — сказал он. — Я подумал, может быть… мы могли бы провести время в твоей квартире.

И снова она казалась ошеломленной, и он пожал плечами, объясняя:

— Ты всегда в Подземном мирей

— Ты… хочешь провести время в Верхнем Мире? В моей квартире?

Ему придется предлагать это почаще. Ей потребовалось слишком много времени, чтобы уловить суть.

— Я… должна подготовить Лексу к твоему приходу, — сказала она.

— Весьма справедливо. Я попрошу Антония высадить тебя.

Он посмотрел вниз на свой костюм.

— Мне нужно переодеться.

ГЛАВА XXVII

ОБУЧЕНИЕ ДРЕВНЕГО БОГА НОВЫМ ТРЮКАМ

Аид вернул Персефону в Лексус и телепортировался в Подземный мир, появившись в своих покоях. Он воспользовался моментом, чтобы сделать глоток виски. Он ненавидел себя за то, что собирался сделать.

— Гермес!

Он призвал бога одной командой, и тот появился, одетый в сетчатый укороченный топ и крошечные кожаные шорты.

Что за хрень он прервал?

— Да, Король Смерти и Тьмы…

Голос Гермеса затих, когда он обвел взглядом комнату. Когда он снова встретился взглядом с Аидом, тот казался ошеломленным.

— Я сплю?

— Мне нужна твоя… помощь, — сказал Аид.

— Я вижу сон.

Гермес ударил его по лицу.

— Гермес, — процедил Аид сквозь зубы.

— Нет, нет, — сказал он, поднимая руки, как бы прося его замолчать. Он перевел дыхание.

— Не разрушай это для меня. Может, я и во сне, но я собираюсь воплотить в жизнь одну из своих пяти главных фантазий…

Аид ударил бога по щеке, который выглядел потрясенным.

— Это не сон, Гермес.

Они уставились друг на друга, и в наступившей тишине Аид приподнял бровь. — Пятерка лучших фантазий, да?

Гермес поднял подбородок и прочистил горло.