Сия Тони – Система: Искупление (страница 52)

Прикрыв лицо руками, я тяжело вздохнула и стыдливо подытожила тихим шепотом:

– Какой позор…

Глава 31

Я стянула дурацкие перчатки и шарф, разрываясь между желанием провалиться сквозь землю и потребностью прикончить Лира ложкой. Раздеваясь по пути в ванную, я кровожадно раздумывала над тем, сколько же ударов придется ему нанести, чтобы округлые края маленького столового прибора причинили ему заслуженный урон.

Перед глазами стояло удивленное лицо Райана, который пытался осознать смысл сказанных мною слов. Не представляю, как я выглядела, заявив о его чувствах ко мне…

Опустившись в горячую ванну, я впервые улыбнулась: мы с Лиром ошибались. Несомненно, это хорошие новости. Верно?

Неправильно расценивая поведение Райана, я зря волновалась все это время. Теперь я могла успокоиться. Его голос всплыл в моем сознании:

«Тогда почему ты так реагируешь? Почему дрожишь и краснеешь? Может быть, проблема не во мне, а в тебе?»

– О чем это он? – вслух спросила я, вырисовывая пальцем линии на поверхности воды.

Внешне они с братом действительно были очень похожи. И, если не брать в расчет различие характеров, отличались они лишь парой сантиметров роста, прической и цветом глаз. Пусть в массивности и рельефности телосложения Райан чуть уступал, у него было два года на то, чтобы догнать брата.

Если быть уж совсем честной, порой в Райане я и правда видела Лиона. Яркая мимика младшего брата позволяла узнать, как выглядел бы мой мужчина в человеческом обличье. Если бы Лион мог смеяться, лучики маленьких веселых морщинок собирались бы в уголках его глаз. При раздражении или злости его брови сходились бы у переносицы. Умиление, сарказм, удивление, сомнение… и многое другое…

Возможно, из-за сравнения с возлюбленным я так пристально всматривалась в подобные мелочи и порой реагировала на Райана слишком чувственно?

– Конечно, нет, – возразила я самой себе. – Что за бред…

Проснувшись утром, я прижалась к горячему телу позади себя. Обернувшись, я с довольной улыбкой рассматривала любимого мужчину. Лион крепко спал, к моему удивлению, оставшись в человеческом обличье.

Неужели боялся побеспокоить мой сон?

– Очаровашка, – тихо произнесла я.

Мой голос его не разбудил. Расслабленные черты прекрасного лица завораживали, их хотелось рассматривать вечно. Аккуратно развернувшись в его объятиях, я погладила его руку с бугрящимися под кожей мышцами.

Любимый запах, размеренное дыхание, теплая постель… счастливые мгновения. Рядом с этим величественным мужчиной я чувствовала себя на своем месте. Вот так нежиться в его объятиях… было достаточно, чтобы вытеснить любые плохие мысли из моей головы. Поглаживая его волосы, я просила небеса, чтобы наше счастье длилось вечно.

Я нежно коснулась его голых плеч, скользнула по ключицам к груди. Спускаясь все ниже по его телу, я почувствовала, что мои прикосновения пробуждают его. Сквозь сон Лион прижал меня к себе, лишив возможности им любоваться. Он заерзал, устраиваясь поудобнее, тяжелое бедро расположилось между моих. Зарывшись лицом в мои распущенные волосы, он снова расслабился, позабыв о пробуждении.

Мне было жаль его тревожить, но, прежде чем уйти, я хотела провести с ним время. Я знала, что он поздно пришел, а сейчас было еще слишком рано, но его внимание было мне необходимо.

– Лион, – уже громче позвала его я, привстав.

Я отстранилась, опираясь на руку. Высвободилась из его хватки и принялась нежно целовать его брови, скулы, подбородок… Мои легкие прикосновения понемногу находили отклик. Сглотнув и поджав губы, он медленно отвернулся, перевалившись на спину.

Я улыбнулась и прошептала:

– Самый прекрасный мужчина на свете…

Погладив его выглянувшую из-под одеяла грудь, я скользнула ниже. Пытаясь смягчить недовольство Лиона ранним пробуждением, я вознамерилась придать началу этого дня особую нежность. Коснувшись пальцами его утренней твердости, я была очень ласкова. Восхитительная бархатистость его кожи будто призывала к неспешным и чувственным поглаживаниям, чем я и увлеклась.

– Доброе утро, люби-имый, – протянула я.

– Доброе утро, – совсем тихо отозвался Лион. – Я так скучал… – Медленно приподнимая тяжелые веки, он все же посмотрел на меня. Казалось, еще мгновение, и на его лице должна была просиять улыбка. – Люблю тебя, – прошептал он, снова проваливаясь в сон.

Я улыбнулась, поддаваясь очарованию его человеческого обличья. С виду совершенно ни в чем не заинтересованный, сухой и безэмоциональный мужчина так открыто признавался мне в чувствах.

Было в этом что-то сексуальное.

– Лион, – произнесла я, прекратив любые прикосновения.

– Да… – сонно отозвался он.

– Ты слушаешь меня? – уточнила я, улыбаясь.

– Да… – с той же интонацией повторил Лион.

Хихикнув, я принялась взывать к его сознанию:

– Сегодня финалистки должны быть на съемочной площадке уже с утра. Не представлю, что из нас собираются сделать или в чем причина столь стремительных сборов, но мне совсем скоро придется уехать. А значит, с тобой мы увидимся только вечером.

Я замолчала, ожидая его ответа.

Глядя какое-то время на вздымающуюся и опадающую грудь Лиона, умиротворенное выражение его лица и расслабленную позу, мне вдруг захотелось снова лечь рядом. Чувствовать его, знать, что он здесь… на самом деле мне было достаточно для счастья и этого. Я согласилась уделить это время безмятежному сну, крепко прижавшись к моему мужчине и растворяясь в любви.

Возможность засыпать и просыпаться в объятиях друг друга оказалась одним из лучших преимуществ совместной жизни…

Когда в спальне раздался какой-то звук, я поморщилась и неохотно повернула голову. Ненавязчивые ноты плавно, но настойчиво набирали силу, возвращая в сознание. Стоило открыть глаза – они исчезли, уступая место тишине. Я впервые просыпалась под звуки верумианского будильника и не сразу поняла, что это он. Лишь когда уже знакомая мелодия заиграла в третий раз, я улыбнулась, осознав происходящее.

Посмотрев на Лиона, я уже не смогла отвести взгляд. Появилось стойкое ощущение неповторимости момента. Казалось, стоит моргнуть, и наше счастье попросту исчезнет без следа. Когда я любовалась этим величественным мужчиной, прошлое и будущее переставало существовать. Кто бы мог подумать, что испытывать нечто подобное… возможно…

Представив врывающегося в нашу спальню Лира, я все же убедила себя выбраться из постели, чтобы начать поиск одежды и удобной обуви. Я с трудом заставляла себя не останавливаться, хотелось взглянуть на Лиона еще хоть раз перед уходом. Наспех умывшись и расчесав волосы, я все же не сдержалась и оставила на губах любимого невесомый, полный обожания поцелуй.

– До вечера, – прошептала я, не рассчитывая на ответ.

Я взяла себя в руки, вышла в коридор и спустилась на первый этаж в поисках одного очень нехорошего человека.

– Ты! Интриган! – бросила я оскорбление в растерявшегося Лира.

Он чуть не подавился мирно поглощаемым завтраком, стоило моему появлению нарушить его уединение.

– Фто? Фто? – скривившись, спросил он с набитым ртом.

– Ты! – Я с силой ткнула пальцем ему в грудь. – Сказал мне, что Райан влюблен в меня, а это вовсе не так. Он был в шоке, когда я заявила ему о его несуществующих чувствах. Обсмеял меня и покрутил у виска, Лир!

– Прямо обсмеял? – Он прыснул со смеху.

Чтобы не наговорить лишнего, я стиснула зубы и процедила:

– Да.

Я вздрогнула, когда он ударил ладонью по столу, залившись смехом. Содрогаясь в издевательском хохоте, Лир отодвинул от себя тарелку с едой и наслаждался весельем.

– Как ты… вообще ему… это заявила? – с трудом через смех выговорил он.

– Прямо сказала, что замечаю проявления его чувств ко мне и что я не смогу ответить ему взаимностью, – раздражаясь сильнее, ответила я.

– Зато теперь ты точно знаешь, что между вами ничего нет. Разве это не здорово?

Я закрыла глаза и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться.

– Ты издеваешься надо мной?

Лир наконец перестал смеяться и посмотрел на меня с искренним интересом.

– Во-первых, – мягко начал он, – я и подумать не мог, что ты пойдешь напролом, уличив парня в очевидной симпатии. – Он схватился за голову. – Хотел бы я увидеть его лицо в этот момент. Безумие! – Раздражающее меня веселье снова накрыло его с головой. – Во-вторых, – с трудом взяв себя в руки, он продолжил, – что еще он мог тебе ответить, Атанасия? Как, по-твоему, ему стоило себя повести? Воспользовавшись случаем, признаться тебе в чувствах?

– Хочешь сказать, что вовсе не чувствуешь вину за то, что выставил меня дурой? – выпалила я, пытаясь снять с себя ответственность за вчерашний позор.

– Я убежден в том, о чем тебя предупреждал, – настаивал он на своем.

– Ты просто невыносим.

– Это комплимент или оскорбление?

– Это факт.

– Значит, ты не пыталась меня оскорбить. Уже славно, – ответил он, поднимаясь со своего места. – В любом случае тебе не стоит так переживать. Ты жестко поставила парня на место, разрушив даже те мечты, которых у него еще не было.

Обойдя меня, он достал с полки еще одну глубокую тарелку.