Сия Рэйман – Фиолетовый рассвет (страница 3)
Ночью мне опять не спалось. Я всё сильнее осознавал происходящее, думая о дальнейшей судьбе родителей. Раньше они и дня не могли прожить друг без друга. Сейчас я лежал в кровати, чувствуя дуновения ветерка из приоткрытого окна, и понимал, как теперь одинок.
Я впервые настолько ярко ощутил это чувство. Будто бы всё время шёл по льду. Тут он треснул, и я погрузился в мрачные толщи ледяного мира, без шансов на выживание.
Будильник меня подвёл. Я соскочил с кровати, понимая, что всё-таки уснул. Опаздывать на занятия второй день подряд не хорошо. Я нацепил на себя первые попавшиеся джинсы, белую футболку и свой любимый бомбер, а затем вылетел из дома.
Забежав в школу, я поймал недоумённый взгляд охранника, но совсем не обращая внимания, побежал в кабинет математики. Только я распахнул дверь класса, передо мной предстала картина: никого нет.
Кроме Лии.
Девчонка сидела на моём месте и изучала учебник. Кажется, она изучала его не от страха перед одноклассниками, а просто так. Либо все они стали невидимыми и сейчас смеются над моим удивлённым лицом.
Подходить к ней стало куда легче, чем раньше. Шанс, что Лия сбежит – стал меньше, но всё также вероятен. Я вёл себя осторожно. Сев за соседнюю парту, я начал готовиться к уроку, иногда поглядывая на девочку. В какой-то момент я заметил – она тоже поглядывает на меня, стараясь сдержать улыбку. Хоть Лия и пыталась сохранять серьёзность, у неё не вышло. А я всё же сгорел от нетерпения.
– Что смешного? – я посмотрел на неё.
– Сегодня суббота – Лия тихо хихикнула.
Я потупился. Совсем из головы вылетело! Вчера была пятница, вот маму и отпустили пораньше!
– Тогда ты что здесь делаешь? – недоумённо я поднялся с места.
– Хожу на внеклассные занятия.
– Дэви, тебе тоже не помешало бы позаниматься – вмешалась в разговор пришедшая Маргарет. – Зная твою натуру, постоянно витающую в облаках, я с уверенностью могу сказать, что тебе надо подготовиться к тесту.
С одной стороны, я попал по адресу, но с другой… так не хотелось сидеть над скучными уравнениями. Маргарет дала нам задания, а сама села за учительский стол и начала проверять тетради.
Первые задачи не вызвали затруднений. Потом я засел на геометрии, с которой дела у меня всегда были плохи. Не думал, что Лия придёт мне на помощь. Она даже поднялась с места, ради того, чтобы объяснить, как решать задачу. Я был приятно удивлён. Лёгкая дрожь щекотала тело. Я не подавал виду.
– Ты всё понял? – спокойным голосочком произнесла девочка.
– Теперь да —заворожено ответил я, глядя на фиолетовую радужку.
Мы изучали друг друга взглядами, и я понял: пора действовать. Однако, как только Лия почувствовала на своём хрупком плече мою ладонь, она тут же сделала такую гримасу, будто бы я чем-то её обидел. Зажавшись, она попятилась назад и вскоре выбежала из класса.
– Зря ты так… – послышалась реплика учительницы. – Если хочешь подружиться с ней, лучше держи дистанцию.
Грудь защемило неприятным чувством. Маргарет права – я не должен касаться Лии Бенсон, ведь это причиняет ей неудобства. Она страдает гаптофобией, раз не терпит прикосновений?
Я был обязан догнать Лию и извиниться! Ничего не сказав, я выбежал из класса в след за ней. Спустившись по лестнице, я побежал к выходу, только охранник преградил мне путь.
– Куда ты бегаешь постоянно?
– А, Лия Бенсон…
– Никто не выходил.
Значит, она здесь. Мельком сказав слова благодарности, я отправился на второй этаж. Обстановка царила безлюдная, будто бы ни единой живой души в школе не было. Звук моих шагов разносился эхом в немом пространстве, оставляя после себя некую пустоту. Где могла быть эта девочка? Пересилив себя, я заглянул в женские туалеты, так никого и не обнаружив. Лишь только проходя мимо окон, я услышал всхлипывание, а после, увидел её, сидящую на подоконнике.
Странно, почему меня сковала неуверенность? Прежде я мог спокойно общаться и контактировать с девчонками, не чувствуя волнения или дискомфорта. Теперь же я впал в ступор, глядя ей в спину. Лия меня не видела, и кажется, даже не слышала шагов. Она плакала, тряслась и прижималась к углу окна.
Во мне проснулось сочувствие, перемешанное с виной. Я всё-таки подошёл к ней. Медленно и аккуратно. Присев на другой конец подоконника, я посмотрел ей в глаза. Лия замерла от страха, а потом дёрнулась слезать, но я остановил.
– Не убегай от меня – произнёс я, и опёрся головой на стекло, опустив глаза. Говорить о личных вещах для меня было самым трудным занятием. Я не знал, как начать и с какой именно интонацией озвучивать мысли.
– Миссис Джозеф всё тебе рассказала? – послышался неуверенный голос.
Я отрицательно покачал головой. Между нами повисло тяжёлое и неловкое молчание, какое бывает только тогда, когда сидишь рядом с малознакомым человеком. Но почему-то в этом молчании, я чувствовал что-то родное и близкое, чего ранее не ощущал. Лия всё ещё жалась к углу, иногда вздрагивая. Ситуация требовала, чтобы я разобрался во всём самостоятельно.
– Я думал просто похлопать тебя по плечу, в знак благодарности…
– Хватит. Не оправдывайся передо мной.
– Прости… Я не знал, что тебе неприятны касания – боясь посмотреть на неё вновь, я уставился в пол.
Однако, я выгляжу трусом, если не могу взглянуть на неё. Она могла подумать, что я никчёмный щенок, который провинился и не смеет поднять голову. Самое худшее для меня ощущать себя таким щенком, поэтому я немедленно переключил взгляд с пола, на её заплаканные глаза.
– Ты могла бы рассказать, что с тобой произошло? Пожалуйста… – не думал, что стану умолять девчонку рассказывать о проблемах.
– Во время ссоры моих родителей, отец схватил маму за плечи и оттолкнул – выдавила из себя Лия. – Она оступилась, упала с лестницы, и… её смерть посчитали убийством по неосторожности, а отец попал за решётку. Меня забрала бабушка, но травля одноклассников вынудила нас переехать подальше оттуда. Теперь я не переношу касаний, лишних знакомств и разговоров – закончив говорить, Лия слезла с подоконника.
Нельзя оставлять человека наедине со своими страхами. Я обязан ей помочь. Это было первым толчком к началу истории, которая перевернула всю мою жизнь.
Лия поспешила удалиться, я догнал её и уже почти схватил за запястье, как вдруг успел опомниться. Нужно было остановить Лию словами – они никак не могли прикоснуться к телу.
– Не бойся, я не причиню тебе вред. Я хочу помочь.
Лия растерялась, а после ответила:
– Честно, я не желаю, чтобы ты мне помогал. Не подходи ко мне.
И она убежала прочь, оставив меня в непонятном состоянии. Я боролся с внутренним противоречием, мне хотелось догнать её, но я стоял. Я стоял, понимая: если побегу за ней – она меня возненавидит.
Глава 3
Я пришёл домой поздним вечером, когда на улице уже совсем стемнело. Всё это время я искал утешения для своих мыслей, но кажется, Лия встревожила меня до такой степени, что отойти я не смогу пару дней. Мама встретила у порога с вопросами, где я был и почему явился в такое время, но я не хотел отвечать и просто ушёл спать.
Мне не спалось. Мысли о том разговоре на подоконнике меня беспокоили. Нужно освежиться. Я взял гитару и вылез через окно. Рядом с домом росла сосна, которая являлась моим товарищем. Я говорю так, потому что с её помощью я сбегал из своей комнаты, и таким же образом возвращался назад. Цепляясь за нижнюю ветку, я вскарабкивался на неё, а потом через все остальные попадал на крышу.
Мои побеги всегда сопровождались приятным адреналином, но сейчас я чувствовал лишь… боль. Почему?! Разве могла эта новенькая девчонка так повлиять на меня? Ответ стал очевидным, как только я вдохнул свежий запах хвои, перемешанный с ароматом мокрого асфальта. Освещённые улицы Форест-Вейла мерцали от света фонарей, а тишину прерывали лишь изредка проезжавшие машины.
Я шёл вперёд и не замечал ничего, кроме внутреннего разговора и ярких образов в голове. Точнее, не хотел замечать. Я почему-то злился на Лию за то, что она меня прогоняет, и одновременно мне было её жаль. Эта несуразица привела меня в центр города. В парк, где я порой сидел с друзьями, играя на гитаре.
Заняв одинокую лавочку, я задумался: «Было ли правильным настаивать на своей помощи? Почему она боится меня, как огня? Почему мне стыдно? Я хотел помочь человеку» – оперевшись на спинку, я поглядел на небо. Сквозь хвойные иголки виднелись маленькие звёздочки. Сквозь мысли я почувствовал каким загадочным был этот момент… Достав гитару, я тихо запел свою новую песню, что ещё вчера сочинил на радостях. Теперь она не казалась мне такой радостной. Я видел себя совершенно иначе. Я видел себя виновником, хоть был и не причастен.
Мои светло-каштановые волосы трепал ветерок, чёлка падала на глаза, а я всё думал о том разговоре на подоконнике. Я пел о ней, и думал о ней. Честно, мне было очень жаль Лию. Я видел перед собой её образ… Как она пугливо прижималась к углу и тряслась от страха.
Жизнь плохо обошлась с девочкой, но теперь, когда она встретила меня – такого не будет. Я был твёрд, или же слишком упрям, чтобы взять и оставить её, даже после того, что она мне сказала. Я не смогу оставить её.