Сириус Дрейк – Это кто переродился? Трилогия (страница 94)
Борис уже пять минут пялился на гигантское пятнистое яйцо, которое он нашел в подсобке. Его уместили прямо в домике Василия, поставили рядом включенный обогреватель, а еще сиротливо прикрыли одеяльцем.
— Мяу! — протестующе закричал кот.
— Та-а-ак… — протянул Борис. — И кто это такой умный?..
Он вышел в зал и упер кулаки в бока. Замолкнув, посетители тут же повернулись к нему. Все знали: если Борис встает в такую позу, значит, он недоволен.
— Вас нельзя и на минуту оставить! И кто додумался притащить в подсобку гигантское яйцо⁈ Валера, ты?
— А че я-то?
Борис погрозил ему пальцем.
— Ты в прошлый раз спрятал под стойкой катушку медной проволоки! И типа я не замечу? Скажи спасибо, что я не выдал тебя копам!
— Было дело… Но ни о каких яйцах я не знаю… Ик!
Борис оглядел оставшихся выпивох, но все лишь сконфуженно пожимали плечами. Силантий тоже был вне подозрений — маг был не из тех, кто доставляет проблемы, да и он сегодня не появлялся. Про Нагая и говорить нечего, он вовсе где-то потерялся.
Значит, остался только один человек.
— Ива-а-ан!
В ответ за стенами зазвучал двигатель, а через минуту машина остановилась у их окон. Захлопали дверьми, а затем к ним вошли…
Бар погрузился в молчание. Даже музыка оборвалась, а телевизор опять начал показывать «мертвый» канал.
— Здравствуйте, — и все пятеро дам в облегающей черной коже, мокрые и растрепанные очаровательно улыбнулись. — А нам сказали, что вы ищите официанток?
Между ними болталось тело Ивана. Кажется, он был без сознания.
Глава 29
Как пройти в библиотеку?
Проснувшись, я какое-то время смотрел в потолок, и не мог понять, как вчера добрался до своей комнаты. Последнее, что помню, это фары, мелькающие огни города, сигаретный дым, шепчущие голоса над ухом, а потом все… как отрезало. Видать, сознание покинуло меня еще на полпути.
Попытавшись встать, сразу же рухнул на подушки. Тело было совсем вялым, будто налитым свинцом. А всему виной тренировки, Испытания и так далее. Все же этим слабым мышцам нужен нормальный отдых.
— А я говорил! Говорил! — послышался голос Ивана. — Что теперь с тобой делать?
— Отвали…
В спальне отчего-то было совсем темно, а еще мебель стояла как-то совсем не так. Принюхавшись, я удивился — в воздухе носился запах свежести и… вишни?
Открыв шторы, я удивился вторично. На подоконнике стоял цветок, а стекло казалось настолько чистым, что даже касаться его как-то неудобно. В комнате же не было ни следа от пыли. Все полы выметены, а паутина в углу куда-то подевалась. Один паук, что в поте лица плел над моей головой свои узоры, сейчас грустно болтался над диваном.
Так постойте… Тут что была…
— Уборка⁈ Кто посмел?
Снизу при этом раздавались голоса, скрежет и веселая музыка. И нет, не шансон, а что-то про любовь.
На часах при этом было десять — до открытия «Котла» еще целый час.
— Подозрительно… — нахмурился я и кинулся в диван. К счастью, золото было на месте.
Еще с лестницы я увидел их — летающие в воздухе полупрозрачные пузыри. И они мне очень не понравились.
— Какая-то магия…
Но следом послышался голос Бориса:
— Аккуратней, эти бутылки мне достались еще от дедушки! Стулья не поломай, им через год полвека стукнет! А эта тряпка…
Спустившись, я сразу наступил в пену, которой были покрыты полы от входа до самой барной стойки. По ней, как по облакам, скользили те самые вчерашние девицы. К счастью, на них уже не было той уродливой одежды, и они разоделись в обычные футболки с джинсами. Катя с Аней натирали пол швабрами, Вика с тряпкой в руке командовала за барной стойкой, еще кто-то гремел в подсобке.
Борис же стоял в центре помещения и с потерянным видом, аки флюгер на ветру, поворачивался то туда, то сюда. На его руках притаился кот Василий.
— Извините, Борис Эдуардович, но в вашем баре женской руки не было с момента основания! — заявила Вика, натирающая столешницу. — И как не стыдно принимать тут гостей⁈
— Им все равно! Они тут за пивом, а не за чистотой! Ты поаккуратней, краску сотрешь!
Девушка фыркнула.
— Это не краска! Это грязь! Вы эту стойку вообще мыли когда-нибудь⁈
— Нет.
— А стоило бы!
— Какая глупость — мыть барную стойку! Каждому бармену известно, что чем больше в нее впитается пива, тем больше клиентов!
В подсобке снова загрохотало, и Борис, выпустив Василия, направился туда.
— Эй, вы чего там делаете⁈
В ответ раздался истошный визг, и в зал, быстро перебирая лапками, выбежала целая банда мышей. Девушки с криком попрыгали на стулья, а за мышами с довольным мявом устремился Василий. Когда хвосты зверушек скрылись в подвале, Борис захлопнул за ними дверь.
— Что тут за дела? — спросил я, оглядывая помещение, по которому медленно скользили пузыри. С опаской коснувшись одного из них, я чихнул — лопнув, он брызнул прямо в лицо. — Какая гадость…
— Ага, вот и он! — упер кулаки в бока Борис. — Хорош!
Я пожал плечами. Я знал, что я хорош.
— И как ты это объяснишь? Видишь, что они сделали с моим баром⁈ — и бармен обвел рукой свой зал, который, как ни крути, начал приобретать более приятные очертания. — Всего одна ночь, а наутро такое!
— Тебе же нужны были сотрудницы? Вот, и получай. А про бар ты ничего не говорил.
Борис не сдавался:
— Да они даже котел не пожалели!
Котел сверкал так сильно, будто в самом деле был сделан из чистого золота. Монет же в нем стало еще больше, что несказанно улучшило мне настроение.
Пока я рассматривал свои новые монеты, Борис ворчал и шипел как старый испорченный радиоприемник. Из подсобки, тем временем, показалась девушка в очках. В руках у нее был огромный пыльный том.
— Эй! Это же дедушкина бухгалтерская книга! — охнул Борис. — Ты откуда ее достала?
— Она подпирала ножку шкафа, — сказала очкастая, опустив здоровенную книжищу на стол. — И судя по всему, к ней никто не прикасался лет двадцать.
— А зачем она? Все, что мне было нужно, вот здесь, — и он похлопал пальцем по виску.
Открыв том, очкастая громко чихнула. Ее накрыло облаком пыли.
— Тамара Михайловна! Мы же убираемся! — закричали девушки. — Иди тряси этой рухлядью где-нибудь в другом месте!
Проигнорировав их, она перевернула пару страниц.
— Борис, в вашей бухгалтерии и мышь не ночевала. Последнюю запись оставили еще при Нем.
— Вот пусть Он и волнуется об этом. Эй, не трогай телевизор! Сегодня придет мастер и починит эту рухлядь!
Вика же подсоединила какой-то проводок, и телевизор замигал. Там появилась картинка.
— Дай сюда! — и отняв у девушки пульт. — Как ты это сделала? Я вчера всю голову сломал.
Улыбнувшись, Вика пожала плечами.