Сириус Дрейк – Это кто переродился? Книга 3 (страница 21)
— Вечно я не буду сильной. Уже век, как я была той, кем меня считали. Но не той, кем я сама хотела бы стать…
— И ты хочешь, чтобы Марьяна пошла по этому пути?
— Конечно, это ее Судьба — стать взрослой, занять мое место, из Принцессы обратится Королевой, — и с этими словами Дарья посмотрела мне в глаза. — Хочет она того, или нет.
На моем лице сама собой выскочила ухмылка.
— Кажется, кое-кто в свое время говорил иначе…
— Молодость — пора глупости. Но также и смелости, а нужно быть смелым человеком, чтобы повзрослеть. Мне пришлось… И даже раньше, чем следовало. Марьяне простоит то же самое. Иначе, ей не жить — кое-кто другой позаботиться об этом, чтобы усесться на трон попрочнее.
— Кто же? Разве есть и другие претенденты на престол?
— Конечно. Их целый Совет. Каждый так и видит своего отпрыска Марьяне в мужья. А то и сам не прочь надеть корону. Возьми того же Марципания.
Я фыркнул. Нашелся тоже король.
— Ну и пусть. Какая вообще разница, кто сидит на троне? Я помню мир до порталов — он был такой же клоакой. Да, не было этих ваших телевизоров, расписных бумажек и кредитов. И что толку? Люди всегда были людьми.
Дарья только покачала головой.
— Тебе не понять, дорогой. Ты ведешь слишком не человеческую жизнь. Даже будучи человеком.
— И чем быстрее я перестану быть им, тем лучше, — улыбнулся я.
— А всем этим людям, которые встречаются на твоем пути, им каково?
— Они слабы. Какое мне должно быть до них дело? Нет, есть, конечно, забавные, вроде Бориса, Амадея и Артура, но все их проблемы — от слабости. Не будь ее, они стали бы королями своей жизни. Целенаправленно тащить слабаков к вершине — верх глупости. Для меня же главное — мои силы, ибо я силен, а значит, достоин благ: золота, Башни и тебя, моя Королева.
Дарья помолчала.
— Я… А для меня главное благо Марьяны и моих подданных. Какое же это благо, если если плохо будет им?
— Ты все слишком усложняешь. Ты жива, и это главное.
— Пока… возможно…
— Не говори так. Мое золото поможет тебе восстановиться. Ты еще не забыла наши уроки Древней магии?
Она покачала головой.
— Нет, но… Если я буду колдовать… Нужно будет делать это где-то подальше…
— Мы что-нибудь придумаем. Я заберу тебя.
— Нет, ты заберешь Марьяну, — и она посмотрела взглядом, полном стали. — После всего случившегося, у Инквизиции возникнет много вопросов, и вам лучше где-нибудь спрятаться, пока все не уляжется. Тем более, с твоими клыками…
И она, хихикнув, приподняла мне губу. А их уже вылезла целая коллекция. Язык постоянно цеплялся то за один, то за другой.
— Найди себе «норку» и готовься к новому Испытанию, в результате которого ты заберешься еще выше по социальной лестнице. Получишь новый титул, земли и…
— О, нет… — закатил я глаза. — Снова эта твоя политика…
— И сможешь охранять и наставлять Марьяну. Ни на шаг не отпускай ее от себя! Это моя главная просьба — не дай моей внучке погибнуть, не дай сбежать от своей Судьбы, не дай стать игрушкой в злых руках. Вообще в чьих-либо. Она должна научиться быть решительной, рассудительной и сильной. И главное — одинокой. Ибо путь к власти это всегда дорога для одиноких.
Она помолчала.
— Я же могу сама о себе позаботиться. Не впервой. За век-то…
— И зачем тебе эти сложности с властью? — спросил я. — Власть — моя прерогатива. Вернув свое — я обрету власть, а затем…
— Отдашь ее Марьяне? Просто так? Без борьбы? И что выйдет?.. Очередная игрушка на троне? Олаф как раз был таким — он буквально выиграл эту власть, как в лотерею. Получил корону из рук моего отца, который на старости лет решил отдать половину страны тому, кто убьет тебя, а потом умер сам, завещав нам и вторую половину. И вот… Результат ты видишь каждый день…
Я вздохнул. Иной дороги не было. Придется побыть нянькой для малолетки.
— Ладно, будь по твоему. Но Марьяну я буду учить сам. Как умею. Если не выдержит — ей же хуже.
Улыбнувшись, она погладила меня по плечу.
— Иного я от тебя и не ждала, мой чешуйчатый рыцарь.
— Рыцарь⁈ Хочешь обидеть?..
В ответ Дарья только рассмеялась.
— Рыцари бывают разные, мой дорогой. Те, которые ломились к нам в Башню были из тех, кто просто хотел дармовой власти, денег и славы. А есть другие… Которые служат людям…
И ее пальчик уперся мне в грудь.
— Как ты.
— Я⁈ Служу людям? Какая гадость!
— У тебя нет иного выхода, — улыбнулась она, приблизившись к моим губам. — Либо помочь людям обрести достойного правителя, либо… Стать им самим.
И не успел я ответить, как Дарья впилась в меня как львица в кусок мяса. Она всегда так целовалась — как будто в последний раз…
Вновь оказавшись в темноте, я еще долго чувствовал губы моей Королевы. Сознание возвращалось рывками — сначала пришли чувства, потом звуки, а затем и свет. Тьма рассеялась. Легкость во всем теле тоже. Вновь навалилась тяжесть плоти.
А вот губы не ушли. Упругие, мягкие, страстные. Казалось, Дарья пытается откусить мне лицо своими клыками. Так отчаянно она целовалась — с языком, что был шершавым как у…
Так, минуточку.
Открыв глаза, я увидел его. Красного, круглого и зубастого. И вылизывая меня, он словно пытался содрать с моей щеки кожу.
— Сука, отойди! — зарычал я, отпихнув эту неведомую зверушку. — Ты чего творишь⁈
Тот радостно затявкал, а я вытер губы рукавом.
Яркий свет слепил, а вот звуков было столько, что было впору свихнуться. Вокруг стояли ящерки, и только увидев, что их Повелитель очнулся, они заулыбались.
— Повелитель жив! Он сразит Отступника!
Отступника? Какого еще?..
Следом разразился жуткий рев. Улыбки тут же пропали с их чешуйчатых мордочек, а затем, все как одна, они попятились.
Я же сразу увидел перед собой лютого ящероподобного монстра. Сжимая в зубах оторванную руку, он вырывал из нее куски плоти и бросал себе в пасть. За его спиной в луже крови остывало тело в черном.
И это был Григорий. Тварь буквально втоптала его в пол.
На мне же была целая коллекция золотых колец и всевозможных цепей. И это было единственной хорошей новостью. В следующий миг монстр вырвал особо сытный кусок из руки и, отбросив ее в сторону, ударил длинным хвостом об пол. Затем его хищные глаза нашли меня.
— Эй ты, хвостатый, на колени! — и я посмотрел на него Взглядом. Однако тот, отчего-то, даже не вздрогнул.
Скакнул вперед, целясь когтистой лапой мне в горло. Едва уйдя назад, я снова отпрыгнул — вторая лапа была еще быстрее.
Взвизгнув, ящерки кинулись к стенам. Среди них было множество детей, и именно их и охраняли чешуйчатые, отчего-то растерявшие всю свою первобытную ярость. Среди них была и Марьяна — и она глядела на ящера так, словно это был ее обожаемый Пух, который отчего-то захотел полакомиться плотью хозяйки.
— Аристарх! Приди в себя! — крикнула она, а ящер ринулся в новую атаку — уже на нее.
А вот тут я был вынужден вмешаться. Схватил монстра за хвост и дернул на себя. Взревев, он взмахнул хвостом, но тут же схлопотал в зубы. Силы я не жалел, и гигантская туша покатилась по полу.
Тут я и признал в нем няньку. Действительно под этой чешуей, когтями и всем прочим еле-еле, но угадывался этот назойливый старикашка.
Вернее, «старость» была в прошлом. Судя по разросшейся спине, бицепсам и широченной шее — он любого молодого свернет в бараний рог. Ну, кроме меня, конечно, ибо честно драться с ним мне было не с руки: вот-вот здание возьмут штурмом. К этому моменту нас тут не должно быть.
Еще пару раз позвав его, мы ничего не добились. Так что я разжег Древний огонь на ладони и поднял руку.