Сирил Корнблат – Вампиры пустыни (страница 24)
Но сейчас, глядя на кол, пронзивший сердце Марты, Грант больше не ощущал жалости. Его душу словно стиснул необъяснимый страх. Перед ним было нечто, что он не понимал. Нечто, что он хотел бы не замечать, забыть.
Наконец он вздохнул и посмотрел на бригадира.
— Не имеет значения. Выбросьте куда-нибудь этот кол. И забудьте о том, что видели. Скорее всего, кто-то из рабочих из любопытства поднял крышку. А потом, как видно, решил, что кол будет неплохим розыгрышем. Шутка определенно дурная, что тут скажешь.
Бригадир задумчиво скривил губы.
— Не знаю… Зачем кому-то из рабочих устраивать такие розыгрыши? Но если вы не хотите, чтобы я их расспрашивал…
— Оставьте, не стоит, — решительно сказал Грант.
Он вышел вслед за бригадиром из склепа и, дав рабочим несколько указаний относительно ремонта крыши, быстро направился к воротам кладбища и стоявшему у ворот автомобилю.
Он сел за руль и выбросил из головы происшествие в склепе. Вспомнилось, что он обещал заехать к племяннику в лабораторию. Ему нужно было о многом поговорить с Хэлом.
Он думал об этом, пока ехал.
Хэл Грант неохотно оторвался от рабочего стола, уставленного диковинными ретортами, сосудами с булькающими жидкостями и странными электрическими аппаратами.
Кто-то снова заколотил в дверь лаборатории.
Хэл быстро подошел к двери, открыл ее и с высоты шестифутового роста уставился на нетерпеливое лицо своего дяди.
— Ты что-то не торопился открывать, — сердито сказал Джейсон Грант.
Хэл улыбнулся:
— Все тот же старый бульдог!
И добавил извиняющимся тоном:
— Я увлекся. Мои эксперименты достигли критической стадии…
— Эксперименты! — пренебрежительно фыркнул Джейсон Грант. — Хочу сказать тебе, Хэл, что я немного устал оплачивать твои эксперименты! Последний счет был на тысячу долларов! И за что, позволь спросить?
Молодой человек погладил бородку и пожал плечами.
— Мне нужны были химикаты. Они обходятся дорого, я знаю, но…
— Дорого! Мягко сказано! И ради чего? Чтобы, по твоим словам, воспроизвести химический состав человеческого тела — вещества, которые стоят все вместе семьдесят девять центов. Ха! Я тут говорю о семидесяти девяти тысячах долларов!
Во взгляде Хэла на миг вспыхнул гнев.
— Мне кажется, это не совсем справедливо, дядя Джейсон. Если бы вы не могли себе это позволить, я бы еще понял. Кроме того, вы же знаете, как важен для меня нынешний эксперимент.
Злость Джейсона Гранта сменилась раздраженной усталостью. Он только повел рукой в сторону стола.
— Позволить? Даже моей щедрости есть предел! Вся эта чепуха насчет создания человеческого тела из составляющих его химических компонентов! Деньги и усилия, растраченные впустую, во имя детской теории и детского воображения, воспитанного научно-фантастическими журналами!
Пора бы тебе повзрослеть и занять свое место в деловом мире!
Щеки Хэла порозовели.
— Может быть, я читал научно-фантастические журналы, когда был моложе. И, может быть, все это пустое воображение. Но атомная бомба тоже когда-то казалась фантазией. И ракеты, и радар…
Джейсон Грант махнул рукой.
— Мы уже все это проходили. Попробую воззвать к твоему здравому смыслу. Думаешь, Бетти Старрет долго будет это терпеть? Ее терпение, как и мое, не бесконечно. А если она выйдет за тебя, вам придется на что-то жить!
— Бетти понимает важность моей работы, — тихо сказал Хэл.
— Да? Должно быть, я ошибся и это не она просила меня вчера поговорить с тобой и отвадить тебя от твоей глупой химии…
— Я вам не верю, — отрезал Хэл.
— Тогда спроси ее сам. Она знает не хуже меня, что это бессмысленная трата времени и денег. Я…
— Я бы не стал спешить с выводами, — с горячностью прервал его Хэл. — Мой эксперимент находится на завершающей стадии, — увлеченно продолжал он. — Сегодня днем я создал вон в той реторте идеальную женскую голову! Следующий и последний шаг — вопрос лишь нескольких часов!
Джейсон Грант глубоко вздохнул.
— Значит, ты не собираешься прекращать эту чушь? Хочешь и дальше выставлять себя дураком?
— Теперь меня ничто не остановит, — твердо сказал Хэл. Грант. — И если вас это утешит, больше никаких расходов не будет. Как я уже говорил, моя работа почти завершена.
— Ты прав, черт побери! — вспылил Джейсон Грант. — Больше я не дам ни цента! Но мы еще не закончили разговор. Продолжим вечером. Буду ждать тебя в кабинете.
С этими словами он повернулся на каблуке и вышел из лаборатории, с силой хлопнув дверью.
Послеобеденные часы пролетели незаметно. Долгие тени уже начали заглядывать в открытые западные окна лаборатории, а Хэл Грант все еще работал за длинным, накрытым тканью столом. Его пальцы бережно ссыпали и выливали химикат за химикатом в стоявшую на столе длинную металлическую емкость. После каждой операции он крутил рукоятки и щелкал тумблерами электрической аппаратуры, подключенной к металлической ванне.
Над бурлящей в ванне жидкостью поднимался легкий пар. Хэл поглядывал на нее и продолжал работать. Шум генераторов усилился — процесс требовал все больше электричества.
Наконец Хэл выпрямился, взял со стойки маленькую пробирку и с надеждой посмотрел на ярко-синюю жидкость внутри. Плотно сжав губы, он наклонил пробирку и медленно вылил в ванну ее содержимое.
При соприкосновении вещества с пузырящейся в ванне смесью раздался громкий шипящий звук и в воздух поднялось густое облако едкого дыма.
Хэл Грант в тревоге отшатнулся при виде бурной реакции химической смеси.
Густой дым постепенно начал рассеиваться, снова открывая его глазам ванну. Хэл сидел, открыв рот и округлив глаза, не веря тому, что видел.
Перед ним было тело.
Женщина лежала во внезапно успокоившейся жидкости. Пузыри опали, шум генераторов был едва слышен. Тело было совершенным, прекрасно сформированным — от розовых и красивых пальчиков ног до длинных светло-каштановых волос.
Хэл Грант медленно, неверным шагом двинулся вперед. Его руки дрожали от волнения.
— У меня получилось, получилось! — хрипло, как чужой, прошептал его голос. Глаза загорелись диким торжеством, когда он взглянул на лежащее в ванне тело.
Он медленно протянул руку и коснулся щеки женщины. Мягкая плоть прогнулась под пальцами. Мягкая, холодная плоть.
Торжество в его глазах начало угасать. Плоть была холодной — холодной, как неодушевленный мрамор. Плоть, что должна была быть теплой, наполниться горячим дыханием жизни.
Он снова настроил генераторы. Громкий гул перешел в мощное рычание. Ванна содрогалась от силы бушующего в ней тока. Затем Хэл Грант отключил ток и снова шагнул к женщине.
Его пальцы вновь коснулись ее щеки. Плоть была такой же холодной, как и раньше. Такой же безжизненной.
Хэл быстро отодвинул стол в дальний угол лаборатории, опустил над емкостью экран флюороскопа, включил аппарат и вперился в экран.
В его глазах мелькнуло удивление. Экран показал великолепно сформировавшуюся костную структуру. Но это было все. Там, где он ожидал увидеть тени внутренних органов, не было ничего. Ничего, кроме плоти и костей. Плоти и костей…
Он еще с минуту смотрел на экран, после выключил аппарат и отошел, сотрясая тишину лаборатории ироническим хохотом.
— Какой успех! Создал тело — идеальное человеческое тело! Но тело без сердца, без единого жизненно важного органа! Тело из плоти и костей — химическая плоть, химические кости стоимостью ровно в семьдесят девять центов!
Он прислушивался к собственному голосу, произносившему насмешливые слова. Разбитые надежды изливались из него разочарованным смехом.
Хэл опустился на стул и сжал голову руками. Его захлестнула бесконечная усталость…
Бетти Старрет поднялась по ступенькам к двери лаборатории. Здесь она задержалась и мысленно проинспектировала себя. Светлые волосы безукоризненно уложены, макияж выше всяких похвал, новое летнее платье сидит превосходно. Она довольно долго готовилась к вечеру и хотела, чтобы Хэл это заметил.
Она постучалась.
За дверью долго молчали, потом она услышала шаги, и дверь открылась.
Хэл Грант смотрел на нее усталыми глазами.
— О, здравствуй, Бетти.