Синоками Емзилла – Иные миры: Перерождение (страница 36)

Что ж, если они хотят, чтобы я разбил их спор, то почему бы и нет. Ну хотят две аристократки повыпендриваться, ну ладно, главное, чтобы от меня наконец отстали. Правда ставки они почему-то не огласили, но да ладно — это не моё дело.

Намотав платок на ладонь. А для чего она ещё могла его дать? Конечно же просто брезгует. Аккуратно ударил по центру их рукопожатия.

Брюнетка посмотрела на меня и произнесла: — Молодец. Платок можешь оставить себе. Теперь тебе есть чему радоваться в своей бренной жизни, простолюдин, ведь тебе его дала Сольда Ворт, — она перевела взгляд на блондинку. — Жду не дождусь, — а затем, хищно улыбнувшись, пошла вперёд, на прощание помахав вверх рукой.

Блондинка какое-то время смотрела ей в след, а затем вновь посмотрела на меня.

— На первый раз я закрою на это глаза, но даже не думай завтра появляться в таком виде на занятиях, — она оглядела собравшуюся вокруг толпу. — Всё, представление окончено, не устраивайте больше балаган и поспешите, и так все уже задержались тут, — произнеся это, она быстрым шагом направилась дальше.

Ну. Сейчас начнётся.

— Бедолага, — послышался чей-то негромкий голос. — Это же надо так встрять между двумя красавицами аристократками.

— Ага, считай, что могилу себе сам вырыл.

— О чём вы, народ? — воскликнул кто-то ещё. — Этому уроду неслыханно повезло, что он смог с ними пообщаться. Везёт же всякому мусору…

— Точно. А мне их жалко, стояли там и задыхались.

— Хахахах, как же ты прав, — вновь послышались смешки.

— Везёт? Ну в каком-то смысле может бы и да, конечно, но больше всё же нет.

— Слушайте, а вам проигравшую аристократку не жалко? Ей ведь придётся тащиться с этим…, - это говорила девушка, которая стояла сбоку от меня, так что я мог видеть, как она скривила лицо.

Тащиться? В смысле? Я же просто разбил их спор. Я что, теперь секундант что ли какой-то? Впрочем, если проигнорирую это по незнанию, думаю, что спишут на то, что я просто деревенщина. Да, пожалуй, так и поступлю.

Не обращая больше внимания на людей, пошёл вперёд. Чуя мой запах, многие оборачивались и отступали в сторона. По пути кто-то смотрел с недоумением, в полном афигивании, как такое возможно в академии, а кто-то морщил нос. Вот и площадь.

Располагалась она возле входа в главный корпус, к которому вели длинные ступени. На самом верху была кафедра, за которой пока никого не было. Попытался войти в толпу, но она вдруг начала раздвигаться передо мной.

Желания быть белой вороной в центре я не испытывал, по этому двинулся в конец ряда.

Проходя вдоль учеников, убедился, что единственная деревня здесь — это я. Все вокруг были более-менее в опрятной одежде и лишь я выделялся на их фоне. Наконец толпа закончилась. Но я всё равно решил остановиться чуть дальше, чтобы не смущать людей и не краснеть ещё больше. Хотя я был не одним таким умным. Вокруг так же были разбросаны небольшие группки людей.

Поток учеников, оказывается, делился на два отряда. Справа были «обычные», а слева, та самая элита. Разница между слоями была очевидна, как во внешнем виде, так и в поведении. Слева все были ухоженные, в очень аккуратной одежде и держались гордо, свысока смотря на всех, даже на своих знакомых, и вели себя довольно тихо. А вот справа творился бардак. Ученики стояли, кто как мог. Кто-то сутулился, кто-то горбился, кто-то раскачивался из стороны в сторону. Внешний вид, по крайней мере у парней, вообще ужас, многие были растрёпаны, кто-то даже с синяком под глазом. Некоторые просто громко разговаривали, а некоторые откровенно ржали. Между рядами существовала некоторая граница, которую «бедняки» боялись пересечь, что в принципе понятно.

Классовый строй в деле. Мда уж, и тут я, такой красивый. Мне не туда и не туда не приткнуться.

Вокруг меня вновь стало пустее. Группы, что располагались неподалёку — отошли подальше или поближе к основной массе. Винить их не за что, не оскорбляют и ладно.

Заметил сбоку движение, на меня указывала какая-то аристократка. А рядом с ней стояла… Варда. Рука дёрнулась, чтобы помахать ей, но вовремя остановился. Не хватало ещё сестру опозорить. Аристократка засмеялась в ладошку и её поддержали рядом стоящие, в том числе и сестра.

Сердце защемило. Она видела меня и поняла, что это я. И всё же засмеялась…

Я отвернулся, повернувшись спиной ко всем. Позади никого не было, а значит никто не увидит.

А сегодня это место выглядело довольно мило, по сравнению со вчерашним днём. Работали фонтаны, играла лёгкая музыка, пели птички. Всё же площадь была действительно огромной. Ученики заняли лишь малую её часть. Дальше простирался газон и откуда-то появилось дикое желание пойти и улечься на него, разглядывая облака. И на что я надеялся? Среди такой толпы увидеть Аню? Это крайне сложно, если она вообще в академии, по этому можно пока не суетиться, иначе привлеку только больше внимания, чего мне сейчас совсем не хочется.

Позади послышались шаги нескольких человек.

Ну вот, кажется, проблемы сами меня находят.

Глава 21

Когда повернулся, на меня смотрело три пары глаз. Две укорительно, а одна слегка волнительно.

— Ну и зачем ты это сделал? — требовательно спросил Ролан.

Я пожал плечами, отводя взгляд, а потом всё же ответил на его вопрос: — Лучше держитесь подальше. А-то и к вам начнут цепляться. А оно вам надо?

То, что парни подошли, — вызвало во мне бурю эмоций, в частности и радость. Но мне совсем не хотелось и их подставлять под удар общественного мнения.

Какое-то время молчавший Ролан наконец произнёс: — Дурак ты, Ан. Не ценишь то счастье, что само тебя находит. Гвин весь испереживался, когда мы заметили, что тебя нет рядом. Нам вместе учиться целых пять лет. На это время, кроме нас самих никого у нас больше не будет, — он посмотрел поочерёдно на нас троих. — Я это понял ещё по первому взгляду на вас — вы хорошие парни. Не знаю, как у вас, но у меня лично нет желания менять соседей и комнату. Пока у нас есть мы — мы совсем справимся. Так когда-то сказал мне отец, а затем, через год, ушёл от нас с мамой, — хмыкнул он.

Гвин кинул на него недоумевающий взгляд, а потом произнёс: — Ан, всё поправимо, если у тебя нет денег, сегодня должны будут проверить наши поклажи, и мы сможем поделиться с тобой одеждой. Так что не переживай, всё будет хорошо. Мы тебя искали, кстати, но нашли только сейчас.

— Угу, — добавил Торн, смотря в сторону, — ты уж это, постарайся больше не теряться.

Так мне не померещилось, они всё же искали меня. И я точно видел Торна, но он почему-то не хочет рассказывать, что тоже видел меня. Ладно, не мне его судить. Сам не знаю, как поступил бы в его случае. Но это не значит, что я могу втягивать их в свои проблемы.

— Я…

Ролан положил руку мне на плечо, не давая продолжить.

— Ан, хорошенько подумай над своими следующими словами. Если ты хочешь, чтобы мы отошли — я это сделаю, на счёт парней не знаю. Мы предлагаем тебе свою дружбу, а ты ведёшь себя, словно маленький ребёнок. Но ты давно уже не ребёнок, так что плясать вокруг мы не будем. Если бы мы не хотели стоять рядом, то просто не подошли бы, так что, думай…

Он… прав. И абсолютно серьёзен. Если сейчас скажу что-то не то, возможно, что никогда больше не смогу заговорить с ними. А даже если и смогу — они уже больше не будут относиться ко мне так, как сейчас. Что я могу сказать в данном случае? Разве что только…

— Спасибо.

Ролан улыбнулся и похлопал меня по плечу, а после встал справа от меня. Гвин тоже сразу же присоединился к нам. Торн пробурчал: «Развели тут, понимаешь ли драму…», но всё же тоже присоединился к нам.

— Кстати, — воскликнул Гвин, — прикинь, что узнали! Оказывается, какой-то бедолага умудрился встрять между двумя аристократками, в результате чего они принудили его разрубить их спор. Сочувствую ему.

— Почему? — удивился я. Под левой лопаткой как-то пакостно зачесалось, в предчувствии проблем. — Ну разбил и разбил их спор, что в этом такого-то?

Ролан покачал головой, Гвин хотел что-то сказать, но его перебил Торн: — Ты, видимо, совсем ничего не знаешь про академию и традиции учеников? — спросил он довольно грубо.

На его выпад я лишь пожал плечами.

— Нет, я даже никогда и не думал, что попаду сюда. Так что в этом плохого то?

— Если коротко, кое-кто из старших рассказывал, что, когда спорят два аристократа в академии — они либо делают это на желание, либо просят кого-то стороннего, или того, кто им обеим или обоим нравится, разбить их спор и тогда, — тот человек, который разбивает, идёт на бал либо с тем, кто проиграл, в случае, если это сторонний человек, либо с тем, кто победил, опять же, в случае, если они знают этого человека. Учитывая, что бал через шесть месяцев, мы довольно скоро узнаем, кто же это был. Но, как и сказал Гвин — сочувствую ему. В общем — на всё воля победителя.

— Кстати, ты же как раз там и отстал, неужели не видел всё поближе? — спросил Гвин, смотря на меня.

Я промолчал, не зная, что на это и сказать.

— Ан? — глаза Гвина слегка расширились.

— Не может быть…, - произнёс Торн.

— Ахахаха, — тихо засмеялся Ролан, шлёпнув себя левой ладонью по лбу.

— Ан. Только не говори, что это действительно был ты? — с изумлением спросил Гвин.

— Нуууу, — протянул я, стараясь не смотреть парням в глаза.