Синоками Емзилла – Иные миры: Перерождение (страница 17)

За тем, как я аккуратно встаю и ковыляю к столу наблюдало всё семейство. Кое-как, но мне всё же удалось преодолеть этот путь без падения. Взобравшись на стул, увидел одобрительный взгляд мужчины.

Мы принялись есть кашу, которая оказалась очень вкусной. Чем-то напоминала манку. Они вновь о чём-то разговаривали, а я… чувствовал себя не в своей тарелке. Так было пару раз, когда я приходил в гости к другу, и меня звали садиться за стол со всей семьёй. То ещё удовольствие, пока не привык. Да и языковой барьер очень сильно смущал. Вдруг они сейчас обсуждали то, как откормят меня и продадут в рабство? А что, это же средневековье, тут по любому такое есть.

Краем глаза заметил, что на меня смотрит девочка. По её любопытному взгляду сразу понял, что она что-то задумала. От детей в этом возрасте можно ожидать чего угодно. Она неожиданно встала и подошла ко мне.

— Сорта, — она показала ладошкой на себя.

Сорта? Пару раз мелькало имя Варда. Её разве не так зовут?

По лицу её родителей понял, что она говорит что-то странное.

— Сорта, — вновь повторила девочка.

Хочет, чтобы я её так назвал? А вдруг это какая-то клятва?

— Сорта, — уже более требовательно повторила она.

Ладно, фиг с тобой.

— Со-рта, — тихо произнёс я, удивляясь своему детскому голосу.

Удовлетворительно кивнув, девочка показала на мужчину, а затем на девушку.

— Эсто, энто.

У них что, одинаковые имена?

Мужчина неожиданно громко засмеялся, да так, что аж схватился за свой живот руками. Он чуть ли не упал со стула.

— Варда, но артоль тола но ванта? — произнесла девушка.

Ну вот, её определённо зовут Варда, тогда при чём тут сорта? Так… стоп.

От осознания, впал в некоторое подобие ступора.

Эсто, энто. Она уже так называла их. Мама и папа? Нет, папа и мама. Значит сорта — это сестра?

Вспомнилась вчерашняя падающая звезда. Ну вот что я за дурак, мог же загадать, чтобы ко мне пришла Аня.

— Эсто, энто, — вновь повторила девочка, поочерёдно указывая на родителей.

И как быть? Обзавестись сейчас семьёй, было бы лучшим решением, учитывая то, что они ко мне очень добры. Но… не будут ли против её родные?

Мужчина улыбался, а девушка очень внимательно смотрела на меня.

Ладно, попытка не пытка. В крайнем случае, наверное, лишь выкинут на улицу.

— Энто, — я посмотрел на девушку, а затем на мужчину, — эсто.

Повисла неловкая тишина. Они переглядывались между друг-другом. Вдруг встала девушка, подойдя ко мне, она нагнулась и неожиданно обняла меня, крепко прижимая к себе.

Что это… за чувство.

Веки начало покалывать, дышать стало тяжело и из глаз неожиданно полились слёзы.

Девушка. Нет, мама, поглаживала меня по волосам, что-то приговаривая, а я не мог унять эмоции. Плача, прижался к ней, что есть сил, чувствуя, как мир уходит из-под ног.

Мама, как я скучал… почему вы так на долго ушли.

Глава 10

— Ан. Аааааннн, — сквозь сон услышал я голос с первого этажа.

— Ан, чтоб тебя! Вставай! Уже почти восемь часов утра! Пора на рынок!

На этот раз голос уже был ближе, прямо надо мной.

— Ещё пять минуточек, мама, ещё всего пять минуток, — натянув одеяло по самую голову, хотел было вновь провалиться в сон, но тут же вскочил и спустил ноги с кровати. — Прости, Варда. Я уже встаю. Я… не хотел упоминать маму.

Тяжко вздохнув, сестра взяла меня руками за голову и прижала к животу. — Ничего страшного, Ан. Прошло уже целых два года, не волнуйся за меня. Я куда сильнее, чем могу казаться, — произнесла Варда, отпуская мою голову и отступая на пару шагов назад.

Пока она прижимала меня, успел скомкать и натянуть одеяло на ноги, чтобы она ничего не заметила. Рано ей ещё такое видеть.

— Ох сестра, чувствую, скоро у нас будут проблемы из-за тебя, — на этот раз настал мой черёд тяжело вздохнуть.

— Что? Это ещё почему? — возмутилась она, стоя в дверях и уже собираясь уходить.

— Ну как же. С каждым днём ты всё больше хорошеешь. Ты думаешь я не видел, как на тебя парни на улице заглядываются? Взять хоть того же сына мясника, который тебе вчера вырезку подарил, явно же не за красивую улыбку.

— Мелкий, ты на что это намекаешь? — с угрозой спросила Варда. — Думаешь, что я буду с каким-то там мясником? — она горделиво подняла подбородок, смотря на меня сверху вниз.

Честно говоря, такая линия её поведения меня всегда пугала. За все восемь лет, что я живу с ней, не раз замечал эту замашку от неё. За это её даже прозвали ледяной королевой на улице.

Да и наши родители уж слишком сильно отличались поведением от остального народа в бедном квартале. Складывалось ощущение, что они были не отсюда, а откуда-то «повыше». Впрочем, меня в данную тематику не посвящали, да и я не сильно старался вникать, чтобы случайно не растеребить какую-нибудь царапку, приютили — и то хорошо. На улице не остался, от зверей и чудовищ не помер, бомжевать не пришлось.

Примирительно поднял ладони вверх.

— Я о том, Варда, что скоро мне нужно будет прикупить меч, чтобы отбиваться от твоих женихов. Моя сестра выйдет только за самого-самого! За того, кто и дракона победить сможет и букет шаурмы подарить!

Тихонько хрюкнув, Варда смутилась, покраснела и прижала ладонь к губам, а после засмеялась во весь голос.

— Скажешь тоже, шутник, — она улыбнулась. — Ты смотри, как бы сам раньше меня не женился. Пару дней назад ко мне подходила вдова, тётя Сорна, интересовалось тобой, всё спрашивала, не нашла ли я тебе невесту.

— Фу! Сестра, надеюсь ты ей сказала, что мне пока ещё рано жениться?

— Что? рано? Тебе же совсем скоро шестнадцать будет, — задумалась она, а потом легонько стукнула кулачком по ладони. — Точно, вспомнила! Ты же говорил, что в том месте, где ты родился, запрещено жениться минимум до шестнадцати. Хотя, это странно, — Варда постучала пальчиком по губе, — я изучала историю стран и ни где не видела таких причуд. Везде мальчики могут жениться с четырнадцати.

— Изучала историю других стран? — решил перевести тему, чтобы вновь не увиливать от рассказа о своей прошлой жизни. — А где?

— Эээ, — протянула она, — да так, не важно. Одевайся, позавтракаешь и пора на рынок.

И так всегда. С родителями я не пытался затрагивать данную тему, потому что каждый раз, когда это делал, в комнате неожиданно становилось очень неуютно. Складывалось ощущение, что внутри них полно неугасаемой ярости и ненависти, которую они никак не могут выплеснуть. С сестрой всё было проще, конечно её поза и взгляд часто пугали меня, но не так, как родители. Однако, как бы не пытался, ничего выудить так и не смог.

Откинув одеяло, тяжко вздохнул, и принялся натягивать штаны коричневого цвета и футболку на пуговицах, такого же цвета.

Высокие технологии.

Спустившись по скрипучей лестнице на первый этаж, увидел сестру, которая уже сидела за прялкой, сплетая новый ковёр с очередным причудливым узором. Усевшись за стол и уплетая завтрак, который состоял из двух яиц, кусочка жаренного мяса и куска хлеба, слушал её пение.

— На ступеньках старинного храма,

— В лабиринте прошедших эпох,

— Мы стояли, нас было так мало,

— Мы стояли и ждали врагов…

Как и мне, ей и родителям нравилась данная баллада. Много раз видел, как Варда из-за неё плачет. Наверное, стоило бы поинтересоваться, почему так, но видя её слёзы, не решался это сделать. Мы часто устраивали посиделки на природе, за пределами ворот города. Поедая шаурму, шашлыки и распевая песни. Хорошие были времени.

Встав и подойдя к сестре, положил руку ей на плечо. Она положила свою маленькую ручку на мою, допевая балладу второй раз.

— Всё хорошо, — произнесла она, повернувшись ко мне.

Невольно залюбовался ею. Слегка загорелая кожа, высокие скулы, светлые волосы полу-каре. С левой стороны длинные, до груди, а с правой только до уха. Алые губы и очень милое личико. Сестру по праву можно считать одной из самых красивых девушек в мире, не уверен, что таких же, как она — много. По крайней мере в трущобах она выделялась среди всех, как и наши родители, которые умерли два года назад, когда ушли на охоту.

Хоть она и старше меня, по годам, ей уже семнадцать, но по общему возрасту я взрослее её. Если сложить мои восемнадцать из прошлой жизни и восемь из этой, которые прожил в новом теле, то я старше её почти на девять лет, однако всё равно не чувствую себя на суммарный опыт. И это при условии, что я не беру в расчёт лет восемь-десять моего нынешнего тела.

Невольно убрал руку с плеча Варды, так как на миг на ней вновь померещилась кровь.