Синди Пон – Жертва (ЛП) (страница 32)
Он встал на земле на четвереньки, сильно кашляя, выглядя жалко, как мокрый пес. Она оставила его, чувствуя на вкус, что он страдал больше от уязвленной гордости, чем от ран. Стоун не хотел, чтобы она возилась с ним, ему нужно было собраться с силами.
Кай Сен стоял одиноким силуэтом вдали. Огненный шар парил над его головой, озаряя его холодным синим светом. Но она смотрела на него, и он начал сиять изнутри. Она растерянно моргнула, пытаясь очистить зрение, но сияние не угасло, и она поняла, что видит доброту Кай Сена. Она почти забыла, что может оценивать души смертных. И она помнила, что и в прошлом Кай Сен казался ей наполненным слабым сиянием, ее сила проявлялась тогда, хотя она не понимала.
Она медленно подползла к нему, его темный взгляд не отрывался от ее лица. Она замерла на расстоянии вытянутой руки. Он дрогнул, не дал себе отпрянуть. Она знала, что он всегда управляет собой, сдерживает движения, он был хорошим бойцом и монахом. И он все еще боялся ее змеиного облика. А почему нет? Это было важно для его выживания. Это никогда не изменится между ними. Что бы он ни говорил. Как бы ни старался. Ее демоническая сторона всегда будет чудовищной для него.
Ее сердце болело от этого.
Она провела пальцами по его щеке в крови. Ее рука была влажной, она размазала сухую кровь, вытерев часть. Черты его лица, более четкие теперь, были незнакомыми для нее. Он казался незнакомцем, а не любимым.
— У тебя текла кровь из носа, — сказала она хриплым голосом.
Он схватил ее за запястье, и теперь был ее черед не дать себе отпрянуть. Она не привыкла к касаниям в змеином облике, не ожидала этого от Кай Сена. Его запах изменился, сандаловое дерево смешалось с пеплом, решимость с горем. Смертные так сильно менялись за месяцы. Как же тогда изменилась Чжэнь Ни? Но ей нравилось его прикосновение, она помнила, как идеально сливались их тела.
— Почему? — спросил он тихо, чтобы слышала только она.
Но она не понимала, о чем он. Столько всего случилось после их последней встречи, после того, как она согласилась оставить смертную жизнь ради него и Чжэнь Ни. Они словно говорили теперь на разных языках.
— Я хотел тебя спасти, — сказал он, когда она не ответила.
— Но меня не нужно спасать, — ответила она.
Кай Сен моргнул, вгляделся в ее лицо, теряясь. А потом рассмеялся, так же свободно, как она помнила, качая головой.
— Скайбрайт, — сказал он. — Никогда не смягчаешь слова, — он держал ее руку, нежно гладя запястье большим пальцем, разжигая чувства. Касание было знакомым.
Он не прекращал сиять изнутри, и ее тянуло к нему, она не могла управлять силой заглядывать в прошлое и секреты. Она потянула руку, не желая вмешиваться своей магией. Кай Сен вздрогнул, она потянула сильнее, чем хотела.
Сияние вокруг него потускнело.
— Ясно, — сказал он, стиснув зубы.
Нет. Он не понял. Она не хотела объяснять.
Стоун издал смешок. Он переоделся в сухие вещи, но волосы его остались влажными.
— Это недопонимание, — сказал Стоун, саркастически изогнув губы. — Скайбрайт не нужно спасать.
Глаза Кай Сена сузились, он смотрел на него, сжимая кулаки, и она чуяла магию вокруг него, так пах воздух перед грозой. Скайбрайт сказала?
— Я в порядке. Стоун уже не удерживает меня.
— Тогда почему ты с ним? — спросил Кай Сен.
Было, о чем рассказать, и у нее было много вопросов. Вместо этого голова кружилась, язык не хотел слушаться.
— Мы пытаемся закрыть новую брешь, — выдавила она.
— Как и я, — Кай Сен склонился и поднял овальный камень. Стоило ему коснуться его, и камень внутри засиял голубым.
— Божественный камень, — сказал за ее плечом Стоун. — Сильный.
Кай Сен сжал его крепче, с подозрением глядя на Стоуна.
— Это задание поручил мне перед смертью настоятель Ву.
— Настоятель… — сказала она.
— На монастырь напали, — сказал Кай Сен. Он провел ладонью по лицу, размазывая кровь. — Нас охраняли чары, но они как-то пробились.
— И ты — избранный наследник, — сказал Стоун.
Кай Сен напрягся, но не ответил, хотя выражение лица было красноречивым.
— Настоятель Ву отдал бы камень только избраннику. И никого другого не учил бы управлять стихиями, — продолжил Стоун.
— Правда? — спросила она. Это потрясало не меньше новости, что Чжэнь Ни вышла замуж без вести о помолвке.
— Да, меня сделали наследником, — сказал Кай Сен, глядя в землю. — Но я еще не дал клятву.
— Формальность, — сказал Стоун.
— Ты прямо все знаешь, — ответил Кай Сен, ветер налетел на них, воздух холодил ее влажную кожу. — Но не умеешь плавать, — Кай Сен вскинул руки, раскрыв ладони, и сильный порыв оттолкнул Стоуна на три шага. — Это умею я, — Кай Сен оттолкнул Стоуна еще одним порывом. — Говоришь ты много, но уже не так силен, как раньше, — он шагал вперед, вскидывая руки, Стоун пятился к ручью.
— Кай Сен, нет, — сказала она.
Он растерянно остановился, шорох шагов затих.
— Почему ты защищаешь его? После всего, что он сделал?
— Он все знает, — сказала она. — Он нужен нам, чтобы закрыть новую брешь.
— Нет, — сказал Кай Сен, глядя на Стоуна. — Не нужен, — он поднял руки, чтобы использовать магию, и она резко ударила хвостом. Он ловко отскочил, и она промазала, но все равно была быстрее. Он приземлился на ноги, она снова ударила и сбила его. Он упал на руки, как краб, а потом подпрыгнул, но призванный им ветер утих.
— Прошу, Кай, — сказала она. — Нам нужно работать вместе. Демоны, которых мы видели, ни на что не похожи.
Кай Сен скрестил руки, напрягшись. Но она чувствовала, что он смягчился, хотя и источал запах нерешительности.
— Я сам их видел, — сказал он. — Похожи на людей. И говорят.
Скайбрайт кивнула.
— С тобой у нас больше шансов исправить это.
Он распрямил руки и провел ладонью по коротким волосам, жест был знаком ей, навевал воспоминания и горечь.
— Я должна спасти Чжэнь Ни, — сказала она, отчаяние слышалось в хриплом голосе. — Она в ловушке в поместье Бэй, а мы думаем, что там и открыта новая брешь.
— Хорошо, — сказал Кай Сен, — но я не доверяю тебе, — и он обратился к Стоуну. — Или тебе.
— Справедливо, — сказал Стоун.
Выражение его лица не менялось при разговоре с Кай Сеном. Но Скайбрайт хорошо знала его теперь, читала его стойку, напряженные плечи, приподнятый подбородок. Еще больше рассказывал его запах: смятение и стыд. Досада исходила от него волнами, едкая, как дым. Но внешне этого не было видно.
Стук испугал ее, Кай Сен развернулся, дрожа магией. Большой камень. Такой же, каким Стоун бросил в демона, что они убили. Стоун поднял его снова магией, готовый при необходимости бросить в Кай Сена.
Скайбрайт понимала, что так Стоун и Кай Сен убьют друг друга раньше, чем они доберутся до поместья Бэй.
Глава одиннадцатая:
Появление Кай Сена все изменило. Легкость, что она ощущала со Стоуном, исчезла, он был напряжен, словно окружил себя стеной. С Кай Сеном все было даже хуже, болезненно неловко. Им нужно было поговорить наедине, но шанса не было. Она оставалась в демоническом облике, предпочитая змеиную скорость и силу. Так она могла быть в стороне от них. Она не хотела в человеческое тело, полное болей и эмоций.
Они стояли неловким треугольником, Стоун держался дальше всех. Между ним и Кай Сеном висело напряжение, и она хотела, чтобы ей не казалось, что она — судья и хранитель мира. Скайбрайт не упустила иронии, что в этом месте они с Кай Сеном разделили много моментов и хороших воспоминаний, здесь они могли говорить свободно. А теперь ручей был угрозой, а лес — темным и зловещим. Тепло этого места заменилось жестокостью, было запачкано останками демона, что они убили.
— Мы шли в монастырь предупредить настоятеля, — хрипло сказала она. Раньше она смутилась бы, что звучит так чудовищно. Но больше она себя так не чувствовала. Скайбрайт понимала, что это ее другая сторона, что делала ее целой.
— Настоятель Ву предупреждал, что что-то вышло из равновесия, когда умирал, — ответил Кай Сен. — Теперь я знаю, что камень тянул меня к поместью Бэй…
Она ощутила, как Стоун напрягся, хоть он и стоял чуть поодаль. Сова ухнула в чаще, словно в предупреждении.
— Что? — спросил он. — Настоятель знал?
— Он ощутил, что открылась новая брешь, полная жестокой силы, — натянуто сказал Кай Сен. — Он сказал, что камень приведет меня к ней, если я заставлю его работать. Я смог.
— Не без последствий, — сказал Стоун.
Кай Сен уставился на него, его недоверие было кислым на языке Скайбрайт.