Симона Элкелес – Возвращаясь в рай (страница 9)

— Я не избегаю их, — говорю я ему. Явно не убежденный, он поднимает бровь.

Триш и Эрин садятся напротив нас. Что я должна ему сказать? Сколько я могу рассказать Мэтту? Эта поездка, предполагается, как возможность рассказать все и не держаться за прошлое. Калеб не говорил правду ни мне ни кому-либо еще… и я чувствую, что это разъедает его. Я не позволю этому разъесть и меня. Я обращаюсь к Мэтту.

— Калеб и я встречались после того, как он освободился из тюрьмы.

Вот это да, я смотрю на реакцию Мэтта перешедшую от шока к явному любопытству.

Авария и ее последствия соединили меня и Калеба навсегда, хотим мы этого или нет. Но Мэтт не знает всю историю. Деймон, парень, который, как предполагается, должен знать все о каждом участнике, и то не знает всей истории целиком.

— За что он попал в тюрьму? — спрашивает Мэтт.

— Хм… — я обдумываю, что сказать ему, как выразить это словами.

— Скажи ему, Мэгги, — говорит Калеб, просунув голову между нами.

— Сбрось этот груз, — прежде, чем я успеваю хотя бы открыть рот, Калеб произносит:

— Я сбил Мэгги на машине, когда сел за руль пьяный.

Мэтт открывает рот в шоке.

— Черт подери, это правда?

— Правда. Да, Мэгги? — Калеб сужает глаза и смотрит на меня, как будто я предала его.

— Почему бы нам не объявить об этом на всю комнату?

Нет.

— Давай, Мэгс. Будьте активнее.

— Ты не серьезно, — говорю я.

Он прочищает горло.

— Посмотрим…

Глава 7

Калеб

В действительности я не собирался говорить всем в этом проклятом месте, что был в тюрьме, но увидев Мэгги в этом давайте-поделимся-друг-с другом разговоре, я вышел из себя. Это программа перезагрузки просто куча дерьма. Они думают, что говоря об аварии чудесным образом можно все исправить. У меня есть новость для Деймона и всех остальных участников: ничего не исправить в моей дерьмовой жизни. Ничто не сотрет последние два года. Ничто не изменит того факта, что, у меня не осталось ни друзей, ни семьи. Я просто живу… выживаю, если честно. Найдя Мэгги, разговаривающей с Мэттом, я захотел сгрести его за рубашку и надрать ему зад.

Парень не плох, в отличие от придурка Ленни, но когда я подошел ближе и увидел Мэгги вместе с ним, кровь у меня забурлила. Я просматриваю комнату и вижу громкоговоритель у входной двери.

— Калеб, не надо, — говорит Мэгги.

Я игнорирую ее, пересекаю комнату и беру громкоговоритель. Я щелкаю переключателем, и включается сирена. Неприятно громкий, пронзительный, эхом раздающийся по всему залу звук — лучший способ оказаться в центре внимания.

Я подношу громкоговоритель к губам.

— Я должен кое-что сказать, — кричу я в рупор. Деймон стоит в очереди с подносом полным еды. Я жду, что он подбежит ко мне и выхватит громкоговоритель у меня из рук, но он этого не делает. Вместо этого, он ставит поднос и кивает чтоб я продолжал, — Я ехал домой пьяный с вечеринки старшей школы, — говорю я, мой голос кажется мне незнакомым когда слова вытекают из громкоговорителя, — Я сбил девушку, и оставил ее лежать на улице, не зная была ли она живой или мертвой. Я был спортсменом, парнем который возможно мог бы получить стипендию на обучение в колледже и не хотел все портить.

Поэтому я оставил ее. В конце концов, меня схватили и отправили в тюрьму на год.

Я отключаю громкоговоритель. Вокруг тишина. Я могу себе представить, как я должен выглядеть… Крутой старшеклассник, спортсмен школы, облажался и теперь ноет об этом.

Никто не собирается меня жалеть, не то, чтобы я хочу этого или жду этого от них. Когда я смотрю на Мэгги, она качает головой и поворачивается ко мне спиной. Она затыкает меня еще раз, но мне все равно. Я нажимаю кнопку на рупоре снова.

— Когда я вышел из тюрьмы, я связался с моей жертвой.

Многие подростки смотрят на меня с глазами по пять копеек. Они шепчутся в шоке и показывают на меня.

— Мы целовались, мы дурачились… мы пробрались к ней домой и мы спали вместе. Меня предупреждали не связываться с ней, но я не послушал. Самая большая ошибка в моей жизни.

Краем глаза, я смотрю, как Мэгги скользит со скамейки и направляется к открытым дверями. Хороший Мэтт следует за ней.

— Мэгги! — я говорю через мегафон. Она вздрагивает и останавливается как вкопанная, — Ты хочешь что-нибудь добавить? Я пропустил часть, когда мы были в беседке миссис Рейнольдс.

Я следую совету Мэгги, которая считает, что говорить лучше, чем держать язык за зубами.

Я надеюсь, что я заставил ее передумать, и теперь она понимает, что жизнь в La-La Land лучше, чем в реальности.

— Это девушка, о которой я говорю, — говорю я, указывая на нее.

— Заткнись, Калеб, — шипит она на меня.

Я протягиваю ей мегафон.

— Правда глаза колет, да?

Глава 8

Мэгги

Мы снова в фургоне и направляемся в следующий по плану пункт, Университет Фримена.

После случившегося в столовой, я ушла далеко в лес и расплакалась. Мэтт пошел за мной.

Он не спрашивал, был ли рассказ Калеба правдой или нет… он просто стоял там, пока слезы катились по моему лицу, и я вытирала их тыльной стороной ладони. Небольшое шоу Калеба в то утро было крайне неприятным. Он соврал. Он перековеркал правду. Он обманул меня, и он издевался над отношениями, которые у нас были.

Спровоцировать меня вспомнить то, что произошло между нами в беседке миссис Рейнольдс оказалось слишком для меня. В ту ночь Калеб и я разделили драгоценные мгновения, и я буду помнить их до конца своей жизни. Это было прекрасно, мерцающие огни освещают беседку, создавая романтичное настроение, он целует меня, когда я медленно танцую в его объятиях. Он относился ко мне так, будто я была единственной девушкой в мире, которая что-то значит для него, и единственной девушкой, с которой он когда-либо хотел быть. Сегодня утром он запятнал моя память о той ночи навсегда.

Слава богу, Деймон приказал Калебу сидеть на пассажирском сиденье. Я не думаю, что он слишком доволен Калебом. И я тоже.

Мы останавливаемся возле Диксон холла, одного из общежитий университета Фриман.

Напротив большая кирпичная библиотека с окнами до пола. Деймон ведет нас в многокомнатный номер на втором этаже общежития. Здесь есть кухня со столом и общая гостиная с двумя диванами.

— Спальня девушек, — говорит Деймон, указывая на дверь, — И комната парней, — улыбаясь, он бросает чемодан в третью комнату, ближайшую к диванам, — А эту комнату я беру себе.

— Сколько мы здесь пробудем? — спрашивает Мэтт.

— Это будет наша основная база на некоторое время, — отвечает Деймон.

— Мы будем совершать однодневные поездки отсюда.

— Мое лицо болит, — жалуется Ленни, — И чешется.

С белым кремом на лице, который дала ему медсестра, он напоминает мима. Он подходит к Триш и становится перед ней лицом к лицу.

— Почеши меня, — Триш усмехается, по ее взгляду ясно, что она скорее умрет, чем прикоснется к его покрытому кремом лицу.

— Отодвинься от моего лица, урод.

— Вы двое, хватит, — строго говорит Деймон.

— Триш, я не люблю, когда обзываются. Ленни, если у тебя зуд, почеши себя сам, пожалуйста.

Эрин выглядит так, будто ее вырвет при взгляде на покрытое кремом лицо Ленни.

Ленни идет к окну и смотрит на травянистый внутренний дворик внизу.

— Зацени, Калеб! Горячие пташки из колледжа гуляют в бикини.

Не обращая на него внимания, Калеб направляется к спальне ребят со своим спортивным костюмом.

— Располагайтесь, ребята, — говорит Деймон, и идет к себе в комнату, — Я хочу, чтобы группа собралась через полчаса.

— Отлично, — говорит Калеб с сарказмом, пока идет к дверям комнаты мальчиков, — То, что мне нужно.

Деймон оборачивается: