Симона Элкелес – Возвращаясь в рай (страница 24)

— Почему ты хочешь это сделать? — спрашивает Калеб.

— Скажем так, я думаю, что ты хороший парень. Но это не значит, что я считаю, что ты делаешь выдающийся выбор в жизни. Думаю, что ты поступил чертовски глупо, не говоря уже небольшом исчезновении тебя, утаскивающим Мэгги с собой, прошлой ночью. Но я сделал паршивый выбор, пока был подростком, и готов дать тебе последний шанс. Вы со мной?

— Я с тобой, — отвечаю, стараясь показать радость.

— Что за паршивый выбор? — спрашивает Калеб, бросая вызов Деймону. — Ты сидишь сложа руки и наблюдаешь, как вся группа «Перезагрузки» рассказывает свои чертовы истории, но ты никогда не вставляешь свое проклятое слово.

Деймон поднимает свою кружку и крепко сжимает ее.

— Я сидел на коксе и потерял все. Свою девушку, своего ребенка и свои деньги. Однажды я не заплатил своему поставщику за кокс, что использовал, и они избили меня сильно. К счастью я выжил, но не проходит и дня, чтобы я не жалел, что думал о своей девушке и ребенке, как о каком-то мусоре. Я сделал бы что угодно, чтобы вернуть их, но уже слишком поздно. Она переехала в Аризону и позволяет видеться с ребенком один раз в год.

— Разве ты не можешь вернуть их обратно? — задает вопрос Калеб. — Сказать, что ты встал на верный путь и хочешь семью?

— Это не так просто. Я сделал ужасные вещи — крал деньги и вещи у семьи и друзей.

Некоторым поступкам нет прощения, и я с этим смирился. Она двигается дальше. И я тоже. Теперь, когда знаешь мою историю — ты со мной?

Калеб бросает на меня взгляд, говорящий, что он больше мне не доверяет, но смирился с судьбой. — Думаю, что да.

Возвращаясь назад, мы находим остальную часть группы в гостиной, ждущие нас.

— Куда вы двое улизнули? — спрашивает Ленни. — Тайное свидание было грязным?

Калеб и я игнорируем его. Деймон подходит к Ленни и дает ему подзатыльник, а девочки следуют за мной в комнату.

— Я рада, что ты вернулась, — говорит Эрин.

— Я тоже.

Триш сидит на крою кровати, пока я распаковываю вещи из рюкзака. — Где вы, ребята, были?

— Да нигде, в общем-то. Калебу нужно было уйти, и я не могла позволить ему пойти одному.

Когда мы ушли за пределы лагеря, я думала, что это и было нашей перезагрузкой. Но даже прежде чем я узнала, что Калеб собирался заставить меня вернуться, я поняла, что не могу сбежать. Одна ночь в замке на детской площадке доказала мне, что я не могу сделать это физически… Я не смогу уйти, даже если захочу.

— Ты нужна Калебу, — говорит Триш.

Я слабо улыбаюсь. — Не думаю, что он согласится с этим сейчас. Он злится из-за того, что я позвонила Деймону, чтобы он пришел за нами.

— Он это переживет, если знает, как будет лучше для него. Наверное, ему просто нужно немного времени, чтобы понять, что ему стоит полагаться на других людей. Парни любят покомандовать и ненавидят, когда другие люди знают, что лучше для них.

Деймон собирает нас в гостиной, после того, как мы отсыпаемся и одеваемся. Под рукой у него планшет с зажимом для бумаги, и он похлопывает в ладоши вроде…взволнованно. — Мы собираемся к несовершеннолетним правонарушителям, — объявляет он.

— Бывал там, — бормочет Калеб себе под нос.

— Пришло время поделиться вашими историями с проблемными подростками, что сидят взаперти. — Деймон опускает глаза на планшет в своих руках. — Может быть, выйдя на свободу, они подумают дважды, перед тем как напиться, или принять наркотики, или выпендриться перед приятелями, и прежде чем сесть за руль машины.

Деймон подходит к Калебу, нарушая его личное пространство. Он не прикасается к нему, а просто стоит там.

— Все будет в порядке, Калеб.

Калеб отворачивается, но не может противостоять словам, что вырываются против воли.

— Я не хочу туда возвращаться, Деймон. Дашь мне свободу выбора, а?

Я знаю, как сложно для Калеба просить кого-либо об одолжении. Знаю, чего стоит ему этот вопрос.

Деймон медленно качает головой и похлопывает его по плечу.

— Это важно Калеб. И мы все будем там с тобой.

В фургоне я намеренно сажусь воле Калеба на заднем ряду. Скулы на его лице подергиваются, а его руки сложены на груди. Он напряжен.

— Хочешь поговорить об этом? — Спрашиваю его тихо, чтобы никто другой не смог услышать.

— Без комментариев. — Он смотрит в окно, закрываясь от меня.

У нас уходит почти два часа, чтобы добраться до колонии для несовершеннолетних или УИН — Управление исполнения наказаний, как называет это Калеб. Наш фургон проверяют и пропускают через высокие ворота с колючей проволокой. Я могу чувствовать напряжение и стресс, исходящие от Калеба. Он не хочет быть здесь. Я не знаю всего, что случилось с ним здесь, но какое-то время назад он дал мне некоторое представление о том, через что он прошел.

Я обдумываю звонок Деймону и сообщение о том, что мы были в закусочной. Наверное, мне следовало бы оставить все как есть. По крайне мере, тогда бы Калеб не сердился на меня.

— Мне жаль, что заставила тебя вернуться в «Перезагрузку», — бормочу я.

— Неважно, — отвечает он, смотря в окно на колючую проволоку забора, окружающего строения. — На этом все и закончится.

— Что закончится? «Перезагрузка» или мы, как пара?

Мужчина и женщина в темных костюмах на стоянке ожидают нас. Мы все выходим из фургона, но Калеб останавливает меня, когда все остальные выходят наружу.

— Слушай, — говорит он, — Я не собираюсь говорить, что не думал о том, что было бы, если я и ты, ну, в общем, ты знаешь. Но я думаю, что нам стоит повременить. По крайне мере, до тех пор, пока ерунда с «Перезагрузкой» не закончится.

— И когда это закончится, что тогда?

Деймон стучит по боковине фургона, пугая меня.

— Давайте, копуши, шевелитесь! — кричит Деймон. — Вы задерживайте остальных!

Я выхожу на горячий летний воздух и пялюсь на охранников с оружием в кобурах. Это заставляет меня чувствовать безопасность и испуг одновременно.

Мужчина в форме идет прямо к Калебу.

— Мы не видели твоей рожи с тех пор, как ты освободился. Надеюсь, ты держишься подальше от неприятностей.

Калеб практически стоит по стойке «смирно», его лицо такое серьезное, какое я еще никогда не видела. Он рявкает в ответ: «Пытаюсь, сэр», что заставляет мужчину сузить глаза.

— Пытаешься? Я уверен, ты можешь добиться большего, чем попытки, Бекер.

— Да, сэр.

После Калеб смотрит вниз, а мужчина шагает вперед, вставая перед нами.

— Я — мистер Йейтс, а это — мисс Бушнелл, — говорит он громко, так чтобы все могли его слышать. Он указывает на женщину, стоящую рядом с ни, ее волосы собраны сзади в тугой пучок. — Девушки посетят наше женское население с мисс Бушнелл, а парни — мужское со мной. Вы готовы?

Мы все киваем, кроме Калеба. Я смотрю, как он тянет Деймона в сторону и тихо говорит: «Я не могу этого сделать».

Глава 19

Калеб

— Я не могу это сделать.

Говорю Деймону снова. Дерьмо, мои колени трясутся не переставая, с того момента, как только мы сели в машину. Он снова похлопывает меня по спине, словно он мой друг, и останется со мной, не смотря ни на что.

— Ты сможешь. Поверь мне.

Верить ему? Когда в последний раз я кому-то действительно доверился, не облажавшись?

— Не важно, чувак.

— Послушай, ты намного сильнее, чем думаешь. Эти дети ищут пример для подражания.

Я вытер салфеткой пот со лба.

— Я дам тебе ключ к разгадке, Деймон. Я не образец для подражания, и я не хочу им быть.

Что я должен рассказать этим парням, что я сел за решетку за то, чего не делал?

— Это твой выбор, что им говорить.

Я смотрю вверх на кирпичное здание, в котором жил практически в течение года. Я должен был вставать в 6.30, должен был принимать душ с кучей других парней, я должен был есть, когда мне говорили «ешь», и когда мне нужно было в туалет во время школьных занятий в колонии, они сопровождали меня, чтобы я мог посрать. Это было жалко.