Симона Элкелес – Как разрушить летние каникулы (ЛП) (страница 9)

ДС поднялся, и я последовала за ним в дом. Когда мы зашли дом, из кухни пахло свежеиспеченным хлебом, и мой желудок проурчал.

— Идите кушать, — сказала Дода Юки. Ее настроение немного ухудшилось. Это потому что она думает, будто я целовалась с парнем О.С.Н.А.Т.?

— Спасибо, но я не голодна, — я слишком нервничаю, для того чтобы есть.

Рон проводил меня в небольшую комнату, расположенную в задней части дома. Я заглянула в комнату.

Савта лежала на кровати. Когда я вошла, она села.

Я сглотнула и закрыла позади себя дверь. Комната маленькая, на полу уложена плитка, и стены из белого бетона. Шторы занавешены, поэтому в комнате полумрак. Но эта была обстановка, которую я хотела. Я не хочу, чтобы окружающий мир вторгся в наш разговор.

— Привет, Савта. Я Эми, — пока я говорила, мой голос дрожал, заставляя чувствовать себя немного глупо.

Кивнув, она похлопала по свободному месту на своей кровати.

— Эми, иди сюда. Посиди со мной.

Медленными маленькими шажками я направилась к кровати. Когда я подошла к кровати, я осторожно села на край. К моему удивлению, она взяла меня за руку.

— Ты действительно больна? — настороженно спросила я.

— Со мной все будет хорошо. Знаешь, врачи любят поднимать шум из ничего.

— Рон думает, что ты серьезно больна, — сказав это, мне немедленно захотелось забрать слова обратно.

Она покачала головой.

— Твоему папе нужно обследовать «cup». На иврите это означает «голова». Представь себе, он шестнадцать лет держал меня вдали от внучки.

— Да, — я прислонилась к ней. Мне нравится моя Савта.

— Расскажи мне о своей маме, — сказала она, меняя тему разговора.

Как мне описать свою маму?

— Она слишком красива, что бы быть матерью. Она работает на высокооплачиваемой должности. Она постоянно работает и поэтому у нее немного друзей.

Я наблюдаю за реакцией Савты.

— Расскажи мне о себе.

— Я хорошо учусь. Мою лучшая подруга, Джессика, еврейка… — я специально добавила эту маленькую деталь. — Мне нравится играть в теннис, кататься на лыжах и ходить по магазинам.

Она кивнула.

— Эми, я рада с тобой познакомиться. Ты кажешься мне очень энергичной и интересной девочкой.

— Да, но я не очень позитивна, — я нервно покусываю нижнюю губу. Рано или поздно она поймет, что ошибается на счет меня, поэтому я поставила ее перед фактом.

— Может быть, твое путешествие изменит тебя.

Очень в этом сомневаюсь.

— Думаю, да, — я сказала это лишь для того, что бы она думала, будто это путешествие чудесным способом может изменить мой взгляд на жизнь.

— Когда я была в твоем возрасте, я была такой же.

— Почему? Ты тоже была внебрачной дочерью?

— Нет, — она до сих пор держала меня за руку, — Мои родители поженились в тяжелые времена, и несколько лет у нас не было дома.

— Где же вы жили?

— На пляже. Довольно длительное время. Жизнь меняется, когда ты меньше всего этого ожидаешь.

Пока мой мозг переваривал всю информацию, Савта предложили мне пойти отдохнуть и распаковать вещи. Я улыбнулась ей. У меня такое чувство, будто она всегда была моей бабушкой.

Я не могу винить ее за то, что ее не было рядом со мной последние шестнадцать лет. Бедная женщина даже не знала обо мне.

— Где мой чемодан? — спросила я Рона после моего просветляющего разговора с Савтой.

— В комнате О’Снат.

Наверное, я просто ослышалась. Он не мог этого сказать.

— Ты шутишь?

— В доме мало комнат. Ты будешь спать в комнате О’Снат. А я расположился на диване.

— А что с малышом?

— С Матаном? Он спит вместе с родителями.

Я уже готова была спать на полу, когда увидела на кафеле трех муравьев. Когда я посмотрела на Доду Юки, у нее было такое трогательное выражение лица, будто она выиграет в лотерее, если мой счетчик веселья достиг определенного уровня.

Я улыбнулась ей и, похоже, это ее успокоило, потому что она направилась на кухню, напевая веселую мелодию.

А если серьезно, есть одна вещь, в которой нуждается американский подросток — личное пространство. Могу ли я попросить О’Снат выйти из комнаты? По сути, это ЕЁ комната, поэтому вряд ли. Спасибо Боже, что у меня нет близнеца. В моей школе есть две близняшки, Мерлен и Дерлен, они не только делят одну комнату, они делят ее со старшей сестрой Шерен. Даже не спрашивай.

ДС проводил меня до комнаты, расположенной в задней части дома. Я зашла в комнату. Снотти сидела на кровати и красилась. Она знает, что я вошла, но делает вид, будто не замечает меня.

Донор Спермы подошел ко мне.

— Нужна помощь?

— Нет, все хорошо.

Он воспринял это как сигнал к выходу. Я бы хотела, что бы он остался. Просто как преграда между мной и Снотти.

— Послушай, я сожалею о случившемся с твоим парнем.

Она посмотрела вверх и я увидела, что она переборщила с макияжем глаз. Как будто она подвела глаза черным углем. Сейчас моя кузина кажется двадцатилетней женщиной, а не подростком. Во всяком случае, сколько ей лет? Я бы могла дать ей несколько советов о том, как краситься.

Одна из клиенток моей мамы косметолог. Однажды она пригласила меня на презентацию своей линейки косметики для подростков. Я много знаю о том, как макияж должен подчеркивать твои достоинства и не казаться небрежным и темным (как у Снотти). Потом мое фото появилось во многих молодежных журналах. Мои друзья прозвали меня гуру — макияжа.

Я подошла к своему чемодану, лежащему на кровати, которая, должно быть будет моей последующие три месяца, выбрать что — то другое из моей одежды, чтобы переодеться во что — то не грязное и без прилипшей соломы.

— Эйви не мой парень.

Я не уверена, сказала ли это Снотти или это мое воображение разыгралось.

Я повернулась к своей кузине.

— Что?

Она посмотрела на меня своими угольно — черными глазами.

— У меня нет парня.

Я достала из чемодана красные шорты. Спереди большими белыми буквами было написано «BITCH» ¹⁴. Джессика, пошутив, подарила мне эти шорты на день рождение вместе с браслетом на ногу, который, к слову, не был шуткой. Никогда не думала, что надену их, но опять же, я никогда не думала, что буду жить на ферме, расположенной на вершине горы в самой середине военных действий.

Но, если быть честной, Израиль не похож на зону военных действий. Хорошо, за исключением вооруженных охранников в аэропорту и минное поле, на которое я чуть не наступила.

Я посмотрела на свои шорты. Не думаю, что здесь кто — то говорит на английском, поэтому я их надену. У меня был соблазн предложить их надменной Снотти, но вместо этого я спросила:

— У Эйви есть девушка?

Извиняясь за свою грубость, я прикрыла рот рукой. Несмотря на то, что я спросила об этом, меня совершенно не волнует, есть ли у этого парня девушка или нет.