Сим Симович – Змей из 70х V (страница 20)

На долю секунды интриган увидел в отражении холста не юного князя гада Рус, а жестокого парижского манипулятора. Память услужливо подкинула образы преданных им людей, холодный расчет, стоивший жизней конкурентам, и тусклый блеск ножа в переулке. Полотно попыталось зацепить его за чувство вины, потянуть на дно, заставить упасть на колени и закричать от ужаса перед собственной темной душой.

Но картина совершила фатальную ошибку. У Трикстера не было комплекса вины.

Змей внутри него лишь презрительно фыркнул, распуская ментальный капюшон. Аларик не отвел взгляда. Он принял этот мрак, потому что сам был соткан из него. Наваждение с легким звоном разбилось, и полотно вновь стало просто гениальной, хоть и пугающе реалистичной мазней.

Интерфейс Системы вспыхнул багровым светом, подтверждая уникальность момента:

«Внимание! Зафиксировано создание Психоактивного Артефакта 3-го Круга: „Зеркало Грехов“. Свойства: Проецирует глубочайшие страхи и подавленное чувство вины на зрителя. Вызывает массовую панику, временное помешательство и экзистенциальный ужас. Статус пользователя: Иммунитет (Абсолютный цинизм). Начислено: 15 душ (за открытие артефакта)».

— Оружие массового информационного поражения, — удовлетворенно прошептал юноша, опираясь на Трость Мефистофеля. — Идеально.

Шорох за спиной заставил его обернуться. Архипов с трудом сел на диване, протирая воспаленные глаза. Увидев открытую картину, художник инстинктивно закрыл лицо руками, словно защищаясь от ослепительного света.

— Закройте… умоляю, закройте её, князь, — прохрипел творец, трясясь всем телом. — Я не могу на это смотреть. Я создал чудовище. Она шепчет мне… она знает всё, что я делал.

— Вы создали шедевр, Николай Петрович. Истинное искусство и должно заставлять людей содрогаться, — Аларик набросил брезент обратно на мольберт, отрезая ментальное излучение артефакта. В ангаре сразу стало легче дышать. — Но вы правы, в таком виде мы не можем вынести ее на свет. Нас сожгут на костре прямо в галерее, и даже мой друг Инквизитор не станет вмешиваться.

Манипулятор неспешно прошелся по студии, постукивая тростью по бетонному полу.

— Нам нужен предохранитель, — констатировал он. — Механизм, который позволит этой бомбе взорваться ровно в ту секунду, когда мне это понадобится, а до тех пор она должна выглядеть как обычный, слегка провокационный авангард.

Князь достал из кармана переговорный амулет и коротко бросил:

— Доктор, оставьте свои пробирки и зайдите в студию. У нас возникла срочная эстетическая проблема.

Аристарх Львович материализовался на пороге спустя две минуты. Некромант с интересом уставился на зачехленный мольберт, потирая костлявые руки.

— Вызывали, ваше сиятельство? Я как раз поставил настаиваться вторую партию «Дыхания», — проскрипел лич.

— Доктор, посмотрите на это чудо живописи. Только осторожно, оно кусается, — Трикстер чуть приподнял край чехла.

Зеленоватые глаза в гогглах старика вспыхнули ярче. Он наклонился к холсту, принюхался, а затем радостно залязгал челюстью.

— Великолепно! Изумительная интеграция эфира в пигмент! Тончайшая работа с астральным планом! — восхитился лекарь-нежить. — Картина резонирует с темной энергией зрителя. Браво, маэстро!

Архипов, всё еще бледный как полотно, лишь тихо застонал с дивана.

— Восторги оставим критикам, Аристарх, — прервал излияния лекаря Аларик. — Мне нужен алхимический лак. Иллюзорная глазурь. Покрой этот холст слоем, который подавит психоактивное излучение и скроет инфернальные детали. Пусть на поверхности останется просто талантливая, дерзкая карикатура на столичный бомонд. Без крови, клыков и хтонического ужаса.

Некромант задумчиво почесал подбородок.

— Ментальная блокировка через преломление света… Закрепить руной Сокрытия… Да, это возможно. Но как вы планируете снять блокировку, когда придет время? Лак придется смывать растворителем, а это долго.

— Сделай так, чтобы глазурь распадалась от определенного звукового триггера, — хищно улыбнулся бывший парижанин. — Например, от звонкого щелчка пальцами, подкрепленного вливанием капли моей маны.

— Сделаю в лучшем виде, господин! Мне понадобится пыльца иллюзорного мотылька и немного костной муки для стабилизации. Час работы! — Аристарх Львович радостно умчался в свою лабораторию.

Трикстер повернулся к художнику, который начал понемногу приходить в себя.

— Николай Петрович, приведите себя в порядок. Сшейте себе новый смокинг, купите лучший парфюм, — Аларик подошел к столику и положил на него увесистую пачку имперских ассигнаций. — Завтра вечером вы сопровождаете меня на закрытый салон Великой княгини Елизаветы Романовой.

Архипов подавился воздухом, забыв о похмелье.

— К Императорской тетушке⁈ С этой… с этой картиной⁈ Князь, вы безумец! Это же государственная измена! Нас четвертуют!

— Нас признают гениями эпохи, мой дорогой друг, — мягко, но с непреклонной сталью в голосе возразил интриган. — Завтра мы преподнесем Ее Высочеству подарок, от которого она не сможет отказаться. Она просила показать ей шторм. Что ж… мы принесем ей ураган, упакованный в раму из красного дерева.

Змей внутри манипулятора довольно зажмурился. Троянский конь для столичной элиты был готов. Оружие массового информационного поражения ждало своего часа. Игра переходила в стадию эндшпиля, и Аларик гада Рус собирался сыграть в нее так громко, чтобы содрогнулась вся Империя.

Кабинет директора на заводе «Красная киноварь» за последние дни претерпел разительные изменения. Пыльная клетушка с облезлыми обоями превратилась в локальный филиал столичной роскоши. Полы застелили коврами, ржавый стол заменили на массивное бюро из красного дерева, а в углу теперь красовался бар с коллекционным алкоголем.

Аларик неспешно потягивал арманьяк, изучая финансовые сводки. Первые же тайные продажи «Дыхания Жизни» через доверенных лиц Потоцкой принесли баснословную прибыль. Слух о чудесном спасении графа Безухова сделал свое дело: столичные толстосумы готовы были закладывать поместья за один светящийся флакон. Золото текло рекой, баланс душ в Системе стабильно пополнялся за счет благоговейного ужаса новоиспеченных клиентов, а род гада Рус стремительно возвращал себе былое величие.

Идиллию нарушил робкий стук. Дверь приоткрылась, и в кабинет протиснулся Кастет. Вожак «Ржавых», переодетый в чистую корпоративную униформу с гербом Змея, выглядел непривычно бледным. Его синтетический глаз нервно дергался.

— Мой господин… Ваше темное сиятельство, — хрипло начал бандит, комкая в руках форменную кепку. — Там это… посыльный пришел. От Стартера.

Трикстер оторвался от бумаг и вопросительно изогнул бровь. Имя местного криминального барона уже всплывало в докладах, но до сих пор хозяин промзоны хранил молчание, словно присматриваясь к новому игроку.

— И что же передал наш уважаемый сосед? Поздравительную открытку с успешным запуском производства? — иронично поинтересовался князь.

Кастет сглотнул и шагнул к столу, выкладывая на полированную столешницу тяжелый, измазанный свежей кровью и машинным маслом предмет. Это была шестерня от крупного техномагического привода, переплетенная колючей проволокой.

— Это «Черная метка», хозяин, — прошептал Кастет, затравленно оглядываясь, словно Стартер мог прятаться в шкафу. — Он зовет на стрелку. Сегодня в полночь. На старом сталелитейном заводе, что на восточной окраине. Сказал передать, что если вы не явитесь и не принесете ключи от «Киновари», он пригонит свои бульдозеры и големов. Сровняет фабрику с землей, а нас всех пустит на смазку для конвейеров.

Аларик изящно отодвинул окровавленную шестерню кончиком Трости Мефистофеля, чтобы не испачкать бумаги.

— Какой первобытный драматизм. Бульдозеры, големы, кровавые шестеренки, — вздохнул бывший парижанин. — Кто он вообще такой, этот Стартер? Местный авторитет, пересмотревший дешевых театральных постановок?

— Он чудовище, господин! — фанатичная преданность Кастета вступила в отчаянную борьбу с животным страхом перед старым боссом. — Он наполовину человек, наполовину завод! Говорят, он интегрировал в свое тело промышленный эфирный реактор. Он рвет стальные балки голыми руками, а его банда — это сотня отмороженных мутантов и браконьеров. Мы для него просто пыль.

Перламутровый интерфейс Системы деликатно мигнул перед глазами манипулятора.

«Внимание. Зафиксирована прямая территориальная угроза. Источник: Криминальный босс „Стартер“. Уровень угрозы: Высокий (Региональный доминант). Прогноз: Избегание конфликта приведет к потере контроля над сектором и падению авторитета. Рекомендация: Силовое поглощение или устранение конкурента. Награда: Полная монополия в промзоне и уникальные души».

— Значит, Стартер хочет мои ключи и мой завод, — холодно резюмировал Змей, и в его голосе зазвучала та самая сталь, от которой в Париже целые синдикаты предпочитали самораспускаться. — Что ж, это даже к лучшему. Я как раз размышлял, как мне легализовать охрану внешнего периметра без привлечения Инквизиции. Сотня мутантов — отличный кадровый резерв.

Кастет недоверчиво уставился на своего босса.

— Вы… вы поедете туда? Но это же ловушка! Он притащит туда всю свою армию! Вам нужно взять всех «баварцев»! И забаррикадироваться!

— Мои рыцари останутся здесь, — отрезал юный князь, поднимаясь из-за стола. — Фабрика не должна простаивать ни минуты, а Николай Петрович не должен отвлекаться от подготовки своего шедевра. Удвойте дозоры. Если хоть одна ржавая мышь Стартера сунется к забору — приказ стрелять на поражение.