Сим Симович – Шрам: ЧЗО (страница 60)

— Когда?

— Когда сможешь. Чем быстрее, тем лучше. Но качественно. Чтобы не вычислили.

— Фото есть? Координаты?

Шакал достал из кармана конверт, протянул. Легионер открыл. Внутри фотография — мужчина лет пятидесяти, лицо усталое, морщины, погоны подполковника. Рядом листок — координаты блокпоста, схема расположения, распорядок дня.

— Откуда инфа?

— У меня люди есть. Один из солдат на блокпосте за бабки работает. Всё рассказал. Командир каждый день в семь утра выходит из вагончика, идёт до туалета. Двадцать метров по открытой местности. Охраны рядом нет. Окно три минуты. Успеешь?

— Успею.

— Дистанция какая?

— Метров шестьсот. С холма напротив. Ветра нет утром, видимость хорошая. Один выстрел, чистая работа.

Шакал кивнул, достал пачку денег. Пятисотками, тугую, перетянутую резинкой. Положил на камень.

— Пятнадцать тысяч. Аванс. Остальное после. Позвонишь, скажешь кодовое слово — «пёс сдох». Я пойму — дело сделано. Встретимся тут, отдам остальное.

Легионер взял деньги, пересчитал. Тридцать купюр по пятьсот. Пятнадцать тысяч. Всё правильно. Спрятал в карман.

— Номер дашь?

Шакал продиктовал. Дюбуа запомнил. Номеров не записывал никогда. Память надёжнее бумаги.

— Когда сделаешь?

— Завтра. С утра.

— Быстро.

— Зачем тянуть.

Шакал усмехнулся, протянул руку. Легионер пожал. Сделка.

— Удачи, снайпер.

— Не нужна. Нужны ветер и видимость.

— Тогда пусть будет ветра и видимость.

Дюбуа встал, проверил винтовку, пошёл обратно. Шакал смотрел вслед, курил, не провожал.

Наёмник шёл по лесу, думал. Завтра убьёт человека. Не в бою, не в схватке. Из засады, холодно, расчётливо. Работа. Как в легионе. Как в Мали, Косово, Афганистане. Цель, расстояние, выстрел. Цена — тридцать тысяч.

Совесть молчала. Давно молчала. Заткнул её в Тессалите, когда Гарсия сдох. С тех пор не беспокоила.

Подполковник Сазонов. Пятьдесят лет. Командир блокпоста. Офицер. Чей-то отец, может, чей-то муж. Завтра будет мёртв. Пуля в голову, быстрая смерть. Не успеет понять.

Милосердие, в какой-то степени.

Легионер дошёл до базы, спустился в шахту. Собаки спали. Щенки пищали тихо, сосали мать. Он лёг рядом, закрыл глаза.

Завтра рано вставать. Выход в пять утра, на позицию к шести. В семь выстрел. К восьми вернуться. Простая работа.

Тридцать тысяч евро.

Оля ещё поживёт.

Ради этого можно.

Он заснул быстро, без снов.

Проснулся в четыре утра. Будильника не было — внутренние часы, наработанные годами. Поднялся тихо, чтобы не потревожить собак. Мать подняла морду, посмотрела слепыми глазницами в его сторону, легла обратно. Щенки копошились во сне, попискивали.

Легионер умылся ледяной водой из крана. Лицо, шея, руки — взбодрился сразу. Побрился электробритвой, насухо. Щетина мешает при прицеливании, царапает приклад, сбивает концентрацию. Провёл ладонью по щекам — гладко. Порядок.

Оделся послойно, как учили в легионе. Термобельё первым слоем — отводит пот, греет. Футболка хлопковая, тёмно-серая. Форма камуфляжная, немецкий флектарн — для здешних лесов самое то. Носки шерстяные, толстые — ноги должны быть сухими. Берцы разношенные, удобные, шнуровка тугая. Проверил дважды — нога сидит жёстко, без люфта. На марше каждая мелочь важна.

Снаряжение собирал неторопливо, методично. Спешка — мать ошибок. А ошибки стоят жизни. Разгрузку разложил на столе, проверил каждый подсумок. Магазины для винтовки — четыре по десять патронов. Пружины упругие, патроны без царапин. Патроны Match Grade, снайперские, калибр 7,62×51. Отобрал сорок лучших, осмотрел на свет каждый. Гильзы ровные, пули идеальные. Один бракованный патрон — и цель уходит живой. Все сорок безупречны.

Нож на пояс. Финка, двадцать сантиметров клинка, заточена до бритвенной остроты. Провёл по газетному листу — резанул без усилия. Хорошо. Спрятал в ножны, застегнул ремешок — чтобы не выпал в самый неподходящий момент.

Кольт разобрал до винтика. Протёр каждую деталь ветошью, смазал, собрал обратно. Магазин полный — семь патронов Hydra-Shok, экспансивные. Плюс один в ствол. Восемь выстрелов на случай если всё пойдёт к чертям. Дослал патрон, поставил на предохранитель. Сунул в кобуру на бедре.

Гранаты — две РГД-5, оборонительные. Если погонятся — бросить, выиграть время на отход. Проверил чеки — сидят туго, случайно не выдернешь. Пристегнул к разгрузке слева и справа.

Аптечка компактная, полевая. Жгут, бинты, йод, кеторол, антибиотики. Ранят — окажет первую помощь. Убьют — уже не поможет. Но лучше таскать с собой.

Фляга литровая. Налил воды до краёв, закрутил пробку, тряхнул — не течёт. Повесил сзади на разгрузку, чтобы не билась при ходьбе.

Еда. Два сухпайка, советские, старые, но калорийные. На день хватит. Засунул в рюкзак.

Дозиметр на шею. Батарейка свежая, прибор работает — включил, послушал стрёкот, выключил. Беречь заряд.

Бинокль БПЦ, восьмикратный. Советская оптика, но качественная. Протёр линзы досуха специальной тряпкой — любое пятнышко на линзе может стоить промаха. Повесил рядом с дозиметром.

Рацию проверил, хоть она и не понадобится. Частота настроена, батарея заряжена. На всякий случай. Сунул в карман разгрузки.

И наконец винтовка. СВ-98. Главный инструмент, от которого зависит всё. Достал из чехла, бережно положил на стол. Разобрал полностью, до последнего винтика. Ствол осмотрел на свет — чистый, без единой царапины. Затвор ходит как по маслу. Боёк целый, пружина тугая. Спуск настроен на полтора кило — проверил динамометром. Как надо.

Собрал не торопясь. Каждая деталь встала на место со знакомым щелчком. Вставил магазин, досыл патрон, предохранитель. Вскинул к плечу, прицелился в трещину на стене. Перекрестие ровное, без дрожи. Снял с предохранителя, нажал спуск вхолостую. Щелчок сухой, чёткий. Механизм в порядке.

Оптика ПСО-1, четырёхкратная. Протёр линзы той же тряпкой — аккуратно, круговыми движениями. Прицелился в дверной косяк — резкость идеальная, крест точно по центру. Выставил дистанцию на шестьсот метров. Именно столько до цели.

Глушитель накрутил на резьбу. Сел плотно, без люфта. Он не сделает выстрел бесшумным — это не кино. Но размоет звук, не дадут определить направление. Это главное.

Сошки откинул, проверил фиксацию. Зафиксировались намертво. На позиции лягу, упрусь — стабильная опора обеспечена.

Маскировка. Балаклава чёрная — натянул, проверил прорези для глаз. Не жмёт, видно отлично. Перчатки тактические, пальцы открыты. Защита есть, чувствительность не теряется. Накидка из мешковины с нашитыми лоскутами под цвет осенней листвы. Сложил, запихал в рюкзак.

Карту разложил на столе. Топографическая, масштаб подробный. Блокпост здесь. Холм напротив — высота сто двадцать, расстояние по прямой шестьсот метров. Позиция как по учебнику. Два пути отхода наметил — основной и запасной через овраг. Если погонятся — уйду второй дорогой, в лесу потеряют.

Время просчитал до минуты. От базы до блокпоста пятнадцать километров. Со снаряжением — три часа ходьбы. Выхожу в полпятого, к половине восьмого буду на месте. Командир появляется в семь ровно. Полчаса запаса — устроюсь, подготовлюсь, прицелюсь как следует. Выстрел между семью и семью десятью. Отход моментальный, пока не сообразят откуда стреляли. К десяти вернусь. К обеду уже на базе. Чисто.

Погоду проверил. Вышел наружу, задрал голову. Ясное небо, звёзды яркие. Ветра ноль — воздух неподвижный. Градусов десять, не больше. Отличные условия. Утром будет так же — осенью погода стабильная. Ветер может подняться ближе к девяти, когда солнце прогреет землю. Но к тому времени дело уже будет сделано.

Вернулся, надел разгрузку. Затянул ремни, подвигался — вес распределён правильно, ничего не тянет, не перекашивает. Рюкзак на спину — лёгкий, килограммов пять всего. Винтовку перекинул через плечо.

Встал, присел раз десять, сделал наклоны. Снаряжение сидит как влитое, не сползает, не цепляется. Прошёлся по шахте туда-сюда — шаги почти беззвучные. То что надо.

Взял флягу в последний раз, сделал долгий глоток. Вода ледяная, обжигает горло. Хорошо. Закрутил, повесил на место.

Посмотрел на собак. Спят себе спокойно. Мать дышит ровно, щенки попискивают во сне. Живые, целые.

Легионер развернулся, пошёл к выходу. Поднялся на поверхность. Темнота ещё густая, только на востоке небо чуть посветлело — серая полоска над горизонтом. Скоро рассвет.

Дозиметр включил — сто микрорентген. Нормально. Двинулся на север, к блокпосту.

Шёл в ровном темпе. Сорок минут на километр — золотая середина. Не бег, не прогулка. Марш-бросок, каким его учили. Дыхание ровное, пульс стабильный. Форма отличная, годы тренировок дают о себе знать.

Лес стоял мёртвый. Голые стволы, земля хрустит под ногами. Дозиметр постукивал тихонько. Никого вокруг — ни тварей, ни людей. Только он один, лес и тишина.

Через три часа увидел холм. Невысокий, метров сто двадцать, склон пологий. Порос кустами и редкими деревьями. Отличная маскировка.

Поднялся на вершину, залёг в кустах. Достал бинокль, навёл вниз.