Сим Симович – Режиссёр из 45г (страница 123)
Через десять минут они уже ехали на Арбат — Володя, Ковалёв и Иван Кузьмич, которого взяли, чтобы на месте уточнить детали. Машина тряслась на ухабах, солнце било в глаза, но настроение было приподнятое.
На Арбате было оживлённо — трамваи ходили, люди спешили на работу, дворники подметали. Ковалёв достал камеру, установил на треногу, начал смотреть в видоискатель.
— Свет хороший, — бормотал он, прищуриваясь. — Мягкий, рассеянный. Тени не резкие. Вот здесь будет отлично — общий план улицы. Петя идёт с той стороны...
Володя стоял рядом, представляя кадр. Вот Петя идёт по солнечной стороне улицы, насвистывает. Камера следует за ним. Потом видим Катю — она спешит, несёт сумку. Камера переключается на неё. Потом оба входят в кадр — встреча.
— Пётр Ильич, а можем мы сделать вот так, — Володя показал руками, — камера сначала на Пете, крупный план. Потом панорама — и видим Катю вдалеке. Потом наезд на Катю. А потом оба в кадре, средний план.
Ковалёв кивал:
— Можем. Понадобится несколько точек съёмки. Тут треногу поставим, тут поставим, тут поставим. Потом на монтаже склеим.
— Сколько времени займёт?
— Если три дубля на каждую точку... часа два-три. С учётом переставления камеры.
— Укладываемся, — Володя записал в блокнот. — Иван Кузьмич, а лужу где делаем?
Декоратор прошёлся, присматриваясь:
— Вот здесь, — он показал на участок асфальта. — Видите, тут небольшое углубление. Нальём воды — будет естественная лужа. Накануне вечером сделаем, к утру как раз подсохнет до нужного состояния.
— Отлично.
Они провели на Арбате больше часа, обходя место съёмки, прикидывая углы, замеряя расстояния. Ковалёв делал пробные кадры через видоискатель, Володя записывал заметки, Иван Кузьмич чертил схему в своём блокноте.
Когда вернулись на студию, было уже одиннадцать. Володя сразу направился в костюмерную — надо было проверить, как идёт последняя примерка.
В костюмерной Вера Дмитриевна командовала как генерал. Зина стояла на небольшом возвышении в своём почтальонском платье. Вера Дмитриевна крутилась вокруг неё с иголками в зубах, подкалывая подол.
— Стой ровно, деточка, не ерзай! — бормотала она сквозь иголки.
— Я стою, Вера Дмитриевна, — Зина послушно замерла.
Николай Фёдорович сидел на стуле в углу, уже одетый в свой костюм — серый пиджак, тёмные брюки, белая рубашка. Выглядел точно как Петя.
— Владимир Игоревич! — Вера Дмитриевна увидела его, выплюнула иголки в руку. — Смотрите, как хорошо получилось!
Володя обошёл Зину кругом. Платье сидело идеально — по фигуре, но не обтягивало. Выглядело поношенным, но опрятным. Голубой платок был повязан аккуратно.
— Прекрасно. Зина, ты выглядишь настоящей почтальоншей.
— Правда? — она неуверенно улыбнулась. — Я думала, может, слишком просто...
— Именно так и надо, — Володя покачал головой. — Простота — это правда. А праздничное платье?
Вера Дмитриевна достала с вешалки кремовое платье:
— Вот. Померить не успели ещё.
— Зина, переодевайся.
Зина ушла за ширму. Вера Дмитриевна подошла к Володе, говоря тихо:
— Хорошая девочка. Старательная. Я ей платье подгоняла — она стояла час, ни разу не пожаловалась. Не то что некоторые актрисы, что у нас бывают — те через пять минут ныть начинают.
— Зина не актриса. Она простой человек. Потому и искренняя.
Зина вышла из-за ширмы в кремовом платье. И Володя ахнул. Она преобразилась — из уставшей почтальонши превратилась в нежную девушку, идущую на первое свидание.
— Вера Дмитриевна, вы волшебница, — искренне сказал он.