Сим Симович – Режиссёр из 45-го (страница 85)

— Может быть. — Она снова взяла его под руку. — Знаешь, а мне после того натюрморта захотелось рисовать что-то другое. Живое. Людей, моменты.

— Рисуй.

— Хочу тебя нарисовать.

Владимир удивлённо посмотрел на неё:

— Меня?

— Тебя. — Алина смущённо улыбнулась. — Когда ты говоришь о кино — у тебя особенное лицо. Сосредоточенное, но светлое. Хочу поймать это.

— Когда хочешь?

— Скоро. Может, на выходных?

— Хорошо.

Они дошли до маленького сквера, где в прошлый раз сидели на скамейке. Но сегодня не сели. Просто стояли под старой липой, смотрели на закат.

— Володя, — сказала Алина тихо, — а можно я что-то скажу?

— Конечно.

Она помолчала, подбирая слова:

— Мне с тобой... легко. Я не боюсь. Не стесняюсь. Будто знаю тебя сто лет.

Владимир обнял её за плечи:

— Мне тоже легко. Как будто нашёл то, что искал, хотя и не знал, что ищу.

Алина прислонилась к нему, положила голову на грудь. Они стояли, обнявшись, слушая тишину. Ветер шелестел листвой. Где-то вдалеке смеялись дети.

— Володя, — Алина подняла голову, посмотрела на него, — хочешь зайти ко мне? На чай?

Владимир замер. Понял, что это значит. Не просто чай.

— Ты уверена?

— Уверена. — Она смотрела прямо, без стеснения. — Я хочу, чтобы ты был рядом. Не просто на прогулке. Рядом.

Он поцеловал её — медленно, нежно. Она ответила, обняла за шею.

— Тогда пойдём, — сказал он тихо.

***

Алина жила в коммуналке на третьем этаже старого дома. Маленькая комната — кровать у окна, стол с мольбертом, полки с книгами. Пахло красками и скипидаром.

Она зажгла керосиновую лампу — электричество берегли. Тёплый свет разлился по комнате.

— Садись, — Алина кивнула на стул. — Сейчас чай вскипячу.

Владимир сел, смотрел, как она хлопочет. Доставала чашки, заваривала чай, раскладывала печенье на тарелку. Домашняя, простая, настоящая.

Они пили чай молча. Алина сидела на краешке кровати, Владимир — на стуле. Между ними метр расстояния, но казалось — километры.

— Алина, — сказал он наконец, — если ты передумала... я могу уйти.

— Не передумала. — Она поставила чашку, подошла к нему. — Просто... волнуюсь.

— Я тоже.