Сим Симович – Режиссёр из 45-го (страница 77)

*Ты смеёшься, и в глазах твоих*

*Звёзды отражают небо.*

*Я боялся слов таких простых,*

*Но сказать их — значит, не был слепым.*

Не совсем складно. Но искренне. Писал дальше:

*Ты сказала: «Дай мне время жить»,*

*Я ответил: «Буду ждать, сколько надо».*

*Потому что научился любить*

*С твоей улыбкой, словно с наградой.*

Он отложил карандаш, посмотрел на строчки. Наивно? Может быть. Но честно.

Перевернул лист. С обратной стороны начал рисовать.

Сначала просто линия — горизонт. Потом мост, отражение в воде. Силуэт — девушка у перил. Волосы, заплетённые в косу. Платье лёгкое.

Владимир не умел рисовать как Алина. Но сейчас это было не важно. Рука вела карандаш почти автоматически — штрихи, тени, детали.

Небо над мостом. Звёзды. Много звёзд — маленькие точки, кружочки. Он старательно вырисовывал каждую.

Алина на мосту, звёзды над ней. И где-то сбоку — его силуэт. Рядом с ней.

Владимир рисовал, улыбаясь. Глупо, по-детски. Но не мог остановиться.

Вспоминал каждую деталь вечера. Как она удивилась цветам. Как откусила шоколад и зажмурилась от удовольствия. Как положила голову на плечо. Как поцеловала — быстро, смущённо, но решительно.

Он добавил на рисунок ещё деталей. Цветы в её руках — схематично, но узнаваемо. Ромашки.

Потом написал внизу листа мелко, почти незаметно: *«Май 1945. Алина и звёзды»*.

Отложил карандаш, посмотрел на рисунок. Неумело. Угловато. Но...

Он улыбнулся ещё шире.

Встал, прошёлся по комнате. Вернулся к окну, посмотрел на звёзды.

Влюбился.

По-настоящему влюбился.

Не как Альберт Вяземский в прошлой жизни — там любви не было, только одиночество. А здесь... здесь была Алина. Живая, настоящая. С угольными пятнами на носу, с улыбкой, с осторожностью, с желанием поверить.

Владимир вернулся к столу, посмотрел на стихи и рисунок.

Раньше он бы посмеялся над собой. Сорокалетний мужик, пишет стихи как подросток, рисует звёзды, улыбается в темноту.

Но сейчас это было не смешно. Это было правильно.

Он влюбился — и это было прекрасно.

Владимир сложил лист пополне, убрал в ящик стола. Может, когда-нибудь покажет Алине. Или нет. Пусть останется его секретом.

Лёг обратно в кровать. Закрыл глаза.

Теперь сон шёл легко. Мысли успокоились. На душе было тепло, светло.

За окном звёзды продолжали гореть. Где-то там, в другом конце города, Алина тоже, наверное, не спала. Может, тоже думала о нём. Может, тоже улыбалась.

Владимир повернулся на бок, обнял подушку.

Завтра читка сценария. Работа. Фильм о любви.

И теперь он точно знал, как снимать про любовь. Потому что сам влюбился.