Сим Симович – H2O IV (страница 30)

Однако я уклонился, отпрыгнув в сторону, и нанёс ему ещё один удар — на этот раз в грудь.

Я был весь в крови. Она покрывала меня с головы до ног, и мне казалось, что она хочет поглотить меня. Но я не остановился. В моём сердце бушевала ярость. Я продолжал бить зверя, пока не увидел, что он ослабел.

Зверь упал на землю. Его глаза потухли, и тело содрогнулось в последний раз. Я стоял над поверженным врагом, тяжело дыша. Я был весь в крови, но я выжил. И победил!

Но победа не принесла мне радости. Я чувствовал только пустоту и усталость. В глубине души я понимал, что это была не последняя схватка. В этом мире полно тьмы, и я должен быть готов к новой битве, и новому испытанию.

Осмотрев себя, я заметил следы укусов, оставленные оборотнем. Они были глубокими и болезненными, но не опасными для жизни. Мне придётся сварить противоядие из аконита, чтобы не заразиться ликантропией. А то сначала оборотень, а потом и ЗППП…

Без спешки я очистил с тела кровь оборотня, ощущая тяжесть и липкость ее на своей коже. В глубине души я чувствовал усталость, но и неизменную решимость. Я знал, что это была лишь первая схватка, и что впереди меня ждут новые испытания в столь славном городе как Прага.

И в этот момент я услышал новый вой, но уже более многочисленный и грозный. Он несся из глубины кладбища, словно волна зловещего звука, которая поглощала все на своем пути. В нем я услышал не только злость и жажду крови, но и нечто более зловещее, что-то нечеловеческое, не поддающееся описанию.

Я взглянул на городское кладбище, которое находилось вдали, и увидел, как из его тьмы появляется толпа существ. Это были не просто оборотни, а нечто более ужасное. Их тела были искажены и изуродованы, как будто их создал тот, кто не знает, что такое красота и гармония. Их кожа была покрыта шрамами и ранами, а глаза горели красным огнём, как у безумного зверя.

И в этот момент я уже не чувствовал усталости. В моем сердце загорелась ярость, и я уже не мог остановиться. Я был готов к сражению до смерти. Я стоял один, окруженный ордой злобных существ, и в моем сердце звучала песня смерти, песня героя, готового отдать свою жизнь во имя избавления от чертовых ксеносов.

— Последний воин мёртвой земли. — я тихо пел что-то из «Оргии праведников».

Я поспешно собрал всю кровь убитого оборотня. Она была тяжёлой и липкой. Но это была не просто кровь — это был сгусток тьмы, злобы и жажды разрушений. Я понимал, что её можно использовать против армии злобных созданий, которые готовились к рывку. Я вложил в неё часть своей магии, прочитав над ней древние молитвы. Кровь засияла красным светом, словно ожила. Собравшись с мыслями, я сконцентрировался и сформировал из неё огромное солнце.

Оно было настолько ярким, что затмило всё вокруг. В этом свете я увидел ужас в глазах оборотней, которые не могли поверить своим глазам.

— Вам нравится новая «Луна»? — спросил я шёпотом, стараясь вложить в свои слова всю эмоциональность.

В этот момент я заметил, что их вой стал ещё более пронзительным. Он выражал не только злость и жажду, но и ужас и отчаяние. Они не могли понять, что происходит, но чувствовали, что им грозит опасность.

Созданное «солнце» наполнилось магией и засияло ещё ярче. В его центре возник огненный вихрь, который начал вращаться с бешеной скоростью. Через несколько минут «солнце» взорвалось, превратившись в огромный океан из алых копий. Они обрушились на оборотней, окутывая их со всех сторон и сжигая в ярком пламени «освещённой» магии.

Вой оборотней сменился криками боли и отчаяния. Они метались в огне, пытаясь потушить его, но пламя было слишком мощным. Я видел, как их тела сгорали дотла, оставляя после себя лишь пепел и запах гари. В воздухе повисла тишина, нарушаемая лишь шумом пламени, которое еще не угасло. Я стоял, окруженный пеплом и тенью, чувствуя тяжесть произошедшего. Но моя радость была недолгой.

Из глубины кладбища, из-за могильных камней, начали появляться люди. Они были одеты в чёрную форму, а в руках держали автоматическое оружие. Их лица были бледными и невыразительными, словно они были лишь марионетками в руках кого-то более могущественного.

Я узнал в них слуг вампиров — тех, кто стал высшим звеном в пищевой цепочке этого мрачного мира. Они уже не просто пища для своих хозяев, они также служат им защитниками. Они хотели напасть на меня за то, что я убил их собратьев по службе. Их глаза пылали злобой и ненавистью. Они не могли понять, как мне удалось одолеть столько оборотней, и желали убедиться в этом сами. Они направили на меня оружие, готовые в любой момент открыть огонь. Слуги чувствовали мою силу и мощь, но не могли понять, откуда я её черпаю.

В этот момент я почувствовал прилив сил, который невозможно было объяснить с точки зрения логики. Я был готов к битве. Магия вновь шустро циркулировала по магическому ядру, а ненависть привычно питала меня. Что ж, раз вы хотите войны, то я устрою вам дестрой, щучье племя.

Я стоял, словно скала, окруженный ордой озлобленных слуг вампиров, и чувствовал, как в моем сердце закипает адреналин. Их глаза горели злостью, а пальцы на курках дрожали от нетерпения. Они были готовы к смертельной битве.

Внезапно из толпы появился человек в белом плаще. Он носил маску чумного доктора, которая скрывала его лицо. В руках у него был большой металлический крюк, который он держал перед собой, как меч.

Он стремительно бросился на меня, словно призрак, восставший из могилы. Его глаза горели безумным восторгом, когда он атаковал. Я не стал уклоняться от его удара, а встретил его прямо. Одним лёгким движением руки я отправил его крюк в полёт, и он глухо упал на землю где-то вдали.

Следующим движением я уже использовал клинок. Его тело содрогнулось и упало на землю без жизни, а голова отлетела в сторону, словно мяч. Все замерли, и я увидел в их глазах не только ужас, но и недоверие. Они не могли поверить, что я так легко убил одного из них. Но я не дал им времени для раздумий. Я ринулся в атаку.

Вырезая их одного за другим, мы плавно смещались в глубь города. Вскоре я заметил и какую-то древнюю ратушу где-то вдали, что пребывала в значительном упадке, но самое удивительное, что сколько бы я ни резал шестёрок упырей, но меньше их не становилось.

Кровь текла по мостовой, как алая река, отражая багряный рассвет над городом. Я стоял в центре этой кровавой сцены, окружённый телами убитых слуг вампиров. На их лицах застыл страх и ужас, но в глазах ещё горели злость и жажда мести. Я ощущал, как во мне бурлит смесь адреналина, усталости и непоколебимой решимости добить всю эту погоню.

Я осмотрелся. Кладбище было пустынным, лишь тени дрожали в призрачном свете. Вдалеке виднелась Староместская ратуша. Её башня возвышалась над крышами домов, словно призрак некогда живого города. Стены ратуши были покрыты трещинами, а окна заколочены досками, словно глаза умершего человека.

И в этот момент я увидел его. Он стоял на краю ратуши, окружённый телами убитых товарищей, и смотрел на меня с явным интересом. Крепкий воин в тяжёлых латных доспехах, которые, казалось, были созданы для вечной войны. У него не было оружия, но в его глазах горел огонь бретёра.

Он шёл ко мне уверенными шагами по мостовой, словно не замечая кровавой бани вокруг.

Я не чувствовал его стах, а лишь любопытство. Кто он? Как он оказался в этом заброшенном городе? Что привело его сюда? Я отложил в сторону свой меч, готовый к бою, но не чувствуя жажды крови. Мне хотелось узнать, кто он такой и что привело в Прагу.

Он двигался ко мне уверенно, не спеша, словно не замечая ужаса, который окружал его. Его тяжелые латы бряцали при каждом шаге, словно грохот грома, отзывающегося в глубине души. Его лицо было скрыто шлемом, но я чувствовал его взгляд, пронизывающий меня насквозь.

Стоя на месте, чувствуя усталость в своих костях и тяжесть крови на руках. Но в моем сердце не было страха. И уже видел смерть в глаза и чувствовал ее холод на своей коже. И был готов к любому исходу.

— Не надоело гробить своих людей? — спросил я, пытаясь выгадать время и хоть слегка, но передохнуть. Мой голос звучал хрипло, словно из глубины колодца, находившегося чуть поодаль от той самой ратуши.

Он остановился в нескольких шагах от меня, и его взгляд стал еще более проницательным. Я не мог видеть его лицо, но я чувствовал его напряжение и готовность к бою.

— Я не гроблю своих людей, — прозвучал глухой голос из-под шлема. — Я лишь убиваю врагов.

— И кто враги? — спросил я, не отрывая от него взгляда.

— Те, кто угрожают моим хозяевам, — ответил он без колебаний. — Те, кто хочет уничтожить их мир. — прогудел воин.

— Твои хозяева — не весь мир, а лишь паразиты, захватившие древний град! — прошептал я, чувствуя, как в моем сердце зарождается ненависть. — Они — монстры, которые питаются страхом и упиваются людскими судьбами.

Он не ответил, а лишь стоял неподвижно, закрыв глаза, словно глубоко погрузился в свои мысли, обдумывая мои слова. Я осознал, что он не просто воин, а нечто более глубокое. Он был человеком, который запутался в своих убеждениях и оказался в ловушке собственного иллюзорного мира.

Но я не мог оставить его позади. Я должен был сражаться. Ибо таков мой путь, таково моё кредо! Я снова взял в руки меч, готовый к решающему сражению.