Сильвия Морено-Гарсиа – Эта ночь была бархатной (страница 13)
– Рубен, – представился парень с учтивостью, свойственной человеку, который работает с клиентами.
Майте была вынуждена тоже проявить вежливость, которая еще несколько секунд назад в ее поведении напрочь отсутствовала.
– Майте. Обязательно передам. – Вспомнив про правила приличного тона, Майте обменялась с парнем рукопожатием. – А вы, если увидите ее, скажите, пожалуйста, что я пошла к ее сестре.
– Непременно.
Сестра Леоноры жила в районе Кондеса, что Майте обрадовало, поскольку это означало, что она пойдет в сторону своего дома. Если б та обитала где-то в другом месте, Майте еще сто раз подумала бы. Однако ей нужны были деньги, да и не очень-то хотелось возиться с чужим жирным котом еще несколько дней, а то и недель. Леонора сказала, что ее не будет «еще какое-то время», и как знать, что под этим подразумевалось, если она ищет себя, или творит, или еще бог весть что. Майте даже не любила кошек. Да и чем кормить кота? Осталась последняя банка, только на сегодняшний вечер. Что ж ей, оплачивать питание этого мяу-мяу из своего кармана?
Наконец Майте подошла к красивому дому с железными дверями. Она позвонила и стала ждать. К ней вышла молодая женщина, года на два старше Леоноры. Очень похожая на нее. У женщины были такие же скулы, как у Леоноры, такой же красивый маленький рот, а вот волосы короче.
– Вы к кому?
– Вы Кандида? Сестра Леоноры?
– Да.
– А Леонора здесь? Я ее соседка по дому. Мне нужно ее найти.
– Я не… – Где-то в доме заплакал ребенок. Женщина со вздохом обернулась. – Входите, пожалуйста, – пригласила она. – Следуйте за мной.
Майте вошла в дом. Кот, будто соревнуясь с ребенком, снова заорал. Майте так и подмывало хорошенько встряхнуть его в переноске, но она сдержалась.
Вслед за Кандидой Майте вошла в большую гостиную, где стояли обитые плюшем диваны, а на полу лежал оранжево-красный ковер. Она увидела большой телевизор и внушительную стереосистему. Ребенок, одетый в комбинезончик, играл в детском манеже посреди комнаты. Во всяком случае, играл некоторое время назад. Теперь же он жалобно завывал, размахивая соской.
Кандида нагнулась, взяла малыша на руки. Потом вместе с ним прошла к телевизору и выключила его. Майте опустила коробку и переноску с котом на пол и вздохнула с облегчением.
– Простите, вы сказали, что ищете мою сестру?
– Да, я присматриваю за ее котом и теперь должна вернуть ей его.
– Не понимаю.
– У нас с ней был уговор, что я приглядываю за ним до понедельника, но в понедельник она домой не вернулась и теперь просит, чтобы я привезла ей кота, но я не могу ее найти. Я не стала бы вас беспокоить, но она на встречу не явилась, потому я и оказалась здесь.
Майте приподняла клетку с котом, показывая его Кандиде. Молодая женщина похлопывала ребенка по спинке, и тот начал успокаиваться.
– Я думала, Леонора дома, но раз ее там нет, тогда понятно, почему она позвонила. О господи, надеюсь, она не вляпалась в какую-нибудь глупую историю.
– Это вы о чем?
– Наверно, вы уже поняли, что за человек моя сестра.
– Ну, мы, бывает, перекидываемся парой слов. Но мы не близкие подруги, – осторожно ответила Майте.
– Она теперь вообще непонятно с кем якшается, – покачала головой Кандида. – В этом вся беда. Нет, вас я не имею в виду. Вы на вид вполне респектабельная женщина.
Кандида подошла к полке, на которой стояли фотографии в серебряных рамках. Она остановила взгляд на одном снимке. На нем были запечатлены Леонора и Кандида с седовласым мужчиной. Тот выглядел очень серьезным, а девушки робко улыбались. Леонора была в струящемся розовом платье, украшенном цветком на плече. Возможно, снимок был сделан в тот день, когда она окончила школу.
– Это наш дядя Леонардо.
– Леонардо и Леонора?
– Да. Ее назвали в честь его. Это фото сделано три года назад, до того как она начала меняться. Она – художник, вы ведь знаете, да?
Дядя девушек – в военной форме, более молодой – фигурировал еще на одной фотографии. На том снимке его сходство с сестрами было поразительным: родство выдавали глаза. На других фотографиях Майте увидела чету, которую она приняла за родителей девушек. Среди снимков на полке было и свадебное фото Кандиды.
– Я видела ее картины. – Майте, в общем-то, не солгала, она видела их в квартире Леоноры.
– Дяде это ее увлечение никогда не нравилось, но он все равно согласился оплачивать ее квартиру и привезти ее сюда. Я не знаю, что произошло. Может быть… потому что Мехико сильно отличается от Монтеррея. То она счастлива, рисует, а потом… бах! Попусту тратит время, ходит на вечеринки, парней меняет как перчатки. Наркотики, конечно, алкоголь и ужасные, ужасные люди. Знаете, она водит компанию со студентами, которые постоянно протестуют, митингуют? Боже, я не помню название организации, в которую она недавно вступила. Какое-то дурацкое творческое объединение. Думаю, некоторые из его членов участвовали в той демонстрации… О которой писали все газеты.
– Да, я читала, – сказала Майте.
Она просто пробегала глазами заголовки и отходила в сторону, когда секретари начинали разговаривать об опасных красных или правительственных агентах. Вся эта болтовня о тайных группах наемных убийц и заговорах, организованных коммунистами, заставляла Майте нервничать. Тем не менее она понимала, что в стране разгорается грандиозный скандал. Заблудовский[27] брал интервью у президента, и тот заявил, что виновники нападения предстанут перед судом. Он также сказал, что студенты, участвовавшие в демонстрации, не должны были вести себя столь агрессивно, и осудил как безответственность, так и репрессии. Майте поняла немного, но догадалась, что под банальными фразами и призывами заботиться о благе нации кроется что-то опасное.
– Леонора неплохая девушка, но порой ей в голову приходят совершенно дикие идеи, и… в общем, утром она мне позвонила и попросила денег. Я решила, что, должно быть, ей опять нужно внести за кого-то залог. Поймите, так уже бывало, и не раз. Ее друзья устраивают какую-нибудь бучу, их арестовывают, а она потом вносит за них залог. Или другая большая статья расходов – наркотики и алкоголь. Но сестра поклялась, что деньги нужны не для этого, и сказала… сказала, что десятое июня изменило все.
– Вы дали ей денег?
– Нет, – ответила Кандида. – И не потому, что я скареда. Муж выделяет мне скромное содержание. У меня есть кое-какие сбережения, но последние пару раз я просила денег у дяди. Конечно, не говорила ему для чего. Он ни за что не согласился бы внести залог за смутьянов или заплатить за наркотики. На самом деле Леонора не залог вносит, а дает взятку, чтобы ее друзей отпустили.
Ребенок успокоился. Кандида сунула ему в рот соску, вновь поместила малыша в манеж и включила телевизор, убрав звук. Держась за бортик, ребенок смотрел на экран, на котором койот гнался за марафонцем.
– Она сказала мне, что ее не будет какое-то время. Вы не знаете, у кого она остановилась? Может быть, есть друг или подруга, кому я могла бы позвонить? Она просила, чтобы я привезла ей кота и газеты, – объяснила Майте. – Может быть, она с Эмилио Ломели?
Майте надеялась, что Кандида согласится с ее предположением, и тогда у нее появится повод позвонить молодому человеку. Но Кандида покачала головой:
– Маловероятно. Они расстались несколько месяцев назад.
– А у вашего дяди?
– Дядя Леонардо оплачивает счета Леоноры, но в последнее время у них возникли разногласия.
– Тогда, пожалуй, я оставлю кота у вас. Я не знаю, что еще с ним делать.
– Кота?
– Да, кота. Леонора также обещала заплатить мне за такси и за те дни, что я присматривала за животным. Вы могли бы рассчитаться со мной за нее, и я оставлю кота здесь, – предложила Майте, стараясь приглушить настойчивость в голосе. Ее совершенно не радовала перспектива стать постоянной нянькой при этом пушистом толстяке.
Кандида коснулась шеи, взяла со стеклянного журнального столика пачку сигарет и закурила:
– Ой, что вы, нет! Я не могу оставить у себя кота. Наверно, вы знаете, что говорят про кошек? Они душат младенцев.
– Глупости!
– Муж не одобрит.
– Тогда, может, дядя ваш его возьмет? И рассчитается со мной за Леонору?
– Я не хочу беспокоить его из-за этого. Я же говорила, у него с сестрой разногласия. А может, вы присмотрите за ним еще какое-то время?
– Такого уговора не было.
– Простите. Послушайте, а вы напишите свой телефон. Если Леонора позвонит, я передам ей, что вы заходили.
– Прямо какие-то «телефонные прятки», – буркнула Майте, но телефон свой Кандиде написала.
Выйдя на улицу, она глянула на зловещее небо. Интересно, успеет она добраться домой до дождя? Еще раз тратиться на такси Майте не хотела, тем более что, вероятно, ей придется покупать корм для кота. Дом, в котором она жила, находился не так уж далеко. Спокойно доедет на автобусе и будет надеяться на лучшее. Правда, она устала и до сих пор не ужинала.
Пыхтя от раздражения, Майте решила, что сначала где-нибудь поест, а потом потопает домой. Жаль, машина в сервисе! Но теперь не видать ей машины как своих ушей, пока эта ветреная дура не расплатится с ней.