Сильвия Лайм – Жена волка (страница 59)
На этот раз Ранфер проспал еще дольше. Он очнулся к вечеру следующего дня ужасно злой на то, что его никто не разбудил.
Однако, хорошая новость была в том, что он смог ходить. Сам, без помощи трости.
За окном уже забрезжил закат, алые солнечные лучи тонули в фиалковом небе, раскрашивая его в самые невероятные оттенки.
Ранфер с удовольствием потянулся, сунул ноги в тапки и пересел на кровать спящей Лены.
Девушка была в магической коме уже три дня. Ранфер взял ее маленькую прохладную ладошку в свои руки и начал машинально разминать пальчики, вглядываясь в неподвижное лицо.
Его сердце стучало нервно и быстро, но он старался не позволять беспокойству проникнуть слишком глубоко.
Все должно быть хорошо. Все будет.
Мужчина закрыл глаза, постаравшись представить магические потоки, которые должны были циркулировать в их телах. Его собственные почти восстановились. Он чувствовал их все, кроме тех, что были связаны с лунным сплетением. Эти жилы безнадежно погибли, уже полностью рассосавшись, будто их и не было.
А вот магическое тело его возлюбленной было далеко от идеала. Жилы казались сухими и обожженными, как будто прежде по ним тек огонь.
Ранфер не должен был вовсе видеть их, ведь рассмотреть чужую колдовскую природу практически нереально. Лишь внешний слепок ауры обычно дает магам хотя бы какое-то представление о волшебстве его обладателя. Но Ранфера собственная осведомленность уже не удивляла. После того, как во время сражения Лена услышала его мысли, ничто не казалось больше невозможным. Они были связаны, и мужчина воспринимал это как данность.
Шло время, а Ранфер так и сидел на женской постели, не открывая глаз и сжимая маленькую ладонь. Ему так было проще. А еще он хотел, чтобы его собственная сила перетекала в девушку.
Неизвестно, сколько часов или минут длилась эта молчаливая связь, как вдруг произошло удивительное.
Перед глазами оборотня начали одна за другой мелькать странные картины вещей, домов, предметов и людей, которых он никогда не видел.
Лена едва заметно дернулось, и вдруг сжала его руку
В этот момент Ранфер понял, что проваливается в воспоминания своей возлюбленной.
Маленькая комната, подобных которой он никогда не видел. Низкий потолок, который будто давит на тебя, грозясь вот-вот упасть. Ни одного магического кристалла, но вместо них странная, массивная лампа, горящая сама по себе. Вроде бы и огонь в ней, но словно какой-то искусственный. Неподвижный.
Ранфер дал себе обещание спросить у Лены, что это за конструкция. И каким образом в ее мире смогли добиться освещения комнат без кристаллов.
Тут было много и других странных предметов. Квадратная коробка на стене, такая же на столике у окна. Крохотный диван, покрытый странной тканью. И большинство предметов имеют не привычные шесть углов, а всего четыре. Кругом кубы, квадраты и прямоугольники. Даже сама комната своей рубленностью больше напоминала вырытую могилу, чем нормальное помещение.
Ранфер встряхнул головой. Ему здесь не нравилось. Хотя в обстановке чувствовалось что-то теплое, словно к ней приложила руку его Лена. Этот факт немного роднил его с этим местом, но не более того.
В первую же секунду мужчина понял, что хотел бы забрать отсюда свою пару навсегда. И сделать все возможное, чтобы она сюда никогда не возвращалась.
К счастью, она и так уже была в его мире. Судьба сделала за него всю работу.
Или еще не всю?
Ранфер почувствовал укол боли где-то в груди, и перед ним из воспоминаний материализовались две фигуры, мужская и женская. Все вокруг было размыто, как часто происходит в воспоминаниях.
Раздались крики, жестокие смешки. Ранфер смотрел на все вокруг глазами Лены. И сейчас в ее руках, которые стали его собственными, возникли бумаги. Они были ужасно важны, хотя он и не слишком понимал, почему.
В любом случае, эти бумаги казались ему не важнее разбитого сердца. А именно оно сейчас у Лены обливалось кровью.
‘‘Что это значит, Рома?.."
"Скрывать больше нет смысла.."
В этот момент Ранфер понял, что перед ним тот самый Рома. Ее бывший жених, обманувший ее и едва не убивший.
Волна ярости всколыхнулась в груди, застилая глаза красной пеленой. Такая привычная вспыльчивость… Словно он все еще был оборотнем, способным одной своей злостью ставить на колени самых сильных волков Диархана. А людей пугать до дрожи в костях.
Силы альфы больше не было, но это не означало, что он не смог бы скрутить этого тощего червяка в бараний рог. Смог бы. Даже быстрее, чем успел бы получить от этого удовольствие.
"Ромчик, ты ее так и отпустишь?" — звучал звонкий голосок змеи, что стояла рядом с этим Ромой.
"Конечно, нет, дорогая…"
А затем мелькнувшая впереди дверь, поворот головы и смазанный удар пустой бутылкой по виску.
Все померкло, кроме боли, будто разорвавшей голову. Но больше всего Ранфера злило не это. А то, что Лена еще помнила, как болело ее сердце от предательства. Он чувствовал рану в ее груди и ощущал рассыпавшуюся на осколки душу.
Она любила это ничтожество, и бывший оборотень не мог понять, как. За что?
Когда он вновь открыл глаза, его Лена все также лежала напротив на больничной койке. Спокойная, спящая. Только хмурая складка между бровей говорила о том, что она тоже только что видела этот сон. Ее до сих пор терзали кошмары о том дне.
Почему она никогда не говорила, как это важно для нее?
Ранфер сжал зубы и встал с постели. Ноги слушались плохо, слабость давала о себе знать, но он не обращал внимание. Ему нужно было проветриться, пока ярость окончательно не взяла над ним верх, и он не начал крушить все вокруг. Не стоило пугать медиков. Еще подумают, что после Совета он умом тронулся.
В коридоре его никто не встретил, и лишь на выходе из медицинского крыла немолодая вахтерша-оборотень хотела поинтересоваться, куда он собрался в больничной одежде. Мол, пациентам запрещено покидать палаты. Но как только разглядела в мужчине ректора, с удивлением распахнула глаза.
— А я думала, тут человек какой… — забубнила она, — а тут вы… Прошу простить… Как же так вышло-то?..
Она все тараторила и тараторила, ощутимо принюхиваясь к воздуху, хотя это было не слишком-то прилично.
Ранферу было плевать. Он просто вышел прочь, остановившись лишь когда его кожи коснулся свежий ветер.
Да, теперь он пах, как человек. Потому что был человеком.
На улице стояла глубокая ночь. Огромная луна освещала каменные башни Арктур, серебрила растительность, отражалась от камней дорожек.
Ранфер сунул сжатые кулаки в карманы больничных штанов и шагнул на одну из тропинок, что вела в сады перед академией. Негромкое пение ночных птиц, прохладный воздух и одиночество немного привели его мысли в порядок. Неторопливо он дошел до той самой скамейки, где недавно они провели с Леной несколько таких приятных минут, и сел, раскинув руки по спинке.
В голове крутился десяток мыслей. И главной была одна. Что было бы, если бы Лена смогла вернуться домой? Что, если бы очнувшись в больничной палате, она вдруг сказала бы ему, что весь этот мир с его проблемами, оборотнями, магами и войнами ей не нужен? Что тогда он сделал бы?
Напрашивался один ответ: "Ничего". Создать портал между мирами невозможно. И это невероятно радовало Ранфера. Мелочно, своевольно, собственнически. Но радовало. Ведь это означало, что Лена никогда от него не уйдет.
Его пара никогда не оставит его.
Но все равно в груди засел червячок сомнения. Он грыз душу, проедая все новые и новые ходы. Напоминая Ранферу, что в таком случае Лена не будет счастлива.
Да, сейчас ей некуда возвращаться. Ее бывший жених пытался ее убить, и, судя по всему, лишил ее единственного жилья.
При воспоминании о тщедушном, скользком типе, что когда-то именовался нареченным его возлюбленной, Ранфер сжал пальцы на спинке скамейки.
Стоило бы найти способ перемещения между мирами хотя бы ради того, чтобы наказать засранца.
Бывший оборотень скрипнул зубами и закрыл глаза.
Проблема таких порталов состояла в том, что невозможно было представить конечную точку перехода. Избранные, что появлялись примерно один раз в сто лет, конечно, прекрасно представляли, куда им нужно вернуться. Вот только освоить телепорт они были неспособны. Слишком сложная магия, требующая не только умения, приобретаемого с годами, но и врожденных способностей.
Таким образом, задача оставалась неразрешимой.
В этот момент перед мысленным взором Ранфера неожиданно ярко вспыхнула комната из сна Лены.
Альфа распахнул глаза, резко вдохнув. Мгновенное осознание резануло его не хуже остро заточенного кинжала.
Никто и никогда не видел конечной точки перемещения… Но он только что увидел. Связь истинной пары дала ему возможность погрузиться в чужие воспоминания, почувствовать то, что не ощущал до него никто другой — прикосновение другой реальности.
Вот только насколько это прикосновение было настоящим? Вдруг он видел лишь плод воспаленной фантазии девушки? Вдруг этот все — лишь причудливо перемешанная фантасмагория, как часто бывает во снах?
Грудь Ранфера медленно поднялась и опустилась. Затем он встал, очертил в воздухе ровный круг, открывая спираль портала. В этот момент он совершенно отчетливо представил себе комнату из чужих воспоминаний и шагнул в черную пасть магического перехода.
Чавкающая пасть жевала его немного дольше, чем обычно. Однако бывший оборотень не успел удивиться. Все шло так, как и должно. Портал, вопреки некоторому беспокойству, оказался стабилен и не собирался разрушаться в процессе перехода.