Сильвия Лайм – Поцелуй Багрового змея (страница 6)
Впрочем, ответ на этот вопрос был сейчас не самым важным в моей жизни. Важнее оказалось то, что прямо в этот момент ректор закончил:
– Чтобы быть зачисленными на наш факультет, вы должны показать мне свои сильные стороны, – звучал его мощный голос, одновременно жесткий, как удар хлыста, и спокойный, как штиль. – Настоящий “гематит” – этот тот, кто способен защитить царя от любого из трех смертоносных ударов – магического, физического или умственного. Гематит – это воин, умеющий в первую очередь защищать. Гематит – черный, как ночь, и совершенно непрозрачный, как и злая магия, с которой каждый из вас должен будет научиться бороться. Гематит символизирует кровь, волю и силу. Поэтому вы должны продемонстрировать мне любые ваши умения по крайней мере двух типов из трех, озвученных мной.
По кабинету прокатился испуганный и нервный шепот:
“Магический…”
“Физический…”
“Умственный...”
А я громко сглотнула.
Дело в том, что мне почти нечего было показать. Я надеялась, что вступительное испытание будет проходить в виде теста или списка вопросов. Например, на знание рас Шейсары, может быть – особенностей черных культов или даже тонкостей аромалогии нагов. Все это я идеально изучила в теории! А на практическом занятии я могла продемонстрировать, например, что умею быстро бегать, приседать и даже подтягиваться так, как не умели многие мужчины в моей провинции. Я обладала прекрасной физической подготовкой и была полностью готова к стандартному набору испытаний, какие проводились в обычных человеческих учебных заведениях.
Вот только, похоже, мильер Рессел не был приверженцем стандартного подхода…
В то время пока я в ужасе размышляла, что делать, кандидаты на учебу в академии уже начали демонстрировать свои “фокусы”. Дракайны летали, распахнув огромные крылья, с разным успехом стреляли огнем из растопыренных пальцев. Гарпии их догоняли и блестящей кожей, напоминающей перья, отражали пламя, от которого я сгорела бы за пару секунд. Парень с зеленоватой кожей тролля, тряхнув серыми волосами, щеголял прочной, превращающейся в камень кожей и умением драться так, что от одного его удара в стороны разлетелись сразу три дракайна.
А мильер Рессел только кивал и, щелкая пальцами, указывал кому-то в углу кабинета на формуляр со списком всех присутствующих.
Вот только там никого не было!
Я сперва удивилась и только затем заметила, что, прикрытое кипой бумаг на столе мильера ректора, в воздухе витает стальное чернильное перо. Частично оно было охвачено языками пламени, а его кончик быстро и умело скользил по пергаменту.
Вот только это была не вся странность. Ко всему прочему внутри огненных язычков горели два глаза...
– Ух-с-с-с, – затрещал этот огонек, высунувшись над стопкой бумаг и заставив половину кабинета повернуть к нему головы. – Что дают пареньки-с-с-с...
– Хекс, не отвлекайся, – бросил Рейнариш, даже не взглянув на него. Махнул рукой, и испытания продолжились. Хотя я видела, что не одну меня поразило это удивительное явление (живой, говорящий огонь прямо в кабинете!), всем соискателям на место в академии пришлось вернуться к своим занятиям.
Меня же вновь охватила прежняя паника. Я сидела на своей подушке, боясь произнести хоть слово и отсчитывая минуты до того момента, когда придется встать и дать понять всем, что мне совершенно нечего показать.
Я ведь была человеком! А люди даже к магии не расположены. Несмотря на разные теории о том, чем мы могли бы обладать, как правило, волшебства в нас почти нет.
Но неужели все было зря? Моя поездка сюда, ужасное опоздание… чудовищный укус мастера ядов, от которого меня до сих пор потряхивает? Неужели меня ждал провал?
– Что, боишься, да? – раздался голос откуда-то слева.
Я вздрогнула, нервно повернув голову, и встретилась с любопытным взглядом той странной девушки. Она глядела на меня из-под очков с дымчатыми стеклами, оправа которых оказалась инкрустирована блестящими самоцветами. Я даже подозревала, что это настоящие драгоценные камни, но не слишком разбиралась, какие именно. Белые, желтые, розовые… Неужели бриллианты с рубинами?
– Не переживай, все боятся, – кивнула она и посмотрела перед собой.
Ее испытание уже прошло, а я, признаться, была ужасно увлечена собственными страхами и даже не заметила, что она показывала.
Кем же была эта странная особа, которая размерами превышала меня раза в два?
Впрочем, это имело мало значения, ведь она заступилась за меня. После этого я была готова пережить даже тот факт, что она оказалась бы нагиней. Ведь после встречи с мастером ядов, от которого кожа до сих пор оставалась болезненно чувствительной, я стала испытывать к нагам некоторое предубеждение.
Кивнув девушке, я благодарно улыбнулась.
– Меня зовут Ханна, а тебя? – Она коснулась сердца кончиками длинных сильных пальцев, а затем чуть склонила голову в традиционном для Верхней Шейсары приветствии.
Выходит, она живет где-то здесь, поблизости…
Я слегка напряглась, внимательнее приглядываясь к своей новой знакомой, снова пытаясь различить в ней нагиню.
Однако через мгновение расслабилась, решив, что имя “Ханна” не слишком подходит женщине Великих змеев, как и простое желтое платье без выдающихся узоров.
– А меня – Фиана, – улыбнулась в ответ, повторив приветствие. – Я только вчера приехала из пятнадцатой провинции Нижней Шейсары и, признаться, слегка поражена всем, что мне довелось увидеть здесь.
– О, понимаю, – проговорила моя новая знакомая, чуть шире открыв глаза, чересчур ярко поблескивающие под стеклами очков. – Человеческая девушка с окраин в самом сердце древнего царства… Полагаю, тебя многое удивляет. У тебя на родине было не так много мильеров и мираев, верно?
Я чуть замешкалась с ответом, но потом все же призналась:
– За всю жизнь кроме людей я видела лишь одного старого василиска.
– Что, правда? – ахнула Ханна, наклонившись ко мне и коснувшись рукой единственного украшения, которое на ней было кроме сверкающих очков, – бархатного ошейника с мелкими золотыми ромбами по контуру.
Я вновь оглядела девушку, на этот раз вблизи. И, несмотря на ее довольно внушительные размеры, была вынуждена признать, что Ханна оказалась вполне привлекательной. Девушка приковывала взгляд какой-то необычной, резкой и сильной красотой, нестандартной для человека. И мне это нравилось.
В этот миг я окончательно уверилась, что она принадлежит либо мираям, либо мильерам. Но кому именно?
И спросить-то как-то неловко…
Впрочем, мне вдруг пришла в голову неожиданная хитрость:
– А ты, случайно, не знаешь, почему здесь, среди поступающих на факультет Черного гематита, нет ни одного нага? – спросила я, внимательно глядя на Ханну.
Ну вот! Если она нагиня, то тут же признается в этом! А я буду держаться от нее самую малость подальше – чтобы ненароком не цапнула.
По спине прокатилась прохладная дрожь. Я помотала головой, чтобы вытрясти оттуда вновь возникшее перед глазами лицо Багрового змея, и посвятила все свое внимание собеседнице.
– Ты не видишь здесь ни одного нага, потому что для них в академии Самоцветов есть свой факультет, – невозмутимо ответила Ханна. – Это элитное подразделение под названием “Огненный рубин”. Как намек на божественное происхождение всех мираев.
– Ну надо же, – негромко проговорила я, замечая, как снисходительно ухмыльнулась девушка.
– Да, с тех времен, когда наги считались венцом творения и людям даже запрещено было смотреть им в глаза, прошло уже несколько десятков лет, – все с той же усмешкой говорила она, а я неожиданно уловила в ее тоне легкое пренебрежение. При этом ее глаза за стеклами очков оставались теплыми и блестящими...
Впрочем, что вообще можно понять по глазам, если их едва видно?
– Но несмотря на минувшие годы, – продолжала она, – в Верхней Шейсаре все еще сохранились некоторые предрассудки.
– Правда? Какие?
Ханна окинула меня внимательным взглядом, словно оценивала, не лгу ли я. Но я и правда была совершенно не осведомлена о нравах, царящих в сердце древнего царства! Я-то жила так далеко отсюда, что до моей родины ни один наг ни разу не добрался.
– Я думаю, ты скоро сама все увидишь, – произнесла она наконец. – Не хочу расстраивать тебя раньше времени.
– Но… – хотела я узнать все побыстрее.
Однако не вышло. В этот момент, как оказалось, все претенденты на обучение на факультете “Черный гематит” уже показали свои способности. Пока я тут весело болтала, маленький янтарно-желтый огонек задокументировал результаты и теперь смотрел с немым ожиданием и потрескиванием прямо на меня. На меня!!!
Как и ректор Рессел…
– Мусьора Шиарис, мы ждем вас, – сказал наконец дракайн, указав в центр кабинета широкой загорелой ладонью, что местами блестела чешуей.
А меня вновь объял ужас, до поры до времени притихший благодаря беседе с Ханной. Я поднялась с подушки и на негнущихся ногах дошла до указанной точки.
Ну… вот и все. Мои минуты позора начали свой отсчет.
Сердце подскочило к горлу, кровь ударила в виски, и я почувствовала, как голова закружилась.
– Что вы хотели бы нам показать, Фиана? – спросил мильер ректор, внимательно глядя на меня. А затем подошел ближе и, расположившись спиной ко всем остальным поступающим, внезапно закрыл меня от них огромными черными крыльями, искрящимися алмазной пылью. – Честно говоря, я впервые встречаю человека, который намеревается стать одним из гематитов, – добавил он едва слышно, так, чтобы понять могла только я. – Люди, как правило, не обладают или почти не обладают магией, а значит, просто-напросто не способны окончить обучение на нашем факультете, где изучение защиты от черного колдовства – одна из основных наук. Быть может, вы ошиблись факультетом, мусьора Шиарис?