Сильвия Лайм – Поцелуй багрового змея. Часть 2. Бушующий огонь (страница 4)
Сердце явно считало, что беспокоиться стоит, и еще как. Меня мгновенно бросило в жар, только теперь защитного флера цветочных духов уже не было. Оставалось надеяться, что Джерхан, рассказывая об обонянии Багрового змея, что-то перепутал и все не так плохо, как я себе надумала. Может, он и не почувствует ничего. Может же быть такое?..
Я нервно закусила нижнюю губу, чувствуя, как обжигает меня прикосновение его рук через ткань.
– Здесь холодно, – негромко проговорил Астариен, не торопясь выходить из-за моей спины. Напротив, на несколько неуловимых мгновений его руки стали жестче, а я ощутила, как наши тела соприкасаются. Словно он и впрямь… обнимал меня.
Это обманчивое впечатление исчезло слишком быстро, будто унесенное темными ветрами подземных богов.
– Я открыл окна, чтобы запах твоих ужасных духов испарился, – добавил льесмирай привычным голосом с металлическими нотками.
И у меня по позвоночнику прошла морозная дрожь.
– Это не мои духи, – зачем-то ответила, словно пыталась оправдаться, и плотнее закуталась в плед. Впрочем, возможно, так оно и было.
Мастер уже отпустил меня и, бросив искоса короткий взгляд, вновь вернулся к лабораторному столу, на котором стоял купол с растением.
Астариен словно нарочно не обращал на меня внимания и явно готовился рассказывать материал урока. И только я ежилась от холода, зачем-то надеясь, что мастер снова меня обнимет. Потому что я мерзла не от теплого шейсарского ветра, задувающего в распахнутые окна, а от ледяного голоса своего преподавателя.
Впрочем, было бы лучше, если бы все шло так, как сейчас. Астариен находился бы от меня так далеко, как только можно, а я просто выполняла бы его указания. Тогда, возможно, к концу занятия мне удалось бы сохранить хоть капельку собственного достоинства. Хоть самую малость!
– Итак, – начал мастер ядов, сцепив руки за спиной, – приступим.
Сейчас его фигура была видна чуть лучше, потому что из распахнутого окна лился сумеречный свет, голубоватыми отблесками оседая на красивом смуглом теле Багрового змея, окрашивая изгибы его мышц в лунное серебро.
– Белая королева – это крайне редкое растение, растущее в основном в горных областях Шейсары, в самых глубоких расщелинах утесов. Его сложно найти ввиду природной скрытности. Белая королева одновременно нуждается в свежем воздухе, прохладе и темноте. Поэтому она не растет ни в подземельях, ни на открытых горных грядах. Лишь в расщелинах, где нет солнца. В лабораторных условиях вырастить ее очень трудно, и для создания необходимых условий был создан вот этот купол.
Астариен вытянул два пальца и невозмутимо постучал по конструкции на столе. Раздался звонкий звук удара ногтями о металл.
Я вздрогнула.
– Как только мой рассказ подойдет к концу, придется закрыть окна и снять купол, чтобы запах цветка не выветривался, – продолжал льесмирай, все так же не глядя на меня, словно вел лекцию для кого-то другого. – Тогда ты должна будешь приготовить яд из белой королевы, используя только свое обоняние.
– Только… обоняние? Без рецепта? – выдохнула я, громко сглотнув.
Мастер ядов явно не пытался облегчить мне занятие. Ни на йоту. Он бросил на меня очередной короткий взгляд и ничего не ответил, продолжив лекцию:
– Белая королева совершенно безопасна до момента цветения. Однако ее цветы ядовиты настолько, что ими можно отравить даже мирая.
Я вздрогнула.
– Даже мирая? – переспросила удивленно.
Всем известно, что наги – одна из самых невосприимчивых к ядам рас. Их печень способна переварить все что угодно. От отравы до лекарства. Великие змеи ядовиты от природы, и другие яды почти не имеют над ними силы.
Астариен кивнул.
– В этом нет ничего особенного, – добавил мастер вопреки моему удивлению. – Белая королева – не единственное растение, которое способно убить мирая, несмотря на то что подобных трав очень немного. Однако главное в том, что яд белой королевы почти невозможно обнаружить в теле жертвы. Если убить мирая с помощью него, доказать насильственную смерть сможет только настоящий профессионал. Со стороны все будет выглядеть как случайность.
– То есть… если убить таким образом, например, царя, то никто и не узнает? – ахнула я, а потом поняла, насколько двусмысленным оказался мой вопрос.
Астариен повернул голову, посмотрел мне прямо в глаза, и даже через сумрак разделяющего нас помещения я почувствовала, что его внимание пронзает меня насквозь.
– Именно так, – негромко ответил он, а я поежилась под пледом, пытаясь укутаться сильнее. Словно шерстяная ткань могла защитить меня от настойчивого изучения мастера.
Мокрые волосы упали вперед, и я убрала их. Холодные капли скатывались по горячему лицу и, кажется, таяли, превращаясь в пар. А иногда затекали под одежду, заставляя вздрагивать. Все это совершенно не беспокоило, пока мастеру не вздумалось глядеть на меня не отрываясь. Сейчас же я вдруг ощутила себя только что выловленной рыбешкой, брошенной на раскаленную сковородку.
Вот кто меня за язык тянул?..
Впрочем, очередное подозрение, читающееся в глазах Багрового змея, даже немного разозлило.
– Тогда зачем вы хотите заставить меня готовить яд из белой королевы, если он может быть столь опасен? – спросила я, не выдержав. – Разве это логично?
Я набрала полные легкие воздуха и прямо посмотрела на застывшего у лабораторного стола мужчину. И выдержала его взгляд, не отводя глаз. В голове же пульсировало лишь одно: накажет за дерзость или нет?..
Астариен едва заметно приподнял бровь и только затем ответил, развернувшись ко мне всем телом:
– Потому что, приготовив этот яд, ты должна запомнить все нюансы его запаха. От начала приготовления и до самого конца. Если состав будет замешан неверно, ты поймешь, как пахнет некачественный яд. Многие злоумышленники и приверженцы темных культов не способны приготовить отраву правильно, и результат их действий тоже имеет совершенно конкретный запах. В любом случае этот урок научит тебя обращаться с белой королевой, а это знание ты не получишь больше нигде. Надеюсь, теперь ясно, гематит Шиарис?
Я все так же смотрела на мастера, а он – на меня. И мы оба не отводили глаз. Теперь казалось даже, что это какая-то извращенная игра, в которой кто-то обязательно должен проиграть. Вот только в чем заключались правила?
– Хорошо, – кивнула я, стараясь сохранять невозмутимое выражение лица. – Получается, что для понимания вашего урока не имеет значения, будет яд приготовлен верно или нет?
Кажется, Астариен чуть ухмыльнулся, но в темноте можно было и ошибиться. Он приподнял голову перед тем, как ответил:
– Все верно. Для понимания моего урока это не будет иметь значения.
Я уже успела обрадоваться, что сегодняшнее задание, похоже, не слишком сложное. Действительно, разве трудно приготовить что-то неправильно? Однако радость была недолгой, потому что мастер добавил:
– Неважно, верно или нет будет приготовлен яд, это все равно станет хорошим опытом для тебя. Вот только если ты провалишься, будешь применять свой опыт разве что в теории, когда вернешься в свою провинцию.
– Что? Вы опять собираетесь меня выгнать? – ахнула я, не поверив своим ушам. Ну сколько уже можно?
– Я ничего не собираюсь, Фиана, – жестко отрезал льесмирай. – Наш договор остается в силе. Я помогаю до тех пор, пока ты справляешься с моими заданиями.
– Да какая же это помощь, если вы заставляете меня делать то, на что человек не способен? Может быть, вы нарочно хотите, чтобы я поскорее исчезла из академии? Ведь я уже поняла, что без вашего яда мое обоняние останется на прежнем уровне! – воскликнула я, впадая в легкое отчаяние. – Для чего тогда вообще нужны эти занятия? Чтобы наглядно показать, насколько я бесполезна? Так укусите меня снова, чтобы я целиком прочувствовала разницу!
От возмущения и беспомощности я развела руками, и плед упал на пол. Мокрые волосы растрепались по плечам и скользнули в разрез лабораторной мантии. А потом до меня вдруг дошло, что мгновение назад я предложила мастеру в качестве шутки еще раз меня куснуть. При этом у меня в голове это не звучало настолько бесстыдно, насколько получилось в реальности.
Краска ударила в лицо, а мне стало так жарко, что даже распахнутые окна не спасали. И даже во мраке было заметно, как изменился взгляд Багрового змея, став резким и немного хищным. Несколько секунд он смотрел на меня и молчал, и только его широкая грудная клетка поднималась и опускалась чуть чаще обычного. А челюсти были плотно сжаты.
– Надеюсь, ты выговорилась, – наконец ответил он низким ядовитым голосом. А затем протянул руку за металлический купол с цветком и достал оттуда связку маленьких флаконов, держа их на одном указательном пальце. Они были полностью прозрачны, а внутри плескалась белоснежная опалесцирующая жидкость, напоминающая текучий жемчуг. По спине прокатилась волна мурашек, когда я начала догадываться о том, что это.
– Это очищенный мирин, – подтвердил мои предположения Астариен. – Он не ядовит и не имеет свойств афродизиака. Поэтому я не стану кусать тебя, гематит Шиарис, – добавил он, слегка скривившись, словно само предположение подобного исхода событий вызывало у него отвращение.
А мне словно кто-то в сердце кинжал вонзил.
– Ты получишь всю связку, если сегодня справишься с заданием. У тебя не будет никаких проблем с тем, чтобы находиться на одном уровне с остальными академистами. Более того, твое обоняние станет даже сильнее, чем у большинства мильеров. Нужно лишь заслужить эту награду, гематит Шиарис.