Сильвия Лайм – Невеста волка (страница 36)

— Эй, хватит! — прошипел он. — Я просто хотел тебя напугать.

— Да, рассказывай мне сказки…. — прошипела я, наклонилась и так сильно ударила его по лицу, что даже испугалась, что повредила себе руку.

— Ай, — выдавила, сжав пальцы.

Парень не издал ни звука, только сжал зубы сильнее. Поднял на меня злой взгляд и не произнес ни слова.

— Проваливай отсюда, — сказала тихо, — пока я не вышла из кабинета и не заорала на весь этаж, что тут завелся насильник-извращенец.

Джерил стиснул зубы и неторопливо поднялся на ноги, продолжая сжимать раненую руку.

— Можешь мне не верить, волчья шлюха, — проговорил он совершенно спокойно. — Но насиловать я тебя не собирался. Мне не доставляют удовольствие женщины, визжащие как поросята.

— Ага, — бросила я, наклоняясь к несчастному Варго. Он так и лежал на полу без чувств. — Иди уже.

Джерил поправил дорогой камзол, опустил манжеты на рукавах. Теперь, если не приглядываться, его алая, вздутая кожа даже не была видна.

— Я все равно женюсь на тебе, Элейна, — вдруг проговорил он жестким, уверенным голосом.

Дрожь прокатилась по спине.

— Это вопрос решенный, — добавил он. — Отец уже почти получил одобрение у Совета. Кстати, да, ему пришлось рассказать, что ты — избранная. Так что Совет в курсе.

Гадкая ухмылка исказила его узкое лицо.

— При чем здесь Совет? — еле выдавила я, чувствуя, как стены моей клетки сужаются.

— О! Само собой, ни при чем, — ухмыльнулся парень. — Само собой.

С этими словами он просто вышел из комнаты, хлопнув дверью.

Я сглотнула ком в горле, стараясь не обращать внимания на нервно подрагивающие руки и сердце, которое стучало слишком громко.

— Варго, эй, Варго! — наклонилась я к уборщику и похлопала его по щекам. — Варго, с вами все в порядке?

Мужчина определенно дышал и выглядел, словно спит. После пары шлепков он, к счастью, сморщился и очнулся.

— Да-да, Елена, — пробубнил он. — Я отлично себя чувствую.

Схватился за голову и стер со лба тонкую струйку крови, оглядывая помещение.

— Где этот засранец? Я сейчас ему швабру в задницу запихну! — возмущенно воскликнул он, вскакивая на ноги.

— Он уже ушел, — ответила я, тоже вставая.

— Он не обидел тебя, я надеюсь? — нахмурился мужчина.

— Нет, что вы, — покачала головой и кисло усмехнулась, — скорее я его обидела.

— Ну, ты молодец. Я и не сомневался, что ты сможешь за себя постоять. А как у тебя это вышло, магия какая-то пробудилась? — с интересом спросил он. — А то ведь взрослого колдуна одолеть непросто. У меня вот не было шансов.

— Не знаю, — пожала плечами я. — Он сказал, что на мне какая-то кожа огня.

— Хм… — пробубнил мужчина задумчиво. — Кожа огня — это защитное заклинание. Оно накладывается на человека, который не может самостоятельно за себя постоять. На человека, которому может грозить опасность от других людей. Кто наложил на тебя эти чары?

Я нахмурилась. По всему выходило, что сделать это мог только один субъект. И он вовсе даже не человек.

— Есть у меня один… покровитель… — пробубнила я, обдумывая услышанное. — А что, Варго, эту… м-м-м… кожу можно наложить только на одно конкретное место?

Я слегка покраснела, надеясь, что не придется вдаваться в подробности получения Джерилом ожога.

— Не-е-ет, что ты, — покачал головой уборщик. — Кожа огня действует на всем теле.

— Но как же так? — удивилась я, оглядываясь в это время по сторонам в поисках своего порванного нижнего белья. — Ведь ко мне можно прикасаться. И Тилья, и Джерил дотрагивались до моих рук, например, и ничего не произошло.

— Дело в том, — начал объяснять Варго, — что кожа огня срабатывает лишь тогда, когда кто-то пытается причинить тебе вред. Это очень удобное заклинание. Вот если бы твоя подруга захотела отрезать тебе руку, например, то, дотронувшись до нее, она бы обожглась. Понимаешь? А если ей просто захотелось бы коснуться тебя, то вреда бы не произошло.

— Да, это все объясняет, — задумчиво кивнула я, думая уже о другом. Трусов-то нигде не было.

Но я не помнила, чтобы извращенец-Джерил их подбирал. Да и зачем? Может, они просто завалились куда-нибудь?

— Эх, раньше оборотней одних нужно было бояться приличной девушке. А вот теперь и таких ублюдков, — посетовал Варго, качая головой. — Хотя оборотни и сейчас — чума. Никогда не знаешь, от кого из них можно ждать нападения. Сегодня ты с ним вместе ужинаешь, а завтра он ужинает уже тобой.

Варго вздохнул, а я, пожав плечами, ответила:

— Но ведь не все оборотни такие, как Кровавые. И не все люди такие, как Джерил Девон.

Уборщик остановил на мне долгий взгляд и поджал губы.

— Каждый сам выбирает для себя, с кем ему вести дружбу, это бесспорно, — ответил он наконец.

А затем отвернулся и направился к своему ведру со шваброй.

— Ладно, Лена. Ты иди, мне надо пол мыть и закрывать этот кабинет. Коридор сам себя не вычистит! — проворчал он, немного устало ссутулив плечи.

Я подумала, что бедняга, наверно, ужасно устал. Сперва вымой десяток кабинетов, затем получи по голове, а потом еще домой коридор. Это вам не с бумажками бегать.

— Да, конечно, простите, что отвлекла вас, — быстро проговорила в ответ. — И спасибо за помощь.

Я кивнула мужчине и выбежала прочь из кабинета, надеясь больше всего на свете, что этот день и все, что с ним связано, выветрится у меня из памяти как можно быстрее.

Однако я не забывала о том, что мне еще следовало обдумать с таким трудом полученную информацию о первой жертве маньяка. Было необходимо как можно быстрее записать все, что успело отложиться в голове. На память рассчитывать не приходилось. Я уже забыла добрую половину вроде аттестационного листа девушки, результатов ее экзаменов и прочих личных данных. Однако я помнила выбор факультета, основную магию, предметы, немного о семье и группе.

Но самое интересное случилось чуть позже. Когда с занятия у Ранфера вернулась Тилья.

Подруга выглядела уставшей, но довольной. Ее наряд был мокрым насквозь, а на штанах виднелись пятна свежей грязи.

— Ты где так извозилась? — спросила я, пока она стягивала с себя одежду, тряся волнистыми черными волосами, выбившимися из косички.

Девушка улыбнулась.

— Куратор Крас учил меня добывать воду из воздуха. Заставлял чувствовать влагу от росы, от луж, в ветре. А потом наполнять огромную бочку. В общем, пока я пыталась наколдовать ему требуемое количество жидкости, пару раз облилась, потом поскользнулась, а потом вообще чуть не упала в эту самую бочку. Но в итоге у меня получилось!

— Значит, ты умеешь управлять водой? — поинтересовалась я, записывая в это время на листок все данные о первой жертве маньяка.

— Да, и еще немного воздухом. Вроде бы, — радостно кивнула она. — Хотя это мне пока сложно дается, но куратор Крас сказал, что у меня отличный потенциал. Я уже сейчас могу слушать углубленные лекции по гидротехнике, гидрокинетике, гидравлике и аэрологии. А еще есть вероятность, что меня можно будет обучить телекинезу. Правда здорово?

Я вообще смутно понимала, о чем она говорит, но порадоваться за подругу всегда была готова, а потому спешно кивнула.

Девушка в это время продолжала:

— Только, ты знаешь, это так странно, когда тебя учит сам альфа Темного Диархана!

На ее щеках внезапно заалел румянец.

— В своем клане я была вроде как изгоем. Меня учили или из жалости, или из любви. Например, прабабушка, пусть вечность ее дух резвится в волчьих лесах. Она любила меня. Или Альрен, оборотень-травник, сын шамана Селены. Он учил меня управлять водой и готовить лекарства.

— У тебя был поклонник? — хитро приподняла бровь я.

Тилья грустно улыбнулась и покачала головой.

— Он старше меня лет на десять. Когда я была маленькой, это сильно ощущалось. Альрен защищал меня от других волков, потому что я была более слабой. А ему было меня жаль. Потом, когда я подросла, разница в возрасте перестала быть видна. Мы хорошо дружили, но, когда мужчина и женщина общаются слишком много и близко, неминуемо ползут слухи. Альрен прервал наши занятия, когда стали говорить, будто сын шамана «снюхался с бракованной».

— Это ужасно, — ответила я, бросив свое занятие. — И вы перестали общаться?

— Да, так близко, как раньше, перестали, увы, — пожала плечами девушка. — Но я его не виню. Другим незачем страдать от моих проблем. Ведь это я с браком, а не они.

— Прекрати так говорить, — скривилась я.