Сильвия Лайм – Не буди короля мертвых. New vers (страница 7)
Рейв схватил девушку за запястье и резко дернул на себя. Ангелина вскрикнула и упала на него, на одно короткое мгновение очутившись сверху.
– Что ты?… – только и успела произнести она.
А на большее времени не хватило.
У Рейва слишком много лет не было женщины.
Он очень странно себя вел. Внезапно его взгляд будто расфокусировался. А затем на лице появились отблески глухой безысходности. Захотелось коснуться его, провести пальцем по чуть заостренным уголкам глаз, возвращая им уверенное насмешливое выражение с легким хищным блеском в самой глубине.
Не знаю, что на меня нашло, но я вдруг подняла руку и коснулась его ладони. Она была такой гладкой и горячей! На какой-то миг в груди вспыхнуло неправильное, иррациональное беспокойство. А потом сквозь кончики пальцев по нервам начали бить крохотные молнии. Чем дольше я не убирала руку, тем сильнее становилось это странное искрящееся напряжение, растущее между нами.
Но я могла быть собой довольна. Растерянность и тягучее непонимание исчезли из глаз моего странного знакомого. Вот только… теперь его взгляд горел. Направленный только на меня, казалось, он вот-вот сожжет дотла.
На меня никто и никогда так не смотрел. И от этого в желудке что-то беспокойно скручивалось, раскаляясь жгучей спиралью.
– Ты в порядке? – спросила, испытывая нестерпимое желание убежать куда-нибудь подальше. Или совсем наоборот.
Я не понимала, что происходит. А он молчал. И только шоколадно-карие глаза становились все темнее.
А в следующий миг он вдруг взял меня за запястье и потянул на себя.
Секунда – и я уже лежу на нем сверху, боясь вздохнуть. Опасаясь лишний раз пошевелиться, потому что чувствовала его каждым миллиметром кожи.
Еще секунда – и он перевернул меня на спину, сжав руки над головой.
– Что ты?… – хотела было сказать я, но слова застряли в горле.
Рейв наклонился к моему лицу. Совсем близко.
Я чувствовала, как тяжело и быстро поднимается его грудная клетка. Ощущала затаенное напряжение в его мышцах, словно перед прыжком.
Все это отзывалось внутри меня какой-то новой напряженной тяжестью. В висках пульсировало, голова горела и, кажется, мне не хватало воздуха. Я дышала сквозь приоткрытый рот. Как рыба на раскаленном песке.
В следующий миг Рейв наклонился еще чуть-чуть и потерся носом о мой нос. Осторожно. Будто дразня. Глубже вдыхая.
– Держи себя в руках, некромант… – еле слышно проговорила я.
Взгляд упал на его губы, уголки которых были так игриво приподняты. Рейв склонил голову набок, уже почти смешав наши дыхания.
– Не похоже на сопротивление, – выдохнул он, и голос получился рваным и хриплым.
Таким, что голова закружилась.
В этот момент боковым зрением я засекла движение у входа в наше прибежище. Невольно бросила туда рассеянный взгляд и обомлела. Кровь ударила в виски. Крик сдержать не удалось.
Такого ужаса я, кажется, не испытывала никогда в жизни. На пороге стоял живой мертвец. Он слегка пошатывался. Сквозь грязные спутавшиеся волосы просвечивало солнце. Зомби взглянул на Рейва, и на его лице образовалось довольное выражение, неприглядно перекосившее мертвую кожу.
Я кричала так громко, что начало закладывать уши. А от страха подташнивало.
В Ихордаррине нежить не встречается. По всему периметру города стоят защитные тотемы. Вокруг каждого кладбища есть зачарованный забор. А мертвецов либо сжигают, либо хоронят исключительно в стальных гробах – в зависимости от достатка семьи почившего.
Все эти меры позволяли избежать разгула нежити в столице королевства. Хотя и поговаривали, что на окраинах все гораздо хуже. Я старалась об этом не думать. В провинции Арк, где я выросла, моя мать-герцогиня тоже приказала установить все возможные элементы защиты. Так что и в детстве мне не довелось узнать, что такое голод и злоба неупокоенных.
Хоть за что-то спасибо мамуле! Чтоб ей всю жизнь икалось во время любовных утех.
В общем, об упырях, гулях, стрыгах и прочих созданиях сумеречной магии я знала только то, что преподавали в академии. Только теорию. И, признаться, и дальше собиралась оставаться некромантом, ни разу не встречавшим живого мертвеца.
Поэтому зомби на пороге пещеры совершенно выбил меня из адекватного состояния. Но в этот момент Рейв вдруг широко улыбнулся зомби и проговорил, лишая остатков самообладания:
– Ну, тебя как за смертью посылать, клянусь Сумерками!
И засмеялся.
Хотелось упасть в обморок и больше никогда-никогда не открывать глаз. А лучше – не открывать до тех пор, пока отвратительный мертвец не исчезнет.
Я глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, улавливая странную беспечность Рейва и будто впитывая ее кожей.
Он не боялся. Он был
– Что это значит? – я перевела взгляд на ладони нежити. В серых сухих пальцах он держал котелок, наполненный водой.
– Ты что… ты… – все слова застряли на кончике языка.
Не могло это быть правдой.
– Ты поднял этого зомби? – выдохнула я, считая себя полнейшей дурой.
Ну невозможно это. Даже магистры не могут…
– Конечно, – кивнул Рейв невозмутимо и рукой подозвал монстра. – Вот тут поставь и выйди. Жди у порога, охраняй вход. И не вздумай соваться сюда. Видишь, ты пугаешь даму!
Некромант протянул руку, и ужасающий до визга мертвец мотнул мне головой.
Холодная волна прокатилась по позвоночнику.
В темных провалах под бровями на мгновение блеснул кровавый огонь. А затем все вернулось к прежнему состоянию.
Немного отстраненно я подумала о том, что этому зомби очень повезло: у него сохранились глазные яблоки. Сейчас они были желтовато-серые с темными радужками. И издали могли показаться вполне нормальными.
Если бы не зажигались вот так голодным багряным светом.
Ужасно захотелось прижаться к Рейву. Схватить его за руку, спрятаться за спиной, не вздрагивающей, как у меня, от каждого движения мертвяка.
А потом ко мне наконец пришло осознание: человек, сумевший поднять нежить, гораздо опаснее этой самой нежити. И прятаться у него за спиной – как минимум не самая удачная мысль. Как максимум – смертоносная.
Я перевела взгляд на мужчину, которого узнала всего пару часов назад. И который за это время уже успел один раз вырубить меня заклятьем, а один – спасти от приступа удушья.
И как следовало на это реагировать?
А потом он посмотрел на меня в ответ. Его губы изогнулись в мягкой улыбке, на которую оказалось слишком сложно не ответить.
– Не бойся, малышка, – проговорил он. – Зомзом уже ушел.
– Зомзом?
Рейв пожал плечами.
– Производное от «зомби». Никогда не умел придумывать им имена. Но должны же мы его как-то звать?
Он рассуждал так, будто выбирал кличку коту. Немного жестикулировал длинными аристократичными пальцами, а я не могла оторвать полушальной взгляд от этих ненавязчивых движений.
Рейв был очень необычным мужчиной. Что-то в нем выбивалось из моей привычной картины мира. Мельчайшие детали, такие, как манера речи, привычка держать голову слегка приподнятой, некоторая осторожность в словах, не присущая сейчас даже высокородным. Все это заставляло присматриваться к нему получше, привлекало внимание и вызывало внутри живой интерес.
– Ну, хочешь, придумай сама, – предложил он и взмахнул рукой, будто приглашающе перевернув ее ладонью вверх.
Вот так вот, вроде бы ничего сверхъестественного, и все же никто среди моих знакомых никогда так не делал.
Я склонила голову набок и прищурилась.
– Зачем ты поднял этого мертвеца и, главное, каким образом?