Сильвия Лайм – Мертвая академия. Печать крови (страница 6)

В полумраке комнаты дерзко сверкнули его зеленые глаза. Он почти прочертил на мне обжигающую полосу, таким тяжелым и цепким оказался взгляд.

Я шумно сглотнула, неосознанно отметив, как блестят влажные мужские губы.

Как медленно изгибаются в улыбке…

Сердце упало куда-то в желудок. Тут же я подскочила, метнувшись в свою комнату, будто за мной гналось страшное чудовище. Самое страшное чудовище сумеречного мира.

Быстро закрыла дверь и села на кровать, застеленную шикарным покрывалом.

«Дорогой, что это было?» – раздался приглушенный голос теперь уже вовсе не призрака.

«Милая, тебе показалось. Но я внезапно вспомнил, что у меня дела на сегодняшний вечер…»

«Правда? Но как же? Ты не говорил…»

«Не расстраивайся, детка. Не забывай, что сегодня – девятое число Огня. А значит, уже ночью мы встретимся на балу Примирения. И я еще успею приласкать твою сладкую кис…»

В этот момент я резко зажмурилась, одновременно что есть силы затыкая уши. Но, боюсь, и так уже услышала слишком много.

Через пару мгновений в щели между косяком и дверью мелькнул знакомый алый пиджачок. А я все продолжала зажимать уши. Хотя глаза все же предусмотрительно открыла.

И не зря. Почти сразу в мою комнату с шумом вошел тот самый парень.

Немного вьющиеся русые волосы, сверкающие зеленью глаза, блестящая холодной изысканностью серьга в ухе.

Его полные, на вид такие мягкие губы приоткрылись, обнажая белоснежные зубы и беззвучно шевелясь.

Я, естественно, ничего не поняла, продолжая завороженно глядеть на него, так и не убрав руки от ушей.

Он усмехнулся. И в тот же миг пересек разделяющее нас пространство, резко закрыв собой все вокруг. Схватил меня за запястья, отдернув кисти от головы.

– Я спросил, какого трупа ты подглядывала, куколка? – прозвучал его голос, в котором, на мой взгляд, было слишком много властности и привычки приказывать.

«Я не… подглядывала», – хотела произнести я. Но не смогла. Потому что, по всему выходит, что это неправда.

Краска залила лицо с удвоенной силой. И парень самодовольно ухмыльнулся. От его присутствия почему-то становилось не по себе. Словно одним своим видом он умудрялся подчинять все вокруг. И вот сейчас пытался подчинить и меня.

– Не стоит прикидываться ветошью, киска, – развязно произнес он. А от этого его «киска» меня бросило в дрожь. Он же только что назвал так совсем неприличное место… – Ты же понимаешь, что я тебя видел.

Жар прилил к щекам, а в груди бешено застучало сердце.

– Хорошо, прости, – сказала я, нервно облизывая губы и пытаясь найти слова. – Это случа…

– Ладно, скажи лучше, тебе понравилось? – перебил он мои сбивчивые извинения и вдруг наклонился слишком близко, опираясь одной рукой о стойку балдахина, а другую поставив на кровать. Прямо рядом с моим бедром.

В какие-то несколько секунд я оказалась словно в ловушке.

В висках отчаянно застучало. Так громко, так жарко… И кажется, я совершенно не поняла, что он спросил. Зато почувствовала тонкий, едва уловимый аромат духов, смешанный с жаром мужского тела.

Я еще ни разу не встречала мужчин, которые пользовались парфюмом. У нас в селе таких не было.

А еще через мгновение я поняла, что его рубашка распахнута, а струящийся шелк касается моих обнаженных ног.

Некогда любимое платье, уже успевшее за сегодняшний день многократно вызвать мое разочарование, сейчас показалось отвратительно коротким. И как я могла вообще его надеть?! Почему, почему оно совсем не прикрывает колени?!

От легкого прикосновения чужой ткани и горячего дыхания на своей щеке мне стало жарко. Душно.

Я приоткрыла рот, чтобы вдохнуть поглубже, и тут же уловила метнувшийся к моим губам взгляд.

– Так что, куколка, тебе понравилось? – повторил он шепотом, медленно склоняясь к моему уху, будто случайно коснувшись щекой моей кожи.

Мурашки пробежали по спине. А в следующий миг я ловко изогнулась и, стараясь не касаться разгоряченного парня, от которого так и веяло желанием, прошмыгнула прямо у него под рукой.

– Тебе бы остыть немного, – бросила я, отбежав на приличное расстояние. – Или позвать обратно свою подружку. А то мне кажется, от гормонов твои мозги слегка затуманились.

Парень развернулся, удивленно приподнял бровь. А у меня появилось чувство, будто я сказала что-то не так.

– Да-да, я не шучу, – прибавила тут же, натягивая юбку пониже. – И было бы неплохо, если б ты уже свалил куда-нибудь из моей комнаты. Я, конечно, рада гостям. Но твое присутствие, оно, знаешь, напрягает слегка.

Я пыталась говорить твердо. Но странный ореол самоуверенности и властности, что окружал этого типа, продолжал смущать и заставлял меня краснеть. Будто это я нахожусь не в своей комнате, пристаю к нему и вообще веду себя непотребным образом.

Никогда еще не испытывала подобной ерунды.

Взгляд зеленых глаз потемнел.

– Куколка, это мои комнаты. Причем обе, – твердо бросил он, снова медленно приближаясь.

У меня душа ушла в пятки. Мы ведь здесь с ним совсем одни. И, несмотря на то что парень был очень красив, я совершенно не собиралась делать… все те вещи, что и та девушка!

– Не обе. Эта – моя, – ответила как можно тверже. И в доказательство подняла вверх правую кисть, на которой сверкало дорогое кольцо-язык.

Снова его взгляд опасно сверкнул из-под бровей.

– Комендант уже… в порядке? – прозвучал тогда неожиданный вопрос, который показался скорее риторическим.

Но я все же кивнула в ответ.

– В полном. Если можно так сказать о привидении, – буркнула и попятилась назад синхронно с его хищно приближающейся фигурой.

Парень усмехнулся.

– Да, каждая шутка рано или поздно заканчивается, – проговорил он задумчиво и вновь переключил все внимание на меня. – Значит, Аделия подселила ко мне девчонку, – продолжал он, будто смакуя слова. – Первокурсницу… – И закончил, будто припечатывая: – Из низкородных.

Никогда я не стыдилась своего деревенского происхождения. Но сейчас рядом с этим красивым парнем, пахнущим дорогими духами, в комнате, где покрывало на кровати стоило дороже всей моей одежды, я вдруг почувствовала себя… ничтожной. Чужой. Будто алая клякса на черно-белой шахматной доске. Словно грязное пятно крови на шелковом платке.

– Если тебе не нравится такое соседство, можешь проваливать. Я не держу. – Вышло несколько злее, чем хотелось бы. И обиды в голосе было даже больше, чем я думала.

А парень молчал, высокомерно оглядывая меня с головы до ног. Все же задерживая взгляд на ногах, талии и груди, что мне совсем не понравилось.

– Брось, куколка, – вполне по-настоящему улыбнулся он через миг. – Я даже рад.

И снова сделал шаг. Между нами оставалось крохотное расстояние, а затем он резко вскинул руки, уперев их по обеим сторонам от моего лица.

Снова я была точно в ловушке.

– Ты очень красивая. – Его голос внезапно стал бархатным, тягучим.

Лицо оказалось на опасно близком расстоянии, и вдруг он потерся об меня носом.

Осторожно, нежно.

Я никогда не испытывала ничего подобного. Никто из мужчин не был со мной настолько близок. Наверно, поэтому в первое мгновение я не оттолкнула его, почувствовав лишь, что мне снова стало слишком жарко. От его слов, запаха, от обнаженных груди и живота с кубиками пресса, виднеющимися из-под распахнутой рубашки.

– И нам может быть очень славно с тобой вместе, куколка… – продолжал звучать у меня в ушах тихий настойчивый шепот.

– А лицо тебе вареньем не намазать и печеньками не обложить? – фыркнула я, пытаясь оттолкнуть наглеца.

Уперлась руками в обнаженную грудь и вздрогнула, ощутив вдруг, какая она горячая. Слишком горячая для меня.

– Что ты сказала? Вареньем? – усмехнулся он, видимо впервые услышав что-то подобное. – Не возражаешь, если я попробую на вкус твой язычок? Очень хочу узнать, такой же ли он сладкий, как и слова.

И полные губы уже почти прижались к моим.

– Прекрати прижиматься! – бросила я и недолго думая обхватила его за шею, хорошенько приложив коленом между ног. – Я тебе не уличная девка…

Раздался приглушенный вскрик. А еще какое-то непонятное, но явно крайне неприличное ругательство. Зато самоуверенный нахал тут же отпустил меня. Еще бы, согнувшись пополам, ему явно было очень сложно продолжать свои поползновения.

Я усмехнулась, отходя подальше. И только потом мелькнула мысль, что, по всей видимости, сейчас поссорилась со своим соседом. Вряд ли это было самое лучшее решение, но мне вовсе не улыбалось падать в объятия первого попавшегося…