Сильвия Лайм – Лунарис. Любимая кошка магистра (страница 6)

Но пока лапы не дошли разобраться с колдовством, можно было остановиться на изучении моего нового подвала, или куда там меня вел Анхель. Однако подвала впереди так и не промелькнуло, зато замаячил довольно крупный двухэтажный особнячок, и мы становились к нему все ближе!

Подозрения относительно жилья подтвердились уже через пару минут, когда магистр остановился напротив красивого строгого крыльца с лестницей и коваными поручнями изогнутой формы. По обеим сторонам от лестницы поднимали головы ввысь две металлические кобры с огненно-красными карбункулами вместо глаз. Потрясающая красота! И хвосты этих же существ вились вверх, превращаясь в перила.

– Ничего себе! Пушистенько! – восхитилась я, подскочив к одной кобре и погладив ее по голове.

Ну а что? Каждая тварь ласку любит, пусть даже змеюка. Пусть даже кованая.

Краем глаза заметила, что магистр тем временем удивленно приподнял одну бровь, потом сжал губы и едва ли не через силу эту самую бровь опустил.

Нет, ну смешной, клянусь Хаосом!

– Значит, это мой новый дом? – с удовольствием выдохнула я, повернувшись к Душечке.

Магистр еще сильнее помрачнел и, отвернувшись от меня, бросил через плечо:

– Место пребывания. Временное.

А затем, звякнув ключами, поднялся вверх по ступенькам, я только и успевала за ним:

– Ну, место так место! – воскликнула, не забывая изучать все, что видела вокруг. В том числе несколько симпатичных прямоугольных кристаллов на цепочке, что звенели и поблескивали в руке магистра. Он как раз выбрал один из них, чуть сжал, и дальше произошло нечто восхитительное.

Пальцы мужчины вспыхнули огнем. Желто-оранжевым, таким знакомым и манящим, что я невольно протянула руку… но тут же отдернула обратно.

Однако и это было не все. То, что магистр использовал магию огня, было и дураку понятно. Но вот его указательный палец быстро описал круг, и огонь внутри него приобрел насыщенные ржаво-черные очертания. Именно в этом пламени кристалл со связки его ключей вдруг взял и обратился в полыхающую змею!

Анхель поднес получившееся существо к замочной скважине, колдовская тварь, на ходу вспыхивая маленькими язычками огня, проскользнула внутрь, и тут же дверь открылась.

– Фрикс, – выдохнула я, широко распахнув глаза.

– Что вы сказали? – резко повернулся ко мне магистр, и его черные глаза снова стали опасными, манящими и глубокими, как… ночь с любовником.

– Ничего, магистр Анхель, – с улыбкой склонила я голову набок. – Я выругалась. Впервые вижу такое дивное волшебство, представляете? Не сдержалась.

Анхель несколько секунд буравил меня тяжелым взглядом, от которого у меня внутри все переворачивалось, а затем проговорил:

– Какое совпадение, надо же, – и снова не без сарказма. – Ведь это и впрямь был огненный фрикс. И довольно сложный в исполнении.

А затем отошел в сторону и махнул рукой в сторону распахнутой двери, приглашая меня внутрь даже с легким поклоном.

Сама учтивость! Только еще не смотрел бы так, словно я рыба, а он вокруг меня уже крючков с червяками накидал.

Ну ничего, сур Анхель, я и червячков ваших съем, и крючки выплюну, так и знайте.

– А мне можно во всех комнатах располагаться? – спросила тем временем, проходя мимо застывшего колдуна и невольно испытывая мурашковый прилив где-то в области позвоночника. – Кстати, а вы где жить будете? Наверное, где-то за чертой академии, да?

За спиной с громким хлопком закрылась дверь, и стало как-то подозрительно тихо.

Что, опять разозлился? Ну какая мне несдержанная Душечка попалась!

– Нет, вам нельзя “во всех комнатах располагаться”, – ответил магистр, чуть скривившись, и… что это сейчас было? Это что, он меня передразнил, что ли? Это он совсем усы попутал? – Это мой дом, я живу здесь, а вы будете временно пребывать в одной из гостевых комнат. Можете не благодарить.

С этими словами он резво, чуть ли не по-военному, развернулся и зашагал вперед по коридору, в который превращался довольно просторный холл, обшитый деревом и нежным сиреневым бархатом.

– А я и не собиралась, – фыркнула в ответ.

Вообще, у магистра в доме оказалось красиво, уютно и весьма комфортно. Хотя что-то подсказывало, что мне больше подошло бы сооружение помасштабнее. Замок там какой-нибудь или министерская резиденция.

Ну а почему бы и нет, в конце концов? Вообще, женщины, считающие себя недостойными всего самого лучшего, лишают себя даже шанса на это самое лучшее. А я лишать себя чего бы то ни было совсем не планировала.

– Да, я уже догадался, что благодарность – не ваша ключевая черта, – бросил с конца коридора Анхель, чем возмутил меня до глубины души. Как это благодарность – не ключевая черта? Да я самая пушистая добродетель в этой части королевства!

– Что это вы имеете в виду? – воскликнула я, тут же догнав магистра, что остановился возле широкой такой, резной двери из приятного коричнево-красного дерева.

Анхель завел руки за спину и мрачно посмотрел на меня, отчего ворот его рубашки слегка распахнулся, а на смуглой груди мелькнула цепочка. Я опустила взгляд ниже, почему-то сглотнув, но все же не без интереса обнаружив, что цепочка-то заканчивается каким-то медальоном. Аккурат под тонкой тканью рубашки – только протяни руку, чуть подвинь мягкую складку одежды… И увидишь, что скрыто от глаз.

– Я имею в виду только то, что сказал, – вывел меня из задумчивости магистр жестким голосом. – Внимательность и чуткость вам, судя по всему, не свойственны. Что удивительно, учитывая факт пребывания вами всего пару часов назад в теле кошки. Хотя, возможно, среди кошачьих вы просто не самый лучший представитель.

– Да что вы такое, вообще, гово… – мои словоизлияния немножко оборвались, когда я проследила за многозначительным магистовским взглядом, что был направлен куда-то совсем уж вниз.

А там на полу обнаружились его крупные, весьма мужественные ноги в черных носках и… мои маленькие, совсем не мужественные – в академических туфельках.

Грязных.

На улице как раз пару часов назад прошел дождь, еще не просохли все лужи, и, обернувшись, я заметила на гладком, блестящем паркете аккуратненькие грязевые следы.

Мои, само собой.

Ну что ж, тут одно из двух: либо признавать свою вину и каяться, рыдая и пряча глаза в широком мужественном плече магистра, либо и дальше делать вид, что я вовсе не от невнимательности такая рассеянная, а от природной наглости.

Но что-то мне подсказывает, что Анхель и так за порядочную кошку меня не считает. Значит, не стоит его в этом и переубеждать!

Решив таким образом, я уперла руки в бока, чуть вздернув подбородок, и невозмутимо проговорила:

– Как вы сами заметили, Душечка магистр, всего пару часов назад я была кошкой. И какая непозволительная дерзость с вашей стороны – ставить перед кошкой такие невыполнимые задания. Подумаешь, чуточку напачкала ваши прекрасные полы! Надеюсь, когда-нибудь это ужасное пятно на моей репутации смоется!

– Вы закончили? – приподнял бровь магистр, и его челюсти ощутимо сжались.

“Ах, какой страшный, прямо дыхание перехватило!” – фыркнула я мысленно.

Хотя если подумать, то немножко-то перехватило…

– Вряд ли мы сможем ужиться с вами, если вы и дальше будете так себя вести. Прекратите выедать мне мозг чайной ложкой, дорогой Анхель, – проговорила я, приподняв бровь.

– А что, там уже нечего выедать? – скопировал мое лицо магистр, и его черная бровь тоже приподнялась.

Меня даже встряхнуло немного от такой наглости, а кончики пальцев закололо.

Правда, в следующий миг мне вдруг показалось, что он вот-вот улыбнется… Такое странное чувство, когда лицо магистра вдруг просветлело и черные глаза стали не столько опасно-мрачными, сколько загадочными.

Но, увы, не срослось. А может, наоборот – срослось там у магистра что-то. Губы, например. Еще при рождении. И улыбаться он уже физически не приспособлен.

Даже жалко его стало, и я уже была готова простить ему все его обидки с грязным полом, съеденным обедом и прочей пустяшностью. Но в следующий миг он проговорил:

– Проходите в свою комнату, шели Лунарис, осмотритесь, приведите себя в порядок. Через полчаса начнется ваша первая лекция, к несчастью, у меня на потоке. И я не намерен вас ждать.

Он устало закатил свои вновь потемневшие глаза и направился в сторону винтовой лестницы на второй этаж.

– Меня не беспокоить, – бросил он, уже почти скрывшись наверху.

– Эй! – возмущенно воскликнула я его исчезающим в вышине носкам. – Я не собираюсь слушать какие-то там лекции!

– Еще как собираетесь, шели Лунарис.

А потом звук шагов на миг исчез, зато в повисшей, почти звенящей тишине вдруг прозвучало весьма пугающее:

– Если, конечно, не хотите заменить банальное и скучное обучение в академии весьма интересными, нетривиальными и прелюбопытными магическими опытами над своей скромной персоной.

Закончилось все хлопком двери где-то наверху.

– Что ж… доходчиво, – признала я, кивнув и тоже скрывшись за дверью, только своей собственной. Правда, я все же сняла перед этим мягкие академические туфельки.

В чем-то магистр прав: обучение – это, конечно, меньшее из зол. С другой стороны, что, если это самое обучение окажется не менее опасным, чем магические опыты?

В одно мгновение мне вдруг стало ясно, что та свобода, которую я ощущала все время после обращения в человека, судя по всему мнимая. С этого момента за мной будут пристально следить, и вряд ли только магистр Анхель.