Сидарта Рибейро – Подсознание (страница 26)
Но от кошмаров и тяжелой бессонницы не застрахованы и внешне счастливые семьи: то, что не имеет большого значения для одних, может быть пугающим и болезненным для других. Детские сны обычно располагаются в широком диапазоне между этими двумя крайностями. Они в аффективном и символическом плане отражают ситуации, которые переживал ребенок.
Сновидение — медленный, постепенный процесс обучения. Он, вероятно, начинается еще в утробе матери с формирования первых сенсорных представлений на границе тела с внешним миром. Эти впечатления, пока только рассеянные, являются воображаемым отражением внешнего мира; они мерцают в глубине пещеры, где мы постепенно осознаем себя.
На протяжении детства и юности сны отражают переживания, полные новизны и ожиданий. В зрелом возрасте люди привыкают к рутине, иногда забывают о себе, но даже в старости сохраняют способность далеко уноситься в мыслях. Первые переживания, первые желания, первые мечты — вот основы этой способности. Именно поэтому пожилые люди мечтают и так ностальгируют о своем нежном вечном детстве.
Мы не знаем наверняка, какие переживания сопровождают окончание человеческой жизни, но поразительно много религий поддерживают веру в жизнь после смерти. Фильм Ричарда Линклейтера «Пробуждение жизни»[80] — необычное философское повествование, состоящее из монологов и диалогов о снах, жизни и ее окончании.
В ленте выдвинуто предположение, что нейронная обработка, осуществляющаяся во время перехода к смерти, порождает последовательность снов, которые возникают в состоянии измененной мозговой деятельности. Они становятся все более абстрактными, а время при этом — эластичным. В данный период преобладают эмоции и воспоминания, переживаемые на протяжении всей жизни. За несколько секунд формируется ощущение вечности в аду, чистилище или раю, созданное самими сновидцами на их личном пути.
Столь смелая художественная концепция смерти получила неожиданную поддержку. В 2013 году сотрудники Мичиганского университета сообщили о зафиксированном ими высоком уровне нейронной активности в мозге крыс, подвергшихся принудительной остановке сердца, — примерно через 30 секунд после прекращения сердечных сокращений.
Какой бы ни была конечная точка, созревание сновидений — это важное следствие развития вполне определенных свойств личности. Если детские сны часто обеднены эмоциями и образами, статичны и даже созерцательны, то созревание сновидений во взрослой жизни приводит к богатому сновидческому процессу: спящий становится в нем главным действующим лицом, то есть активным участником, погруженным во внутреннюю виртуальную среду. Он ее обычно не контролирует, но в ней обитает. О том, как возникло это психическое состояние, мы порассуждаем в следующей главе.
Глава 6. Эволюция сна
Сон — это очень древний процесс. Он эволюционировал, обрел широкое разнообразие психобиологических функций, и сновидения — одна из них. Свойства сна развивались в разное время, в различных эволюционных обстоятельствах. Чтобы определить отправную точку сна, нужно вернуться на 4,5 миллиарда лет назад и представить себе условия, в которых возникли первые самовоспроизводящиеся молекулы.
Планета тогда была вулканической. На ней было довольно много воды, а в атмосфере еще не появился кислород. Первые одноклеточные организмы, датируемые периодом 4,28–3,77 миллиарда лет назад, напоминали бактерии из современных гидротермальных источников[81], которые питались окислением железа.
В дневное время теплело, и это облегчало диффузию молекул и ускоряло химические реакции. Испокон веков заход солнца сопровождался понижением температуры и, соответственно, замедлением химических реакций. Это чередование, почти неизменное на протяжении более 1,6 триллиона дней и ночей, — основа поведенческих циклов почти всех форм жизни, когда-либо существовавших на Земле, и связана она с вращением планеты.
За исключением очень глубоко расположенных сред, вся жизнь на планете развивалась в условиях чередования тьмы и света с периодичностью 12 часов. По этой причине почти у всех живых существ обнаруживаются очень схожие циркадные ритмы.
Прошло почти 1,5 миллиарда лет, прежде чем на планете появились первые многоклеточные существа. Это были бактерии, способные к фотосинтезу и образованию клеточных колоний. Предки сегодняшних цианобактерий[82] распространились по всему океану. Они настолько подняли концентрацию кислорода в атмосфере, что погибла б
Цианобактерии уничтожили почти всех анаэробных существ, и фотосинтез водорослей и растений превратил планету в производителя процветающей за счет солнечной энергии биомассы. Возникла база для эволюции травоядных, а те, в свою очередь, заложили основу для эволюции плотоядных.
Солнечный свет первоначально был ускорителем химических реакций, а затем стал энергетической основой пищевой цепочки. С определенного момента живые организмы стали использовать его для обнаружения изменений окружающей среды и реагирования на них. У простейших начали развиваться реснички и жгутики, позволяющие двигаться к поверхности воды, к свету, где возможен фотосинтез.
Появились биологические механизмы, способные «включать» и «выключать» поведение в зависимости от наличия освещения. Они диверсифицировались во множество других производных механизмов как на молекулярном, так и на клеточном уровне. Бесчисленные одноклеточные организмы демонстрировали циркадный ритм активности и отдыха.
Американские биологи Майкл Янг (Рокфеллеровский университет), Джеффри Холл и Майкл Росбаш (Брандейский университет) получили в 2017 году Нобелевскую премию по физиологии или медицине за изучение молекулярных механизмов регулирования циркадных ритмов (периода, близкого к 24 часам).
Исследуя мушку-дрозофилу
Возникновение периодического покоя у медуз демонстрирует, что мозг для сна не требуется — он может происходить даже в очень примитивной нервной системе. Мелатонин, отвечающий за сон гормон, вырабатывается у человека в первой половине ночи эпифизом (шишковидным телом). По-видимому, мелатонин возник 700 миллионов лет назад. Тогда у животных, напоминающих морских червей, появились клетки, способные улавливать свет. Днем эти животные могли двигаться с помощью ресничек, а ночью — нет.
В основе этой дихотомии и лежала ночная выработка мелатонина. В темноте он стимулирует нейроны, останавливающие движение ресничек. Медленно опускаясь на дно во время ночного покоя и всплывая в бешеном ритме дня, наши таинственные предки воплощали инь и янь солнечного цикла. Сегодня он представляется нам как два основных состояния тела: сон и бодрствование.
Чуть позже, около 540 миллионов лет назад, появились первые структуры, напоминающие глаза. Сегодня зрительные анализаторы есть у всех животных с двусторонней симметрией, имеющих голову и хвост, а также спину и брюхо. У всех них в формировании глаз у зародыша участвуют одни и те же гены. Они очень похожи на гены, регулирующие биологические часы; у позвоночных они задействуют важную группу нейронов, называемую супрахиазматическим ядром.
Этот кластер из примерно 20 тысяч нейронов отвечает за связь между светочувствительными клетками сетчатки и клетками, вырабатывающими мелатонин.
Сигналы о наличии или отсутствии света последовательно трансформируются несколько раз, от фотонов до структурных изменений малых и больших молекул, регулирующих транспорт через трансмембранные каналы.
Каналы, открываясь, пропускают ионы. Это приводит к выбросу химических веществ, которые, в свою очередь, активируют структурные изменения молекул в других клетках, вызывая краткосрочные, среднесрочные и долгосрочные последствия для всей нервной системы. Несмотря на огромную эволюционную дистанцию между червями и человеком, у нас сохранились многие исходные молекулярные механизмы, в том числе роль мелатонина в регуляции сна.
Отдых — вопрос приспособляемости. Он происходит по мере необходимости или возможности. У сна есть начало и окончание, и если времени на полноценный сон не хватает, то его требуется восполнять. Когда осуществляется естественная смена дня и ночи, то суточный цикл обычно завершается за 23 часа 56 минут — свет каждый день перезапускает счетчик. Однако в закрытой среде (в пещерах или лабораториях в порядке эксперимента) люди демонстрируют цикл сна — бодрствования средней продолжительностью 24 часа 11 минут.
Несколько б
Новшества, которые хорошо себя зарекомендовали, имеют тенденцию сохраняться, распространяться и устаревать. Судя по распространенности сна — как у беспозвоночных, так и у позвоночных, — это чрезвычайно древний механизм. Возможно, он даже предшествовал кембрийскому взрыву, когда возникло большинство групп животных.