Си Вернер – Владыки «Железного Дракона» (страница 36)

– Значит, наши мысли сходятся, – заключил Готрамм, – осталось только взвесить шансы и решить, на какой риск мы можем пойти, а какого лучше избегать. – Капер вздохнул, глядя, как дуардины с полной отдачей орудуют гидравлическими устройствами. – Кажется, я начинаю понимать Брокрина, хоть я не столь скептичен, как он.

Друмарк крепко взял руку Готрамма, подтянул его поближе и зашептал в ухо. Лицо капера обдало густым пивным дыханием сержанта:

– Ты рискуешь понять его куда сильнее, чем тебе того хотелось бы, – предупредил он.

– Ты о чем это?

Друмарк бросил взгляд на другой конец палубы, где Скагги следил за процессом золотодобычи. В руках он держал медную дощечку, в которую втравливал при помощи смоченной в кислоте иглы цифры.

– Скагги промывает мозги команде. Повторяет прошлый сценарий. Видишь, пишет? Высчитывает объем доли каждого, если все на этом корабле, вплоть до самого последнего горшка и сковородки, будет забито золотом. – Сержант отстранился и засунул большие пальцы рук за пояс. – Команда, сместившая одного капитана, не колеблясь сместит другого.

Готрамм понимал, что сержант прав. Скагги уже удалось настроить экипаж против Брокрина, натравить дуардинов на Готрамма будет и того проще. Его единственная надежда – нейтрализовать логистикатора, пока ситуация не достигла точки кипения.

– Скажи Хоргарру, что мне нужно его видеть, – попросил капер Друмарка, – только сделай это аккуратно. Хочу обсудить с ним одну мысль. Скагги занят тем, что расписывает всем, что они могут получить. Я думаю, настал час напомнить им, что они рискуют потерять.

Сигнальный свисток, прогремевший с «Железного дракона», означал высшую степень важности из команд, которые были знакомы дуардинам.

– Свистать всех наверх! – рассек уши механический, усиленный эфиром голос.

Члены команды тут же побросали все дела и, где бы они ни находились, побежали на зов. Двиргателеводы направили свои устройства к палубе, сборщики золота заглушили насосы, герметизировали гидравлические рукава и поспешили к кораблю. Приказ не касался только дозорного наверху главного двиргателя и стоявшего у штурвала Ворки – их задачи были слишком важными, и отлучаться со своих постов запрещалось даже на секунду.

Дуардины взволнованно переговаривались, выискивая хотя бы малейшую подсказку о причине внезапной тревоги, из-за которой прозвучал сигнал. Немало пар глаз уставились на палубу, представляя трюмы, где все свободное пространство занимало эфирное золото. На лбах отдельных харадронцев проступили бусинки пота.

Готрамм поднялся на бак и крикнул столпившейся внизу команде:

– Я восхищен тем, как быстро вы ответили на сигнал. А еще я прошу прощения, если заставил вас волноваться. Хочу заверить: «Железный дракон» вне опасности!

По кораблю прошла волна облегчения, затем Готрамм поднял руку вверх:

– «Железный дракон» вне опасности… пока, – добавил он.

На мгновение капер задержал внимание на Брокрине. Во взгляде свергнутого капитана читалось участие, но также что-то вроде праведного удовлетворения. Это удовлетворение задело гордость капера. «Да, – подумал он, – ты оказался прав».

Он ничуть не удивился тому, что дуардином, потребовавшим от него объяснений, стал Скагги.

– Нехорошие шутки шутишь, капитан, – выразил он недовольство, – неподобающие твоему статусу.

Суровые глаза логистикатора не оставляли сомнений: Скагги прекрасно понимал, зачем Готрамм созвал общий сбор. Поэтому он незамедлительно попытался понизить авторитет капера, чтобы любой дальнейший довод нового капитана не казался команде убедительным.

Готрамм подавил желание улыбнуться. У него был припрятан козырь в рукаве, который должен стать для логистикатора неожиданностью.

– Это не шутки, – ответил Готрамм, обводя глазами команду, – стал бы я шутить с кораблем, полным эфирного золота. Мы уже складировали в трюмах целое состояние, однако кое-кому до сих пор мало. Кое-кого больше заботит не то, что у них есть, а то, чего у них нет. В нашей экспедиции подобная алчность непозволительна.

– Ты говоришь прямо как капитан Брокрин, – подковырнул Скагги, сея слова в умы команды, точно семена, – фасоли и чечевицы у нас на камбузе еще предостаточно.

Реплика вызвала у дуардинов несколько недобрых смешков.

Готрамм вытащил пистолет и напрвил его в сторону от корабля. Треск выстрела утихомирил толпу.

– Ситуация изменилась, – заявил он. – Мы проголосовали об отстранении капитана Брокрина, потому что были командой без надежды на радужное будущее и по возвращении в порт нас не ждало ничего, кроме бесчестья и кабалы. Но теперь все иначе. У нас есть груз, за который мы выручим огромные средства. Иногда наступает время, когда нужно рисковать. Иногда наступает время, когда лучше проявить рассудительность. – Последние слова он адресовал Брокрину, сопроводив их уважительным кивком. – Капитан Брокрин был обеспокоен стабильностью груза, по этой причине он отказался взять его на борт. Он думал о сохранности и безопасности корабля. Вы все это прекрасно знаете, но мне интересно, кто из вас всерьез задумывался о том, что это подразумевает.

Мановением руки Готрамм попросил Друмарка и Хоргарра отойти от рулевой рубки. Дуардины несли небольшой, обитый железом бочонок к запасному бесхозному двиргателю. Пока Друмарк держал бочонок, Хоргарр крепил его к обвязке двиргателя. Команда непонимающе наблюдала за процессом.

– В этом бочонке – эфирное золото, – объявил Готрамм, – не бойтесь, его вычтут из моей доли.

Капер заметил ужас на лице логистикатора и внутренне возликовал. Скагги обладал острым и изворотливым умом, был мастером самых тонких интриг, но никогда в жизни он бы не подумал, что кто-то способен выбросить собственные деньги. Логистикатор понял, что последует дальше. Понял, какую мысль Готрамм собирается донести до команды, хотя и не знал, каким именно способом. Скагги вновь перевел глаза на привязываемый к двиргателю бочонок и нервно затеребил бороду.

– Здесь немного, – продолжал Готрамм, – и, как я уже сказал, это вычтут из моей доли.

Замечание вызвало очередные смешки среди дуардинов. Капер взглянул на Брокрина: глаза бывшего капитана выражали понимание. Как и Скагги, он знал, что сейчас произойдет.

– Мы уже проводили такое испытание в капитанской каюте, но с меньшим объемом золота. Вы его не видели. Зато вы видели в действии большой слиток, когда Хоргарр разнес с его помощью небесное чудовище, уничтожившее оба наших фрегата. Однако в пылу битвы взрыв стал скорее спасением, нежели угрозой. Я думаю, никому из вас не повредит более наглядная демонстрация того, какую опасность представляет наша руда.

Хоргарр повернулся к Готрамму и кивнул. Капер жестом отдал приказ. Общими усилиями Хоргарр и Друмарк выбросили бочонок за борт. Поток ветра подхватил поддерживаемый эфирным двиргателем бочонок и начал сносить его в сторону. Готрамм дождался, пока тот не окажется в ста ярдах от корабля и молча отдал следующий приказ. Друмарк взял эфиробьющее ружье, заблаговременно приставленное к стенке рулевой рубки.

– Помните, – повторил Готрамм следившей за действом команде, – внутри бочонка совсем немного золота.

Друмарк вскинул ружье на плечо и выстрелил. Пуля чиркнула о левитирующий бочонок. Мгновением позже раздался колоссальный взрыв, от столкновения с ударной волной корабль сильно заштормило. Когда звон в ушах дуардинов утих, они подняли глаза и увидели, что от бочонка остались лишь слабые облачка дыма. Многие в толпе стояли, раскрыв рот от изумления.

Готрамм скрестил руки на груди. Его посыл достиг желаемого результата.

– Я думаю, теперь у тебя не будет проблем со Скагги, – негромко произнес подошедший к Готрамму Грокмунд.

На него одного взрывное зрелище не произвело никакого эффекта.

– Ради этого все и затевалось, – ответил капер, – мы уже идем на риск, взяв так много. Не нужно испытывать удачу, заставляя золотом еще и палубу.

– Разумный подход, – согласился Грокмунд. – Невыгодный с экономической точки зрения, но разумный.

– Куда более выгодный, чем разнести весь корабль, – возразил Готрамм. – Нет никакой выгоды в том, чтобы расстаться с жизнью.

Грокмунд поклонился.

– Я не оспариваю твое решение, – извинился он и кивком указал на Скагги.

Готрамм успел заметить логистикатора прежде, чем тот скрылся на нижних палубах.

– Он оглох к голосу разума из-за своего честолюбия. Я рад, что ты не поддался его опрометчивому плану.

Готрамм с подозрением посмотрел на эфирного химика.

– Похоже, у тебя самого созрел собственный опрометчивый план.

Грокмунд постучал себя пальцем по виску.

– Не план. Предложение. И отнюдь не опрометчивое, как раз наоборот. Если ты решишь принять его, мы сумеем сделать груз более стабильным и безопасным. И повысим его ценность, – улыбнулся он, – необработанная руда стоит дорого, но стоимость золота в твердом состоянии значительно выше.

Готрамм задумался и сосредоточил взгляд на Брокрине: тот прохаживался по палубе корабля, которым не так давно управлял. Брокрин был опытным небоплавателем. Если стабильность Грокмундовой руды беспокоила его так сильно, что это перевесило даже угрозу бунта, то к его беспокойству не следовало относиться легкомысленно. Теперь, когда возвращение в Барак-Зилфин больше не грозило им катастрофой, о чем он сам же и сообщил команде, Готрамм не горел желанием идти на неоправданный риск.