Си Чжицзяо – Настоящее пробуждение. Real Awakening. Книга 2 (страница 3)
Так как с покойной была снята кожа, опознать убитую получилось только при помощи анализа ДНК. После результатов анализа, Е Сяо сопроводил родителей девушки в отдел судебной медицины. Когда из ящик морозильной камеры морга достали освежеванное кровавое тело, мать Юэ Шань, не выдержав, вскрикнула и тут же потеряла сознание.
Отец Юэ Шань удержал эмоции и поддерживал жену.
– Мне так жаль, не верится, что это и правда наша дочь. Шаньшань… как она может быть такой… – причитая, мужчина достал из кармана бумажник, в котором была семейная фотография.
На фотографии девушка в центре, должно быть, покойная Юэ Шань. На ней было платье с мультяшным рисунком, волосы были убраны в хвост, на лице живая улыбка. Хотя черты лица были не выдающиеся, но кожа у нее была чистая, здоровая и румяная, фарфоровая с жемчужным блеском.
– Можем ли мы сделать копию этой фотографии?
Мужчина поколебался и кивнул.
Е Сяо попросил проводить родителей девушки в приемную для дачи показаний, а сам поспешил в кабинет, чтобы показать фотографию Су My, но того не оказалось на месте.
– Ты ищешь Су My? – Мэй Мэй, держа в одной руке горячий чай, в другой – странного вида книгу, сказала: – Он просил тебя подойти в архив, когда освободишься.
– Архив? Что он там забыл? – Е Сяо нахмурился.
– Не знаю, но, кажется, он там с самого утра.
– Блин, чем он вообще занят?.. – Е Сяо беспомощно почесал голову.
Он сделал копию фотографии, показаний родителей Юэ Шань, а затем проверил отчет о вскрытии. Когда он закончил все дела, было уже четыре часа дня. Е Сяо вспомнил, что Су My все еще в архиве, поэтому тут же, не задерживаясь, отправился туда.
Архив располагается не в новом корпусе, а в старом, куда почти никто не ходит, там остались лишь несколько сотрудников.
При входе в нос тут же ударил затхлый запах пыли.
В архиве собраны все дела за прошедшие годы, в том числе те, что так и остались нераскрытыми, вся информация обо всех осужденных, о приговоренных к смертной казни, а также внутренняя информация полиции. С темного пыльного стеллажа можно запросто достать папку-другую о кровавых убийствах.
В помещении архива стоят ряды металлических стеллажей с семью ярусами полок, на которых сложены папки с делами. Папки упорядочены по категориям в зависимости от года и типа преступления.
Стук каблуков эхом отдавался в прохладном и тихом пространстве. Е Сяо прошел через ряды полок, пока в конце комнаты у предпоследнего стеллажа не увидел спину напарника. Под светом слабой лампы Су My стоял, опустив голову, и внимательно что-то изучал.
– Что делаешь? – окликнул его Е Сяо, но реакции не последовало. – На чем ты там так сосредоточился? Я, кстати, кое-что обнаружил по нашему делу. Я видел фото погибшей Юэ Шань, когда она еще была жива. Она была очень юной девушкой с неожиданно красивой кожей. Подумал, может убийца снял ее кожу из зависти или из-за какого-то психологического отклонения… Не знаю, ради коллекции, что думаешь? – Е Сяо продолжал говорить, независимо от того, слушал и слышал его Су My или нет.
Тот по-прежнему не издал ни звука и даже взгляда не поднял, но Е Сяо уже привык к его равнодушию. С улыбкой он обхватил его за шею и загадочно произнес:
– Я тебе вот что скажу, судя по шрамам на запястье, я думаю, что убийца должен быть…
– Левшой. – Су My равнодушно прервал его восторженное открытие и сбросил руку с плеча, как назойливую муху.
– Что, ты уже знал? – Е Сяо опешил.
Су My захлопнул папку и посмотрел на Е Сяо.
– Убийца порезал вены на правой руке жертвы. По логике, порез должен был идти слева направо, уходя вглубь кожи, но в нашем случае порез был глубоким. Очевидно, что убийца держал нож в левой руке.
– Ах ты, что же ты мне раньше не сказал! Напарник называется! Ты вообще в курсе, что такое обмен информацией? – Е Сяо мрачно взглянул на него. – А сейчас ты что проверяешь?
Су My поднял папку в руке.
– Странный метод убийства, левша и роза… У меня было ощущение, что я уже встречал подобное. Я провел здесь в поисках целый день и нашел. Оказалось, что это из дела о кровожадной серии убийств пятидесятилетней давности.
– Серия жестоких убийств? Да еще и пятидесятилетней давности? – Е Сяо удивленно приподнял брови.
– Если точнее, это произошло сорок девять лет назад. Тогда в городе произошла серия убийств, всего убито три человека, три молодые девушки. У одной был отрезан язык, у второй снят скальп, а у третьей вырваны ногти на руках и на ногах. На месте преступлений возле каждой жертвы были найдены окровавленные розы. И по данным тогдашнего расследования, убийца был левшой.
– Bay, такое совпадение? – Нарочито поразился Е Сяо. – Но это же было сорок девять лет назад. Не может быть, чтобы это бы тот же самый убийца, верно? Может, его последователь?
Су My покачал головой.
– Нет, поскольку все три убийства были совершены с особой жестокостью, чтобы избежать паники, эти дела не были обнародованы, и ни одно СМИ о них не писало. Это осталось внутренним делом полиции, закрытые от посторонних. Даже если это последователь, то какой смысл делать это спустя столько лет? Обычно целью подражателей является ложно обвинить кого-то, но совершивший убийства сорок девять лет назад уже получил наказание.
– Получил наказание? Его поймали?
– Да, арестовали за убийство троих, но на допросе он молчал. Во всяком случае, он не раскрыл мотива этих убийств. Язык, волосы и ногти жертв впоследствии у него так и не нашли.
– Возможно, у него вообще не было ни мотива, ни цели, и он просто извращенец. – Е Сяо пожал плечами. – А как его звали?
– Шэнь Гочжун. Ему было сорок один год. Работал хирургом, женат и была дочь по имени Шэнь Вэй, но она погибла в возрасте пятнадцати лет при пожаре. После этого Гочжун уволился из больницы.
– Погоди, Шэнь Вэй… Вэй как в «розе»[1]?
– Ага.
Е Сяо нахмурился и промолчал.
Су My закрыл папку и добавил:
– Шэнь Гочжун был казнен в 10:30 утра одиннадцатого декабря сорок девять лет назад в месте казни Байша округа Л., однако по словам тюремного охранника, который сопровождал его на казнь, Шэнь Гочжун улыбался перед смертью. Улыбка была пугающей. А перед тем, как его расстреляли, он вдруг закричал, и это было единственное, что он сказал с момента поимки.
– О? И что же?
– Он сказал… – Су My сделал паузу. – «Я вернусь».
– Пф-ф-ф, что? «Я вернусь»? – Е Сяо не смог удержаться от смеха. – Шутишь что ли? Если умер, зачем возвращаться? Или он думает, он какой-то Будда?
Су My не разделял его веселья.
– О, неужели ты подозреваешь какие-то потусторонние силы?
– Не то, чтобы с нами до этого такого не происходило.
Е Сяо почесал затылок.
– Ну хорошо, даже если, как ты сказал, это Шэнь Гочжун смог вернуться из мертвых, зачем вообще ему возвращаться?
Прежде чем Су My начал отвечать, Е Сяо вдруг вздрогнул и пробормотал:
– Язык, волосы, ногти, кожа… Если убийца действительно извращенный коллекционер, то чего еще не хватает в его коллекции?
Су My молчал.
В просторной и тихой комнате архива температура, казалось, понизилась на несколько градусов. Е Сяо почувствовал, как вверх по его спине поднимается холод, как будто в темноте скрывалось лицо и улыбалось ему. Это была предсмертная улыбка Шэнь Гочжуна, жуткая и странная.
Глава_02. Восставший из мертвых
Из освещения были только свечи.
В кромешной тьме пространства загадочно пританцовывал свет огня. Казалось, будто здесь совершается какой-то древний и таинственный ритуал.
В тусклом свете были видны беспорядочно расставленные предметы. Штукатурка на стенах местами отвалилась, обнажив старые красные кирпичи в сетке паутины. Между щелями кирпичей шуршала толстым хвостом уродливая черная ящерица.
Это место напоминало подвал или давно заброшенный склад: сырая влажная земля, в воздухе пахло плесенью.
Он стоял неподвижно, как статуя, спиной к кругу свечей. Игривые огоньки отбросили тень его сгорбленной спины. А в тени скрывался гроб без крышки. Он был небольшой и черный. Создавалось ощущение, что гроб простоял тут не один год. Дно намокло от стоячей воды и начало гнить. Черное тело внутри гроба было покрыто большими пятнами темно-зеленой плесени.
Он стоял в трех шагах от гроба, увлеченно глядя в него. Уголки его потрескавшихся губ медленно изогнулись в едва заметной дуге, превратившись в странную улыбку.
Он улыбался жутковатой улыбкой, его мутные глаза были полны необъяснимого ожидания и беспокойства, будто он что-то с нетерпением ждал.
– Вэйвэй, как твои дела? Тебе нравится эта кожа? – проговорил он.
И словно в ответ из гроба послышался легкий шум.
– Вэйвэй, как тебе? Разве эта кожа не прекрасна?