Си Беннет – Виндзорский узел (страница 37)
— Ничего подобного, — возразил сэр Саймон, встал, взял графин с портвейном и поставил на столик возле управляющего. — Насколько мне известно, совещание принесло немалую пользу. Причем именно благодаря Ло. И хорошо, что ты уговорил всех остаться.
— Добрая ты душа. Да, совещание действительно оказалось удачным, я это признаю. Сам я на нем не присутствовал, однако оно позволило нам переосмыслить кое-какие стратегические моменты “Пояса и пути”. Прежде мы не усматривали опасности в этом проекте, хоть и считали его чересчур дерзким. Нас больше занимала сухопутная его часть, то есть “Пояс”. Ты даже не представляешь, с каким размахом китайцы взялись за дело в Африке. Так вот Ло поведал нам кое-что любопытное о морских маршрутах, то есть “Пути”. Тут-то и вмешалась Стайлз. Келвин Ло следил за тем, как китайцы финансируют строительство портов в развивающихся странах. Его обеспокоило, что в дальнейшем это позволит Китаю наращивать военно-морской потенциал. Китай — и вдруг морская держава: кто бы мог подумать, а? Более того, его встревожило, что они специально вгоняют в долги часть этих стран, чтобы в дальнейшем иметь влияние на связанные условиями договоров базы в Индийском океане и западной части Тихого.
— Мы в девятнадцатом веке поступали примерно так же, — заметил сэр Саймон.
— Пожалуй… но все изменилось. Мы потеряли даже Гонконг. А это значит, что китайцы, к сожалению, смогут влиять на маршруты наших торговых судов. МИДу есть о чем подумать. Сведения Кевина об объеме инвестиций в инфраструктурные проекты стали для нас откровением.
Рози осенило.
— Значит, она шпионила на Китай? Пыталась узнать, что нам известно?
Управляющий, до этой минуты рассказывавший с таким увлечением, снова откинулся в кресле.
— Вы имеете в виду эту гостью-наркоманку, которой я лично предложил заночевать в замке? Вполне возможно. Точно не знаю.
— Прошу прощения, сэр Питер, я вовсе не хотела…
— Нет-нет, ничего страшного. Это я во всем виноват. Мне следовало приказать охране перепроверить документы у всех гостей. Мне и в голову не приходило, что в нашем протоколе есть изъяны. В конце концов, это же стратегическое совещание по вопросам государственной безопасности!
— Вот именно, — успокоил его сэр Саймон. — Ты и не мог этого знать. Что сказал Стронг? Он ведь допрашивал эту девицу после убийства Бродского? Или он сделал ту же ошибку?
— Черт его знает. Мне он ничего не расскажет, поскольку Хамфрис, разумеется, уверен, что мы все шпионы Кремля. И это при том, что во время службы в НАТО я разрабатывал стратегию защиты от российской военной агрессии в Скандинавии. Хамфрис, наверное, как об этом услышал, решил: ну точно, шпион. Поди пойми его. Я могу лишь догадываться, что девицы были в сговоре. Иначе почему настоящая Рейчел Стайлз не обратилась в полицию? А убили ее, наверное, потому что она слишком много знала.
— То есть ты все-таки полагаешь, что ее убили? — уточнил сэр Саймон.
— А ты нет?
— Склоняюсь к этому. Значит, у нас два убийства.
— В общем, — продолжал управляющий, — вечером я ходил докладывать королеве, готовый броситься на меч, но она приняла меня очень любезно. Согласилась, что я, безусловно, не мог знать об изъянах в процедуре проверки. Насколько я понимаю, сейчас ее как раз меняют. Как только закончится конное шоу, введут новые протоколы. И даже не спрашивай меня о воротах конюшен и не сбегут ли, чего доброго, кони.
— И в мыслях не имел, — заверил его сэр Саймон.
— Нет, ты как раз собирался спросить.
— Нет-нет-нет.
— А сам улыбается.
— Это я радуюсь, что босс не дала тебе нагоняй.
— Слава богу, Барбере Шоп поднял ей настроение. — Сэр Питер поставил бокал на столик, оперся о подлокотники и встал с кресла. — Спасибо за портвейн, Саймон. Спокойной ночи, Рози. Меня ждет Кристина. Через семьдесят два часа прибывает Кайли Миноуг, ее поселят к нам, в одну из свободных комнат. По сравнению со списком задач, которые к ее приезду нужно выполнить Кристине, моя оборонная стратегия для НАТО — пустяки.
Глава 30
Узнав, что расследование приняло новый оборот, королева успокоилась. Билли Маклахлен забросил наживку, и Хамфрис клюнул. В четверг к ней заглянул удрученный сэр Питер, и ей даже хотелось поздравить его с тем, что он так виртуозно сыграл свою роль, однако до тех пор, пока ей официально не доложат обо всем, следовало изображать неведение.
В воскресенье наконец-то раздался долгожданный телефонный звонок. Они как раз закончили обедать перед последним днем шоу и вручением наград в парке; сэр Саймон сообщил, что начальник МИ-5 и глава столичной полиции просят об аудиенции.
— Как только вы отдохнете, мэм. От торжеств.
— Вы же меня знаете, Саймон. Завтра я встану ни свет ни заря. Хорошие новости?
— Они не сказали, мэм. Но точно новости. Насколько мне известно, задержан один подозреваемый. Однако им бы хотелось самим вам все объяснить.
— Надеюсь, они больше не намерены брать моих слуг под стражу?
— Насколько мне известно, нет.
— Тогда выберите удобное время. А сейчас мне пора, иначе опоздаю на церемонию и не увижу лошадей.
Она спустилась в Хоум-парк и прекрасно провела время. Повсюду, от клуба пони до сборища чемпионов, ее окружали заядлые лошадники — готовые выйти на арену, в безупречно чистых бриджах и блестящих сапогах, и улыбающиеся, заляпанные грязью после выступления. Родители, которым она много лет назад вешала на грудь ленты, привезли на шоу своих детей, и те, в первых твидовых пиджачках, держались в седле неловко, точно персонажи Телвелла[45]. С другой стороны, были здесь и многие звезды, которым вскоре предстоит побороться за олимпийское золото в Рио. Раз уж не получится туда попасть, хорошо, что можно полюбоваться ими погожим днем в саду на фоне величественного замка. А потом началось музыкальное шествие дворцовой кавалерии: как тут удержаться от восторга?
Но все дневные мероприятия меркли по сравнению с вечерней процессией. Некогда в ней участвовали Анна и Эдвард. Они всегда рассказывали ей, как это будет — словно это можно предугадать, — и все равно каждый раз,
На замковую арену они с Филипом прибыли в сумерках в шотландской парадной карете со стеклянной крышей. На трибунах собрались шесть тысяч зрителей, еще пять тысяч выстроились вдоль Длинной аллеи и на гигантских экранах наблюдали за происходящим. Ее же саму больше всего интересовали лошади.
Требовалось незаурядное мастерство хореографа, чтобы организовать процессию из девятисот лошадей, причем так, чтобы между их выступлениями не возникало заминки. Дуги Сквайре[46] превзошел сам себя. Разумеется, была тут и королевская кавалерия Омана, несколько недель репетировавшая в Виндзоре, и азербайджанские танцоры, и уникальный заклинатель лошадей, который творил с этими животными настоящие чудеса, и Ширли Бэсси, и Кэтрин Дженкинс, и мисс Миноуг, элегантные, в блестках и стразах, наполнявшие звуком арену. Но больше всего ее растрогало, что Дуги посвятил шоу ее любви к лошадям, причем процессия
На обратном пути Филип спросил:
— Этот идиот Хамфрис не звонил? Как продвигается охота на ведьм?
— Звонил недавно.
— Ты вправила ему мозги?
— В некотором смысле.
— Хорошо. Надеюсь, он раскаивается.
Мысли королевы были заняты лошадьми, но она сделала над собой усилие и переключилась на расследование.
— Пока не знаю. Завтра скажу.
— Если он тебя чем-то расстроит, скажи мне. В газетах пишут, у меня есть такие знакомцы, что я запросто сотру его с лица земли.
— Думаю, он как раз относится к таким знакомцам, — мягко возразила королева.
— Чушь. — Филип посмотрел на залитый светом замок.
Она рассмеялась.
На этот раз Гэвин Хамфрис подготовился как следует. Он все спланировал. Он был во всеоружии. Он добился выдающихся результатов. На этот раз он не допустит позорного провала.
Однако он опасался, что королева его не поймет. Видимо, кое-где придется замедлиться и объяснить поподробнее. Он попросил Рави Сингха дать ему знак, если Хамфрис увлечется и не заметит, что королева не успевает за ходом его рассуждений. Дело-то непростое. Масса переплетающихся нитей. Наверное, лучше даже набросать для нее схему. Обычно Хамфрис пользуется для этого ноутбуком с сенсорным экраном, но в Виндзорском замке такое новшество будет выглядеть неуместно. Бумага. Просто и понятно — вот вам еще два “п”.
Он приказал секретарю раздобыть и положить ему в портфель обычной писчей бумаги и на служебном “ягуаре” отбыл в Виндзор.
В понедельник, в половине одиннадцатого утра, королевский конюший проводил их с начальником Лондонской полиции в Дубовую столовую; хозяйка поздоровалась с ними и села на привычное место у окна. Королева казалась жизнерадостной и отдохнувшей; она была в серовато-лиловом костюме и жемчугах. У ног ее дремали две собаки, третья прыгнула на диван и устроилась рядом с ней. В одном углу маячила помощница, девица на шпильках; в другом застыл по стойке смирно конюший в крахмальном мундире с золотым позументом.