Шурка Орлов – Рецессивный брак (страница 2)

Мы с Костей молча смотрели, как он идёт к калитке, как возится с засовом, как оборачивается на секунду. В этом взгляде было всё сразу: и стыд, и облегчение, и какая‑то странная благодарность — будто он только что спрыгнул с поезда, который нёсся под откос. Потом он вышел на улицу. Шаги затихли.

Тишина легла на плечи, как мокрая простыня. Тяжёлая, липкая, душная. Не просто молчание — а пустота, которую нечем заполнить. Я пыталась поймать хоть какую‑то мысль: шутку, вопрос, оправдание. Но в голове — ни черта. Только гул в ушах и ощущение, будто я только что переступила черту, а теперь не могу вспомнить, зачем.

Костя поднял глаза — на долю секунды — и тут же снова уставился в землю. В этом коротком взгляде я прочитала всё, что чувствовала сама: растерянность, вину, страх перед завтрашним днём. Он открыл рот, будто хотел что‑то сказать, но передумал.

— Пойду приберу на кухне, — я сорвалась с места так резко, что стул скрипнул, как будто вскрикнул.

— Да, я… — Костя тоже поднялся, но так и замер с полусогнутыми руками, не зная, что делать дальше.

Мы разошлись в разные стороны, будто чужие. Я зашла в дом, прислонилась к стене. Руки дрожали так, что пришлось сжать кулаки до боли. «Зачем я это сделала? Что я хотела доказать?»

На кухне всё было по‑старому: тарелки после шашлыков, пустые бутылки, остатки мяса на блюде. В зеркале над раковиной — чужое лицо. Женщина с расширенными зрачками, с губами, которые ещё помнят два разных поцелуя. «Это была не я», — подумала я, но тут же поняла: нет, именно я. И это самое страшное.

Костя вошёл следом — тихо, почти крадучись. Остановился в дверном проёме. Я замерла, боясь повернуться. Тишина давила, будто кто‑то положил руку на затылок и прижимает вниз.

— Прости, — его голос прозвучал неожиданно громко. — Я не думал, что будет так.

Я медленно обернулась. Он стоял ссутулившись, плечи опущены, взгляд всё ещё избегает моего. В этом «прости» было больше, чем слова. В нём была вся наша растерянность, весь стыд, вся боль от понимания, что мы сделали не то, что нужно.

— И ты прости, — я подошла ближе, но не дотронулась. Прикосновение сейчас казалось чужим, почти противным. — Мы оба хотели что‑то изменить. Но выбрали не тот путь.

Костя сделал шаг вперёд, осторожно положил руку мне на плечо. На этот раз прикосновение не обжигало — оно было робким, будто он боялся спугнуть что‑то хрупкое.

— Давай попробуем… по‑другому? — сказал он. — Без этих вот выкрутасов. Просто мы. Ты и я.

— Да, — я кивнула, и вдруг почувствовала, как внутри что‑то отпускает. — Просто мы.

Я наконец решилась и накрыла его руку своей. Тепло его ладони дошло до самого сердца, и впервые за этот вечер я не почувствовала вину — только надежду. Может, мы и накосячили, но ещё не поздно всё исправить. Не через крайности, а через разговоры. Через то, чего нам так долго не хватало.

— Пойдём, — я слегка сжала его пальцы. — Поможешь мне убрать со стола?

— Конечно, — он улыбнулся. По‑настоящему. Без напряжения. Впервые за долгое время.

Мы начали вместе собирать посуду. Движения были медленными, осторожными — как будто заново учились быть рядом. За окном догорал закат, небо стало оранжевым, потом розовым, потом сиреневым. И в этом свете всё вдруг показалось… возможным.

Может, это и есть настоящее возвращение — не к чему‑то новому, а к тому, что всегда было важным. К нам самим.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.