Шпилька С.В. – Моя мама ведьма (страница 12)

– Потому что мы друзья? – Уточнила Оля.

– Мы дружили, – поправила Катя, – пока ты не перестала с нами здороваться. Я думала, что ты зазналась, а потом… потом Леша мне все объяснил. – Катя грустно вздохнула. – Я больше не сержусь на тебя, глупо это, все-таки пять лет пролетело, мы выросли и повзрослели.

– Это первое, но есть и второе, что важнее.

Все уставились на Балакина, он многозначительно замолчал. Мутный, успела подумать про себя Оля, она не доверяла парням с длинными волосами.

– Колдовство уходит из нашего мира. Раньше я думал, что это закономерность, как и глобальное потепление, но потом понял, что кто-то нас искусственно истребляет.

– Ну, ты загнул! – Возмутилась Катя.

– Не торопись с выводами, я изучал колдовские книги, все которые смог найти.

– И что?

– В них страницы пропадают, понимаешь, заклинания исчезают, а это плохо. Вы знаете, что это означает?

– Что чья-то родовая линия умирает. – Сказала Катя.

– Почти верно. Ведьмаки и ведьмы уходят из жизни вместе со всем своим потомственным древом, какими бы раскидистыми не были его ветви.

– Сильное заявление, но не правдоподобное.

– Согласен. Не может вся родня до пятого колена взять и сгинуть, только если кто-то специально их не истребил.

– Ну, или все намного проще. – Сказала Катя. – По закону сохранения энергии, силы имеют свойство перетекать от одного носителя к другому и, не обязательно тот другой относится к родовому дереву. Вон Ленкина дочка, даже далеко ходить не надо – совсем не унаследовала колдовство!

– Уже ближе. – Согласился блондин. – Но я склоняюсь к другим выводам. Есть еще второй закон силы, помнишь, Катя?

– Закон перемещения.

– Верно. По закону перемещения энергии, кто-то качает силы из чужих родовых книг.

Катя охнула, а блондин невозмутимо прикрыл глаза. Ему на лоб рухнуло несколько белесых прядей. Все замолчали. Оля услышала ход часов на стене комнаты, в которой она проснулась.

– Оля, ты что-нибудь поняла? – Спросила Катя.

Да, Оля поняла, что ей пора возвращаться домой, вот что ей хотелось сказать, но она не могла. С сумасшедшими лучше не спорить, им подыгрывать надо.

– Он что уснул? – Сказала Оля.

Блондин как сел, так и сидел не шевелился.

– Леша медитирует.

– И часто он так делает?

Выглядело это мягко сказать странным. Балакин активно вел беседу, и вдруг его не стало, то есть он все еще был тут, но не с ними.

– Бывает иногда. Медитации помогают культивировать силы, чтобы накопить энергию для сложного заклинания. Иногда во время медитации можно решить трудную задачу. А ты специально не отвечаешь на мой вопрос?

– Знаешь, мне к родным надо, я ведь дома не ночевала, мама волнуется.

– Домой тебе нельзя, как раз потому, что там твоя мама. Ты что совсем ничего не помнишь?

Вот это сюрприз, подумала Оля. Тут становится все веселее, а это значит, что ей не уходить нужно, а убегать, пока она сама с ума не сошла.

– Мне, правда, надо, не обижайтесь. – Она посмотрела на блондина, тот спал, то есть медитировал, то есть культивировал, или как там правильно. – Я пойду, а вещи тебе потом верну, все постираю и выглажу, обещаю.

Оля наспех натянула кроссовки, рассовала по карманам свои ключи, кошелек и бейджик, все было заботливо сложено на тумбе в прихожей, и ушла.

Глава 6

Стоя на пороге родной квартиры, Оля задумалась. Раньше она контролировала свою жизнь, а сегодня у нее все не по плану. Провела ночь в гостинице, завтракала с безумцами, а о том, что с ней происходило вчера, вспоминать не хочется. Она не знала, что стало с тем мужчиной, и что на самом деле произошло в «Придорожном» кафе.

Она вставила ключ в верхний замок и провернула два раза. Вошла. На пороге ее встречали родители, они выглядели уставшими и рассерженными. Они всегда заранее откуда-то знали точное время ее возвращения.

– Явилась! – Мама сложила руки на таз, широко расставив локти. – Ну и где мы болтались, а знаешь, не говори, потому что я знать не желаю.

Мама смотрела на Олю тем самым взглядом. Она могла бы ничего и не говорить, Оля уже была мертва от ее цепких глаз, но мама добавила:

– Делай со своей жизнью все, что захочешь, мы с отцом больше не будем тебя воспитывать, мы устали.

Отец послушно кивнул, обнял мать за талию и начал провожать ее в спальную, чтобы та отдохнула. Судя по их виду, ночью тут никто не спал. Неужели так сильно за нее переживают?

– Мама, прости, вчера был странный день…

– Не надо! – Сказала мама, даже не обернувшись, она просто высоко подняла ладонь, и Оля замолчала.

Мама выглядела совсем слабой и безжизненной, осунулась, постарела за эту ночь.

– Я больше так не буду. – Пролепетала девушка.

– Ты уж постарайся, дочка. – Сказал отец, запирая дверь в их комнату.

Оля взглянула на папу и ужаснулась. Он быстро состарился, всего сорок восемь лет, а такой хилый для мужчины и бледный, волосы начали редеть, он рано надел очки, часто хворает, а вдруг он тяжело болен? С родителей станется не сообщать ей об этом.

Оля закрылась в своей комнате и закурила в форточку, чтобы хоть немного прийти в себя. Разглядывая завитки дыма, она думала, что совсем не помнит этих людей из гостиницы.

– Катя и Алексей. – Проговорила она еле слышно.

Девушка показалась ей приятной и доброй, надо же, она выглядела так молодо, сколько ей лет? Если они вместе учились, значит, Кате сейчас тоже двадцать три, но у нее уже есть муж и дети. Оля тяжело вздохнула, у нее даже парня никогда не было. Блондин был ей не так приятен, как девушка, наверное, в этом виновата его холодная внешность, его общая бледность и худосочность. Он улыбчив, но еще и скован, сосредоточен на себе, можно сказать замкнутый.

Они хорошо обращались с Олей, приютили, дали ей чистую одежду, не мошенники ли они?

Докурив, Оля позвонила на работу. Катерина Павловна нервно ответила:

– Чего тебе, Оля?

– Пална, зачем сразу вот так, может, для начала выслушаешь?

– Я бы выслушала тебя, да времени нет. Софа заболела, ты вон с ума сошла, а я теперь за всех работаю, у меня уже вон дым из задницы.

– Если хочешь, я за тебя сегодня во вторую смену выйду?

– Нет уж, упаси, мне вчерашнего дня хватило, кстати, ты оштрафована на пять смен.

– Пять? Ты хочешь меня без денег оставить? Пална, у меня ведь кредит и маленький ребенок.

– Ха-ха! Пять это еще по-божески Валентай хотел восемь смен с тебя содрать, я его переубедила, меня хвали.

– Спасибо, Настя, с меня коньяк.

– Пять звезд и бельгийский шоколад.

– И бельгийский шоколад. – Повторила Оля, соображая, где она будет брать средства на деликатесы, взятка Валентайну обошлась бы дешевле.

– На выходные поставлю тебя в график, сможешь выйти?

– Конечно, смогу, спасибо!

– Спасибо потом передашь, смотри не опаздывай, еще раз на подвиг я не пойду, у меня спина больная и сердце слабое.

– Я тебя не подведу, вот увидишь.

– Постарайся, все, Оля пора мне, график позже вышлю, пока!

– Пока!