Шон Ваймс – Теория размножения нимф (страница 2)

Они лежали на берегу, тяжело дыша. Ярослав смотрел на двух обнимающих его обнаженных нимф и понимал: его прошлая, стерильная жизнь в лаборатории закончилась навсегда.

Глава 3. Неизвестный элемент

Дыхание постепенно выравнивалось, но странное ощущение в груди Ярослава не исчезало. По всем законам биологии, после семяизвержения у мужчины наступает период рефрактерности — спад гормонального фона, отток крови и эмоциональное затишье. Но сейчас его организм выдавал совершенно аномальную реакцию. Вместо привычной опустошенности он чувствовал, как внутри него пульсирует мощный, теплый поток энергии, намертво связывающий его с лежащими рядом девушками.

Нимфы тоже вели себя иначе. Калия, только что забиравшая его силу с первобытной яростью хищника, теперь тихо лежала, уткнувшись носом в его плечо. Её пальцы доверчиво выводили узоры на его груди. Лилия, обвив его руку, смотрела на него широко раскрытыми глазами, в которых больше не было ментальной отстраненности.

Между ними тремя возникло то, что Ярослав как ученый назвал бы «неучтенным химическим соединением», а обычные люди — непреодолимым притяжением. Это не было просто физиологической похотью или магическим принуждением Острова. Это была чистая, глубокая химия, которую ни нимфы, ни сам биолог никогда прежде не испытывали.

— Что это?.. — тихо спросила Калия, и в её обычно дерзком голосе послышалась непривычная растерянность. — Лилия, ты чувствуешь? Моя магия огня... она не хочет сжигать его. Она хочет согревать.

— Я чувствую твое сердце, сестра. И его, — прошептала Лилия, прижимая ладонь к груди Ярослава. — Это не похоже на обычный ритуал зачатия. Когда мы забирали силу у редких мореплавателей в прошлые века, мы оставались холодными. А сейчас... мне кажется, если он упрется, я исчезну.

Ярослав осторожно обнял обеих за плечи. Кожа нимф была невероятно нежной.

— С точки зрения эндокринологии, — хрипло начал он, все еще пытаясь прятаться за термины, хотя его голос подводил, — мы сейчас испытываем критический выброс окситоцина. Гормона привязанности и доверия. Но... масштаб диффузии зашкаливает. Мои рецепторы не должны так реагировать на незнакомок.

— Твои слова по-прежнему звучат как заклинания чужого бога, Яр, — Калия приподнялась, и на её щеках проступил едва заметный румянец, делающий её еще более притягательной. — Но то, что происходит между нами — это опасно. Мы нарушили баланс. Мы должны отвести тебя к Старейшине.

Лилия согласно кивнула, поднимаясь на ноги и протягивая Ярославу его разорванную рубашку:

— Да. Верховная мать Элория должна увидеть тебя. Только она знает истинную природу Источника. Она решит, что делать с тобой... и с тем, что ты зажег внутри нас.

Кое-как приведя в порядок остатки одежды (хотя близняшки искренне не понимали, зачем прикрывать то, что только что принесло им столько тепла), они углубились в тропический лес. Остров словно оживал вокруг них: цветы раскрывали бутоны, навстречу чужаку, а ветви деревьев расступались, пропуская троицу.

Через полчаса пути сквозь папоротниковые заросли они вышли к скрытому лагерю. Это было поселение, гармонично вписанное в живую природу: дома, сплетенные из ветвей гигантских деревьев, светящиеся моховые фонари и десятки прекрасных женщин-нимф, которые при виде Ярослава застывали на месте. Они провожали биолога голодными, оценивающими взглядами, от которых у него по спине пробегал холодок.

В самом центре лагеря, у древнего каменного алтаря, их ждала Старейшина — величественная женщина с длинными серебряными волосами, чьи глаза светились мудростью веков.

— Вы привели чужака, дочери мои, — её низкий, бархатный голос заставил лагерь мгновенно затихнуть. — И я вижу, что вы не просто испили его силы. Вы впустили его в свои души. Зачем вы совершили этот грех?

Глава 4. Бремя прародителя

Старейшина Элория медленно спустилась по каменным ступеням алтаря. Её взгляд, тяжелый и проницательный, скользнул по лицу Ярослава, а затем переместился на близняшек. Лилия и Калия инстинктивно сделали шаг вперед, слегка заслоняя биолога своими телами — жест защиты, который не укрылся от мудрых глаз Верховной матери.

— Вы привязались к нему, — тихо констатировала Элория, и в её голосе не было злости, лишь глубокая, вековая печаль. — Остров угасает, наши сады каменеют, а чрева сестер остаются бесплодными. Мы веками ждали знамения. И боги послали нам его.

Она подошла вплотную к Ярославу. От неё пахло сухой травой и озоном. Старейшина подняла руку и коснулась его груди, прямо над сердцем. Ярослав приготовился к очередному гормональному удару, но вместо этого почувствовал лишь легкую, прохладную вибрацию.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.