Шон Уильямс – Пришествие Мрака (страница 88)

– Мы подозревали, что месть не может быть единственной задачей врага, – сказал Крессенд. – Возрождение расы – вот их главная цель.

– Что вы предпримете, если до этого дойдет?

– То, что делаем всегда: будем наблюдать.

– Вы не станете им мешать?

– Таково твое решение, Морган.

– Но я приняла решение, считая, что они люди! И полагала, что, если они нас уничтожат, человечество не исчезнет!

– Человечество никогда не исчезнет, – заверил ее Крессенд. – Они не смогут уничтожить Высшую касту. Во всяком случае, до тех пор, пока не достигнут нашего уровня развития.

Кроме того, выживут бесчисленные Низшие касты. В самом худшем варианте развития событий погибнут все земные люди, но и то лишь на время. В глазах врага это будет торжеством справедливости; в наших – почти ничего не изменит.

Рош попыталась осмыслить слова Крессенда, хотя ей очень мешал грохот. Он сказал правду. Деятельность земных людей не имеет принципиального значения. Реальную работу галактического масштаба делают Высшие люди. Земные касты лишь восполняют пробелы, давая возможность Высшим наблюдать за ними в свободное время...

Система жизнеобеспечения вышла из строя, – и в лицо Рош ударил горячий воздух. Она полностью загерметизировала скафандр и закрыла глаза. Вцепившись в ручки кресла, она ждала, когда истребитель выйдет из полосы завихрений. Рош не знала, сколько у нее осталось времени.

– Ты готова изменить свою точку зрения? – Голос Крессенда четко звучал внутри шлема. – Получив новую информацию, что ты думаешь о своем решении?

Рош не стала открывать глаз, отчаянно борясь с подступающим страхом, который мешал ей сосредоточиться на его вопросе.

– Нет, – ответила она. – Кейн и его раса заслуживают шанса на выживание. Я лишь жалею о своей глупости.

– В каком смысле?

– Кейн сказал мне, что он человек, и я ему поверила!

– Он ничего подобного не говорил, Морган.

– Нет, говорил, – возразила Рош. – После Палазийской системы, когда мы вывели его из комы, он передал мне зашифрованное послание!..

– Да, но он имел в виду совсем другое, – сказал Крессенд. – Вот точная формулировка: «Я такой же человек, как и ты».

Рош широко раскрыла глаза, словно только сейчас поняла истину, которая от нее ускользала.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Рош. – Что я не человек?

– Ты такой же человек, как и я, Морган. Такой же человек, как Кейн. Или, если хочешь, как Ящик. Такой тебя создали.

Ей хотелось отшатнуться от слов Крессенда, но деваться было некуда, она попала в ловушку. Оставалось лишь слушать.

– Высшая каста нуждалась в существе, способном принять решение, которое она сама была не в состоянии – или не готова – принять. Однако мы не могли доверить это решение тому, кто не обладал необходимыми качествами. Поскольку земные люди по определению ненадежны и необходимого нам человека попросту не существовало, мы решили его создать. Тебя, Морган.

Она покачала головой.

– Но зачем?

– Ты обладаешь упорством, и тебя трудно столкнуть с выбранного пути. Ты видишь все стороны проблемы и стараешься поступать честно. Ты обладаешь развитым чувством долга, причем на многих уровнях. Ты благородна и не шарахаешься даже от самой неприятной правды. Ты не видишь себя такой, поскольку мы наделили тебя скромностью, но ты хорошая личность. Хороший человек. Мы знали, что, если судьба земных людей окажется в твоих руках, ты примешь достойное решение.

С другой стороны, тебе требовался доступ к информации, которую не способен переварить обычный человек – в особенности когда придет время столкнуться лицом к лицу с врагом в виде Адони Кейна, – мои отношения с Содружеством Империй позволили передать тебе в руки Ящик.

Единственное отличие от остальных людей состояло в том, что ты могла обнаружить врага, но даже и здесь твои возможности были сильно ограничены. В целом, ты самый обычный человек, который, впрочем, не должен ломаться ни при каких обстоятельствах. Это наш дар тебе, Морган, – он очень пригодился в последние несколько недель.

– Какая часть меня... – Она не смогла закончить вопрос.

В ее сознании сталкивалось множество образов, мыслей и чувств. Окружающий мир стремительно разваливался на части.

– Уверяю тебя, ты не менее реальна, чем все остальные.

– Ассенсио – приют?..

– Самые настоящие воспоминания, – ответил он. – Вот только взяли мы их у другого человека.

Рош закрыла глаза.

– Бод Гайя?

– Собственный опыт. Начиная с появления в Военном колледже, все настоящее. Но это не делает твои воспоминания более «реальными». Они все принадлежат тебе, Морган. Именно благодаря им ты такая, какая есть.

Рош подумала о родителях, которых рассчитывала когда-нибудь найти и о которых забыла после поступления на службу в Разведку СОИ. Она вспомнила своих друзей из приюта и о том, как сбежала с родной планеты, надеясь изменить свою жизнь. Перед глазами вновь, словно это произошло вчера, пронеслась вспышка двигателей «Гегенсхайна», когда он сошел с орбиты и понес ее к новому дому и новой судьбе.

Все это принадлежит ей.

– И все фальшивое...

Скрежет рвущегося металла стал невыносимым, казалось, истребитель сейчас развалится на части.

– У меня не было выбора, не так ли? – Она почти кричала, чтобы перекрыть шум, хотя прекрасно знала, что Крессенд свободно читает ее мысли – как и всегда.

– Конечно, у тебя был выбор, Морган. В этом все и дело.

– Но ты создал меня для того, чтобы я решила определенную задачу. И я не могла отказаться. Ты бы мне не позволил!

– Может быть, но...

– А могла ли я избежать этого? – Она вновь увидела тело Майи, пылающую «Ану Верейн», окружающее ее золотое сияние. – Неужели я должна закончить свою жизнь здесь?

– Неуместный вопрос, – заявил Крессенд. – Сейчас ты здесь, и только это имеет значение.

Завыла сирена.

– Зачем ты вообще со мной разговариваешь? – гневно спросила она. – Зачем задаешь вопросы о Кейне? Почему бы тебе просто не изъять информацию из моей памяти? Что тебе нужно? Ты хочешь получить отпущение грехов? Я правильно тебя поняла?

– Я не нуждаюсь в отпущении, Морган. И у меня нет скрытых мотивов. Твоя роль в этой фазе войны действительно сыграна.

– И теперь меня можно вышвырнуть на помойку? – выкрикнула Рош. – Да?

– Ты не робот, Морган, – сказал Крессенд.

– Но я не настоящая!

– Возможно, тебе трудно это принять, но ты не менее настоящая, чем любое другое существо, с которым встречалась. У тебя есть разум, воля и характер. А откуда взялось твое тело, значения не имеет.

– И ты думаешь, что я приму твои объяснения?

– Со временем примешь.

– Но у меня нет времени, – возразила Рош. – Истребитель горит!

– Да, – без малейшего раскаяния сказал Крессенд. – Истребитель горит. У тебя осталось около минуты, прежде чем он окончательно развалится.

Рош отчаянно сражалась с охватившим ее ужасом, боролась с брызнувшими из глаз слезами.

– Мне страшно, – прошептала она.

Крессенд ничего не ответил.

Она снова закрыла глаза, истребитель отчаянно трясло. Шум голосов заглушил скрежет металла. Рош показалось, что она кричит, но она уже больше не слышала себя. Она стала звуком: звуком и движением, движением и болью, болью и...

Налетел невыносимый жар, а потом наступила тишина.

ЭПИЛОГ

Боли больше не было; исчезла горечь. Остался лишь поглотивший ее мрак. Она не противилась приятным ощущениям; она позволила им забрать себя.

– Так и нужно, Морган. Просто прими.