Шон Уильямс – Пришествие Мрака (страница 73)

– Извини, Майи, но мне нужно время, чтобы осмыслить случившееся. Если потребуется, я обращусь к тебе за помощью, ладно?

– Я буду рядом, Морган.

Рош ощутила холод, когда осталась одна, но обрадовалась одиночеству. Наверняка Майи многое прочитала в ее сознании, но Рош не хотелось размышлять о проблемах, стоящих перед ней в присутствии девушки. Ящик поставил ее в трудное положение. Если все, о чем он говорил, правда, значит, потребуется полнейшая сосредоточенность и ясность мысли, достичь которых ей и в лучшем своем состоянии удавалось не слишком часто.

Она попыталась сложить руки на груди, но белая пластиковая оболочка хирургического кокона продолжала удерживать в неподвижности левую руку. Рош положила правую себе на шею – биение собственного пульса странным образом успокаивало. Она все еще на сцене.

Ты должна принять решение, Морган...

Слова Ящика продолжали звучать в ее сознании. Он сказал, что Высшие люди не хотят выступать против заведомо более слабого врага, даже если вероятность его победы велика. Он говорил, что Крессенд, известный сторонник теории вмешательства, интересовался судьбой земных Людей и выступил бы против врага, если бы получил разрешение остальных членов Высшей касты. В заключение Ящик заявил, что Высшие люди согласятся с решением, которое примет один земной человек, переложив на него ответственность за моральную сторону проблемы. Как именно они это сделают, Ящик ей не открыл. Может быть, Крессенд изменит остальных людей так, как он изменил Рош, чтобы у них появилась возможность опознавать врага. Нельзя исключить и того, что Крессенд сам вмешается в схватку, применив какое-нибудь мощное оружие.

В любом случае Рош не сомневалась, что враг будет уничтожен. Высшая каста редко появляется на сцене, но если уж чего-то захотела, то всегда добивается желаемого.

Итак, решение должна принять Рош: уничтожить врага или нет.

Как же трудно сделать окончательный выбор! С одной стороны, она имеет возможность положить конец войне в Солнечной системе и во всей галактике ценой существования касты, у которой, возможно, есть все основания для мести. С другой – может предоставить событиям развиваться своим чередом. Если враг победит – что ж, так тому и быть. Но она не представляла, какую цену придется заплатить триллионам земных людей, населяющих галактику.

Если речь идет о жизнях, то подсчитать совсем не сложно.

Рош точно не знала, сколько создано воинов-клонов, но у нее сложилось впечатление, что в каждую организацию проникло один или два врага. На «Флегетоне» их было пятеро. Наверное, в галактике их несколько миллионов – но даже эти цифры бледнеют перед хаосом, который царит сейчас в Солнечной системе. А если он распространится на всю галактику? Миллионы жизней против триллионов: ситуация кажется очевидной.

Но Рош была человеком и понимала, что все совсем не так просто.

Ей захотелось повернуться, но повязки мешали. Автохирург наклонил постель под неудобным углом и тут же вернул ее на место, когда Рош в испуге ухватилась за край кровати.

– Ури! Как долго я должна находиться внутри этой проклятой штуки?

– Еще час или два, – послышался голос Каджика. Через секунду перед Рош возникло его голографическое изображение. – Нужно дождаться полного восстановления нервных окончаний и костного мозга. Следовательно, необходима неподвижность.

– Я не испытываю ни жажды, ни голода, – проворчала она. – Это нормально?

– Абсолютно. Автохирург заботится о нуждах твоего тела.

Впрочем, он не в состоянии избавить тебя от скуки.

– Мне совсем не скучно. – Рош вздохнула. – Однако мне требуется устройство для ввода информации. Без имплантатов очень трудно обходиться. Ты можешь обеспечить меня монитором? Я бы хотела наблюдать за тем, что происходит в системе.

– Конечно. – Изображение Каджика исчезло, а на его месте появился сложный дисплей. – Ты имеешь полный доступ к информации, которая поступает на корабль. Часть сведений мы получаем от дронов ВЧСД; остальное я просто экстраполирую;;

Полагаю, этого будет достаточно, чтобы ты могла представить, что происходит в системе. Дисплей подчиняется голосовым командам.

– Спасибо, Ури.

Рош принялась изучать карты. В системе шли бои – множество мелких и крупных сражений, но самые тяжелые продолжались вокруг «Флегетона». Уже пять флотов объявили войну огромному кораблю. «Флегетон» успешно оборонялся, но сколько он еще продержится, понять было невозможно.

В других местах ситуация практически не поддавалась анализу. Красные пятна на дисплее, обозначающие конфликты, расползлись по всей системе. Большая их часть сосредоточилась в плоскости эклиптики, но и в других регионах шли полномасштабные сражения.

Минные поля были отмечены желтыми звездами – они образовывали защитные двухмерные зоны вокруг флотов. Области ослабленного пространства обозначала пурпурная перекрестная штриховка – их все пытались избегать. На районы, предположительно контролируемые врагом, указывали четкие черные границы. Белые пятна, видимо, изображали области, которые каким-то образом захватывали пролетающие рядом корабли. Серые кресты говорили о местонахождении брошенных судов – как почти не пострадавших, так и превратившихся в обломки.

Рош никак не удавалось уловить закономерности в развернувшихся сражениях, а рядом не было Ящика, который помог бы ей выделить касты, не участвующие в боях. Оставалось лишь полагаться на его утверждение, что никакой тенденции не существует. Если у врага и есть какая-то программа, Рош не могла понять ее целей.

Однако из этого вовсе не следует, что враг намеревается уничтожить всех земных людей. Вполне возможно, что происходящие в Солнечной системе события не являются закономерными для всей галактики. Да, она слышала, что целые миры подпали под влияние врага – например, цивилизации Рея Немета и Хью Вискилглин, – но их несколько среди миллионов других. Трудно поверить, что такая же участь ждет и остальных. Когда будет потерян эффект неожиданности, а после конфликтов в Солнечной системе иначе и быть не может, враг встретит более жесткое и организованное сопротивление.

Если только оно не будет подорвано изнутри. Нужно исходить из того, что при желании враг способен внедриться куда угодно. Единственный способ борьбы – проведение строгих генетических тестов. Однако опыт «Флегетона» показал, что и этого недостаточно. Значит, необходимо использовать таких людей, как Рош, которые в состоянии выявлять воинов-клонов до того, как они успеют нанести реальный вред.

Если намерения Крессенда именно таковы, то она готова его поддержать. Следовательно, нужно с ним поговорить.

– Ури?

– Да, Морган?

– Тебе моя просьба может показаться странной, но мне нужен открытый канал связи.

– С кем?

– Я хочу отправить послание, направленное в сторону Солнца. Если это возможно только при помощи радио или лазера, пусть будет так.

– Я могу предоставить тебе линию в любой момент, Морган. – Каджик не стал спрашивать, зачем она ей нужна, но в его тоне прозвучал невысказанный вопрос. – Лучше использовать направленный луч – тогда наше местонахождение будет труднее определить.

– Ладно. Дай мне открытый канал, только звуковой. И.... – , после короткой заминки Рош добавила:

– Я бы предпочла, чтобы никто не слышал моих переговоров.

– Конечно, Морган. Я открываю канал.

Рош заговорила не сразу. Если Крессенд ответит, значит, Ящик сказал правду; а она до сих пор не была уверена, что хочет получить подтверждение его словам. Но, если он не ответит, будет еще хуже. Тогда она и вовсе перестанет понимать, что происходит.

Есть только один способ проверить.

1 – Рассвет приближается, – сказала она.

Возле ее правого уха сразу же зазвучал знакомый голос:

– ..чтобы помешать наступлению мрака.

Рош инстинктивно дернулась, и ее постель резко повернулась.

– Ящик? Если это ты, я...

– Я не Ящик, Морган, – прервал ее голос, который на сей раз доносился с противоположной стороны каюты. – Ты знаешь, кто я такой.

Рош стало холодно. Кто еще это может быть? Несколько секунд она не знала, что ответить.

– Но твой голос... – наконец пробормотала она.

– Ящик был частью меня, как твой глаз был твоей частью – или палец, или передняя часть коры головного мозга. Но он не я, а я не он.

Рош огляделась. Голос все время доносился из разных мест.

Причины столь необычного явления она не понимала. Возможно, он так себя ведет, чтобы вывести ее из равновесия.

«Ты говоришь с Крессендом, а не Ящиком», – напомнила она себе.

– Где ты? – спросила она.

– Прошло много времени с момента нашей предыдущей встречи. – В его голосе появилась ирония, и он явно не желал отвечать на вопрос Рош.

– Мы совсем недавно встречались на Троице, – Я говорю не о Троице.

Она нахмурилась.

– Тогда я не понимаю, о чем ты говоришь.

– В самом деле? А мне казалось, ты должна была догадаться.

– Догадаться о чем?

Крессенд довольно долго молчал, и Рош решила, что связь прервалась.

– Ури, – позвала она, – канал работает?

– Он тебя не слышит, – на сей раз голос Ящика донесся откуда-то сзади. – Никто не может слышать наш разговор.

Остались только мы с тобой. Ты должна принять решение.

Рош нервно зашевелилась в своем коконе.

– Ты что, и в самом деле собираешься передать все в мои руки?