Шон Уильямс – Необузданная Сила (страница 46)

Дроид казался очень легким на его плече, когда они вдвоем пробирались через мертвых дроидов и разрушенные процессоры по направлению к выходу наружу, на темный дневной свет.

Часть 3

Мятежник

Глава 32

Пустыни Роммамуля пылали горячим, апельсиновым пеклом под светом своей главной звезды. Юнону бросало в пот каждый раз, когда она смотрела на это. Она была на поверхности только однажды, когда Старкиллеру понадобилось купить пару новых плечевых суставов для ПРОКСИ, и она не хотела рисковать кораблем больше необходимого. Обедненный горными разработками мир пах голодом и войной. К счастью, его соседний мирный Осариан был достаточно отдален для извечного конфликта между двумя цивилизациями системы, в упадке. Иначе она настояла бы, чтобы они нашли какое-нибудь другое место, чтобы залечь на дно в ожидании известий от их cо-товарищей мятежников.

Бейл Organa уведомил их пять дней назад о ряде встреч, проведенных в резиденции Кантама на Корусканте между ним, Гармом Белл Иблисом и Мон Мотмой. Очевидно, они прошли хорошо, и начало мятежа медленно приближалось. Это было хорошей новостью. В то же самое время, однако, причастность двух печально известных лидеров сопротивления и беглецов придавало всему определенную драматичность. Если бы Император когда-либо услышал переговоры Альянса за восстановление Республики, не было бы пределу его мести.

Соответственно, минимальное имперское присутствие вокруг Роммамуля делало это место удобным, чтобы на некоторое время скрыться, также, как и факт, что оно было недалеко от Коррелианской системы. Передачи голонета были там более свежими, чем если бы они были на Внешнем Кольце. Юнона следила в новостях за любыми сообщениями об их деятельности и детально изучала имперскую пропагандистскую машину в поисках намеков на беспокойство. К настоящему времени голонет оставался лишенным информации о восстании и саботаже на Kaшиике и Раксус Прайме, или упоминаний, что произошло с похищенными вуки, секретных проектах, требующих рабочей силы рабов, и собирающемся восстанием

Она сказала себе, что это не было плохим признаком. Нужные люди замечали, на обеих сторонах политического разделения. Император не мог не знать, что вооруженная оппозиция против его режима растет, и те, кто мечтал о его свержении и отстранении от власти, теперь имеют новых союзников делающих их сильнее.

Их миссия состояла в том, чтобы ждать информацию от Бейла Органа о подтверждающую что все вовлеченные могут наконец встретиться в месте, которое оставалось в данную минуту неопределенным. «Блуждающая Тень» прыгала три раза из системы в систему, оставаясь каждый раз на один шаг перед предполагаемым и слишком вероятным преследованием.

Задержка оказалась более долгой, чем она представляла. Это и пребывание на одном корабле со Старкиллером день за днем, только недолго общаясь и не задерживаясь в одном с ним помещении дольше, чем на несколько секунд. Она оставалась в рубке и зонах обслуживания корабля; он находился в своей каюте, где спал или ремонтировал ПРОКСИ. Koтa шатался между ними как гиря на натянутой пружине, еще более неприветливый и сосредоточенный на самом себе, чем обычно, после Раксус Прайма, хотя, почему это было, он отказывался говорить. Иногда напряженность была настолько велика в воздухе, что она чувствовала, что может утонуть в ней.

Все были в ожидании: восстание, планы Старкиллера, ее жизнь…

– А не могли мы полететь в Кореллию и там подождать сообщения? – спросила она Кота на седьмой день. – Я подозреваю, что это – то место, где должна состояться встреча. Не требуется быть идиотом, чтобы понять это, если вовлечен Белл Иблис.

– Тем более это – причина для нас, чтобы нас там не было, – ответил ей экс-джедай. -Если нас обнаружат в этом районе, это всех отпугнет.

– Они никогда не обнаружили бы нас, – заспорила она даже при том, что знала, что он был прав. – У нас есть маскировка и…

Она замолчала при звуке металлических шагов на палубе позади нее. Она повернулась вокруг и подняла руки, автоматически защищая себя после того, как в последний раз на нее в кабине напал дроид. Внезапная паника запульсировала по венам ее шеи.

– Я сожалею о нападении на вас, капитан Эклипс, – сказал ПРОКСИ с небольшим поклоном. – Пожалуйста, позвольте мне принести безграничное извинение за мои действия на Раксус Прайме. Ваше имя никогда не было в списке моих целей и не появилось бы никогда, если бы не Ядро, нарушившее мое первичное программирование. Я был рад, что я просто оставил вас без сознания, чтобы вы не последовали за мной и оказались источником тревоги. – Дроид снова поклонился. – У вас есть все права выкинуть меня в космос или сдать на металлолом, и я не буду возражать, если вы выберете оба варианта. Я многократно спорил с моим хозяином по этому поводу, но я остаюсь на этой точке зрения.

За плечами дроида она увидела Старкиллера, выглядящего злым и взволнованным одновременно, словно боящегося, что она могла бы на самом деле принять предложение ПРОКСИ.

– Нет, ПРОКСИ, – сказала она, заставляя себя сбросить свою оборонительную позу. – В этом нет необходимости. Давай просто забудем, что это произошло. Рада тебя снова видеть. Выглядишь совсем, как новый.

– Боюсь, что нет, капитан Эклипс, но спасибо за ваши добрые слова.

Он смотрел на нее с ожиданием, и она ломала голову, как сменить тему разговора.

– Ммм… мне надо осмотреть генератор заднего щита. Я думаю, что лучше обнаружить неисправность гетеродина сейчас, чем он откажет в нужный момент.

– Конечно, капитан Эклипс.

ПРОКСИ бодро зашагал прочь, и она подумала, что он имел ввиду говоря что находится в менее идеальном состоянии. Конечно, на «Блуждающей Тени» было бы тихо без бесконечных поединков между ним и его хозяином, но она предполагала, что теперь, когда он снова встал на ноги, все вернется в свое обычное русло. Может быть, признаки его дисфункции станут очевидными вовремя.

Старкиллер тоже смотрел на неё.

– Спасибо, – сказал он.

Юнона поворачивалась и сидела, потупившись.

– Ты уверен, что его процессор чист? Ядро, возможно, напичкало его всеми видами вирусов.

– Его сознание – его собственное, – заверил он ее. – Из всех нас, он, вероятно, единственный, кто может это сказать.

– Говори за себя, парень, – отозвался Кота.

Старкиллер взглянул на старого генерала.

– Скажи своему другу, сенатору Органа, что мы не собираемся вечно сидеть, сложа руки. Сопротивление должно действовать, а не сыпать обещаниями.

Он удалился в свою комнату, а она снова стала ждать. Казалось, это было единственным, что ей разрешалось делать.

Двумя днями ранее она оставила ее привычное место, чтобы освежиться. По ее возвращению, почувствовав себя намного лучше со свежей памятью и дыханием, она услышала разговор Koтa и Старкиллера в кокпите.

– … не могу определить твой стиль, – говорил старый генерал. – И это поможет мне понять, если ты скажешь мне, кто был твоим настоящим учителем.

– А кто говорит, что вы должны понять меня? – ответил Старкиллер. – Там будет Гарм Белл Иблис. Он ничего не знает о вас, и в военном смысле вы являетесь угрозой. Юнона задержала дыхание.

– Единственная угроза, о которой каждый должен беспокоиться – Император, – продолжил Старкиллер тоном, предполагающим, что беседа окончена. – Я могу снести его. Это – все, что вы должны знать.

Koтa долгое время молчал.

– Будь осторожным, парень. Когда ты говоришь так, я ощущаю тень темной стороны, обращающейся к тебе.

Эти два мужчины сидели в напряженной тишине. Когда Юноной решила, что настало время вмешаться, Старкиллер заговорил снова.

– На Фелуции, была девушка – ученик, который обратился на темную сторону. Я позволил ей уйти.

– Бейл рассказал мне. И что?

– Была ли у нее надежда, однажды оступившись?

Koтa щелкнул языком.

– Это то, что случилось с твоим учителем?

Старкиллер не ответил.

– Ах, – воскликнул Koтa, наконец. – Оставь меня в покое, парень. Ты мучаешь меня своим молчанием.

Юнона отступила скрывшись из виду, когда Старкиллер выходил из кабины. Когда дверь в его медитационную каюту закрылась за ним, она вошла в рубку и увидела, Koтa сидящим в кресле с закрытыми глазами, все еще обдумывающим что-то свое тайное.

Она почувствовала, что злится на них обоих. Что было с этими мужчинами, которые мучались в тишине, или говорили кругами о правде так, что душили ее? Она могла рассказать Кота о Старкиллере, что его слепые глаза бы лопнули, но его моральный уровень был не более высоким, чем у любого из них, с бесконечным отчаянием и постоянным желанием жаловаться. Конечно, никого на самом деле не заботило, как звали Старкиллера или кем был его учитель. То, что он сделал, было всем, что имело значение.

В зависимости от того, сказала она себе, что он на самом деле делал.

На восьмой день Старкиллер позвал ее и ПРОКСИ присоеденится к нему в медитационной каюте.

Она заколебалась, задаваясь вопросом, правильно ли она расслышала, затем оставила задумавшегося Koтa и направилась по гудящему кораблю. Дроид встретил ее у входа в медитационную каюту, и они вместе вошли в ее тусклое угловатое пространство.

Старкиллер занимал центр комнаты. Выражение его лица было очень серьезно. С шипением дверь закрывалась за ними.

– Стой там и не говори ничего, – сказал он ей, указывая на угол, где она будет скрыта в тени. – ПРОКСИ, сюда.