Шон Уильямс – Блудное Солнце (страница 36)

– Тогда скажите мне, Аталиа, – холодно проговорил он, – вы тот предатель, который ждет первой возможности, чтобы нанести мне удар в спину?

– Если я буду все отрицать, вы мне поверите?

Каджик улыбнулся. Он вдруг начал получать удовольствие от разговора.

– Вполне возможно. Но я все равно не стал бы вам доверять. – Каджик отвел взгляд, и улыбка исчезла с его лица, когда он вновь посмотрел на круговую диаграмму. – Возможно, мне не следовало задавать вам этот вопрос.

– Возможно. – Маккайв расправила плечи и сделала глубокий вдох. – Единственный способ выяснить, кто получил право включить аварийный рубильник, – постоянно наблюдать за всеми старшими офицерами. И посмотреть, кто из них ведет себя подозрительно.

– Пожалуй, – согласился он. – Однако я ничем не отличаюсь от любого другого Древнего человека: могу делать только одно дело одновременно; мои возможности ограничены. И...

...приоритет «золото-один».

– И мне необходимо сосредоточиться на решении более серьезных «проблем, нежели спасение собственной жизни.

Она выслушала его молча – возможно, с облегчением, – а он внимательно за ней наблюдал. Он сказал правду: сведения, в которых он нуждается, быть может, находятся совсем рядом, но он не может заняться их поиском. Каджик чувствовал, что его мысли постоянно возвращаются к необходимости выполнить приказ командования. Даже в такой критический момент он не в состоянии сделать несколько важных шагов, направленных на спасение собственной жизни. Для изъятия проклятого устройства пришлось бы нарушить волю Военного совета Этнарха.

– Аталиа, – сказал он после долгой паузы, – содержание нашего разговора должно остаться между нами. Мы будем продолжать исполнять свои обязанности так, словно ничего не произошло.

«А что ещё я могу сделать?» – задал Каджик себе вопрос.

То, что Совет не до конца ему доверяет – и никогда не доверял, – не должно помешать ему выполнить свой долг. В противном случае ему конец – вполне возможно, что Маккайв рассчитывала именно на такой исход, когда рассказала об аварийном рубильнике, – если, конечно, предатель именно она. Впрочем, она могла бы с легкостью солгать, защитив тем самым себя. Вместо этого она вывела его из равновесия, посеяв в душе зерна сомнений...

– Я согласна, сэр, – сказала она, выключая экран. – Когда мы захватим ИИ и выполним нашу миссию, возможно, мы вернемся к обсуждению данной проблемы.

«Да, – подумал Каджик, – а пока на кону стоит моя жизнь.

Малейшая ошибка – и...»

– Аталиа?

– Сэр?

– Пожалуйста, доведите до сознания майора Гиори, что его задача состоит в том, чтобы захватить ИИ и курьера. Коммандер Рош следует взять живой.

Каджик надеялся, что в этом случае, когда «Ана Верейн»

вернется домой, командование будет им особенно довольно.

– Есть, сэр. – Маккайв отдала честь и повернулась, чтобы уйти.

– И ещё одно.

Маккайв остановилась и снова посмотрела на мерцающее изображение Каджика.

– Расследование следует провести с максимальным соблюдением секретности. Техник, который участвовал...

– Уже... переведен, сэр, – ответила Маккайв. – Никто никогда не узнает правду.

И снова Каджик внимательно посмотрел на своего помощника, пытаясь определить, не лжет ли она ему, – и на сей раз ему показалось, будто он кое-что заметил. Слабая улыбка играла на её губах, казалось, она хочет добавить: Если только...

Каджик промолчал; пусть уж лучше держит его за болвана, чем думает, что страх сделал его слабым.

– Благодарю вас, сэр. – Маккайв повернулась и вышла из рубки.

ГЛАВА 11

Мир Сиакка Порт Парвати

'954.10.32 ДО

0900

Оранжевое солнце поднялось над горизонтом, озаряя косыми рассветными лучами Порт Парвати. Они медленно ползли по просыпающемуся городу, заглядываясь на торговцев, которые уже расставляли свои прилавки. Свет уверенно перемещался по пыльным улицам и усыпанным мусором переулкам, прогоняя ночные тени и заставляя открыть глаза тех, кто спал под открытым небом.

Даже в столь ранний час дела шли бойко. Шум двигателей заглушали громкие споры торгующихся покупателей и продавцов. Впрочем, все остальные звуки тонули в грохоте грузовика, на котором мчались по улицам города Рош и её спутники.

Сначала Рош равнодушно смотрела по сторонам, но когда они проезжали мимо множества самых разнообразных рынков, она вдруг ощутила, как её охватывает глубокая меланхолия, отражение которой читалось на лицах куда-то спешащих людей.

Если бы Порт Парвати находился на любой другой планете, его снесли бы много лет назад: просто сровняли бы с землей, и все, на большее он не годился.

Кроме того, Рош преследовал неприятный запах – к обычной вони мусора, свалок, малоэффективной дренажной системы и гниющих фруктов примешивалось нечто едва уловимое, какое-то гнетущее ощущение, окутывающее улицы, по которым они проезжали. Даже вонь метана, используемого в качестве топлива, казалась не такой сильной. Неожиданно Рош охватило отвращение – она наконец поняла, чем здесь пахнет: болезнью.

– Уничтоженный, – пробормотала она себе под нос, – и сожженный.

Эммерик наклонился к ней и спросил: – Что ты сказала? – Он постарался перекричать рев двигателя.

Рош покачала головой.

– Еще далеко?

– Около пяти минут.

Мбатан поднял руку, чтобы защитить глаза от солнца, и постучал по кабине водителя.

Грузовик неожиданно свернул в узкий переулок. Эммерик громко выругался и подхватил едва не упавшую Рош. Сервомеханизмы бронекостюма не успели вовремя среагировать на крутой поворот. Рессоры следовало заменить лет двадцать назад, подумала Рош; впрочем, сейчас состояние машины занимало её меньше всего.

Она внимательно смотрела по сторонам. Квартал, через который они проезжали, показался ей ещё более запущенным, чем все остальные. Низкие дома нуждались в ремонте.

Из-под широких веранд вслед грузовику опасливо поглядывали грязные малыши. Дети постарше играли в узких проходах между зданиями, и их грустные лица только усилили мрачное настроение Рош.

Большинство людей, отметила Рош, принадлежали к Древней расе – но не все. На планете содержались нарушители закона, не склонные к насилию – от клептоманов до специалистов по промышленному шпионажу, которых доставляли на Сиакку из самых разных уголков галактики, от Олмахоя до Гурна. Однако они казались похожими друг на друга – у всех одинаковые дешевые одеяния и широкополые шляпы. Одежда здесь определялась суровым климатом и скудными ресурсами, а вовсе не модой. Сама Рош накинула поверх бронекостюма свободный балахон и надеялась, что издалека её примут за худого мбатана.

Она провела ладонью по изношенной одежде и нахмурилась: – Как, черт подери, люди могут существовать в таких условиях?

Несмотря на шум, Эммерик расслышал её слова.

– В городе живет девяносто процентов населения, коммандер. Однако у них нет выбора. Им некуда уйти.

– Он говорит правду, Морган. – Голос Ящика четко звучал в её сознании. – На планете в основном живут заключенные и солдаты, и Порт Парвати является столицей и единственным крупным городом. Если не считать развалин, вроде Креста Хьютона, людям попросту некуда деваться.

– Неужели они не могут построить...

– Могут, конечно, хотя вопрос о том, хотят ли обитатели планеты улучшить условия своей жизни, остается открытым. А вот местные власти не желают никаких перемен. Так им легче следить за порядком. Чем больше городов, тем труднее решать вопросы безопасности.

Рош кивнула и повернулась к Эммерику спиной. Наблюдая за толпами людей на улицах города, Рош сообразила, что здесь гораздо меньше солдат, чем она опасалась. Лишь изредка она замечала патрули, которые напоминали, что они находятся в колонии, среди бывших преступников, а не на одной из беднейших планет СОИ.

Помахав рукой в тщетной попытке разогнать вонь от проходящего мимо стада скота, она вновь повернулась к Эммерику. Ей показалось, что у него в глазах блестят слезы.

– Неужели все кварталы Порта Парвати выглядят так?

Он покачал головой: – Мы на окраине. Как и в любом другом городе, здесь несколько очень разных районов.

Грузовик снова занесло, когда водитель сделал очередной крутой поворот. Однако на сей раз Рош была к этому готова, и бронекостюм помог ей сохранить равновесие. Когда машина выровнялась, Рош заглянула под брезент, натянутый над грузовой платформой. Крутой поворот не потревожил носилок, и лицо эканди не изменило страдальческого выражения, которое застыло на нем с самого начала путешествия. Веден так ни разу и не пришел в сознание – ни когда мбатан тащил его на спине во время перехода через подземные шахты под Крестом Хьютона, ни потом, когда они летели на старом самолетике с пропеллером, который приземлился на одном из крошечных аэродромов в Порту Парвати, где они прошли таможенный контроль, заплатив небольшую взятку в незнакомой Рош валюте. Майи ужасно из-за него переживала.

– Как он, Майи? – спросила Рош, которую гораздо больше беспокоила девушка, чем её друг.

Сначала Майи ничего не ответила, даже не шевельнулась.

Но Рош не сомневалась, что суринка слышала вопрос, – она повернула к Рош лицо, на котором застыла мрачная тоска.

Тихий голос суринки прозвучал в сознании Рош: – Я все ещё его чувствую. Он ушел куда-то очень далеко.

Может быть, он найдет там исцеление.

Или умрем, добавила про себя Рош, забыв, что Майи может, если пожелает, прочитать её мысли.