Шон Коэн – Пропавшая: Исчезновение Лорен Спирер. Правдивая история о том, как студентка исчезла у всех на виду (страница 3)

Девушка не увлекалась баскетболом, поэтому сразу взяла в руки телефон. А в те моменты, когда она все-таки включалась в разговор с друзьями, речь шла вовсе не об игре, а о ее парне.

С которым она снова поссорилась.

Этой весной отношения накалились до предела, особенно после возвращения Лорен из волонтерской поездки в Израиль на весенних каникулах в марте. На фоне тяжелого учебного периода неделя, проведенная за границей, принесла ей долгожданную передышку и помогла найти себя. Ее энтузиазм хорошо прослеживается в серии электронных писем ее родителям, где она описывает свои душевные беседы с раввинами и солдатами и долгие рабочие дни, в ходе которых она собирала сорняки на ферме и перекрашивала стены в жилом комплексе для малоимущих.

Вот что она писала родителям:

«Я проникаюсь КАЖДЫМ событием и наслаждаюсь каждой секундой. Я бескрайне благодарна за эту поездку: она меня преображает. Скучаю и люблю вас обоих! Целую, Лорен».

Учитывая, что родители знали о трудностях дочери, подобные письма вызывали у них восторг.

«Только что прочитала твое письмо папе, – ответила ей Шарлин. – Похоже, ты прекрасно проводишь время! Я рада, что тебе ПОНРАВИЛСЯ Израиль! Надеюсь, он не отнимет тебя у нас!!!»

По возвращении в Блумингтон Лорен загорелась идеей поехать в Европу на один семестр и заняться изучением моды. Однако Вульф не разделил ее энтузиазма. Он жаловался, что ради нее отказался от возможности учиться за границей и выражал сомнения насчет способности Лорен к самостоятельной жизни. На самом же деле Джесси просто боялся ее потерять. Во время разговоров о совместном будущем Вульф чувствовал ее неуверенность.

– Я столько вложил в отношения, что теперь придется жениться на этой девушке, – подшучивал парень в разговорах с друзьями.

Но Лорен всегда находила способы ему отказать.

– Я слишком молода для брака, – отвечала она, стоило Вульфу затронуть эту тему.

Лорен всего два года назад закончила школу и даже не достигла возраста, когда можно законно пить алкоголь в баре. Недавно она все-таки попыталась развеять тревогу Джесси, предложив ему купить ей кольцо. Поводом послужила их предстоящая третья годовщина в августе месяце.

Тем вечером Вульф смотрел финал НБА в компании своих приятелей, которые состояли в Alpha Epsilon Pi, школьном еврейском братстве, расположенном в километре к востоку от «Смоллвуда» и занимающем несколько домов. Хотя формально их исключили, этот факт отнюдь не помешал их крепкой дружбе. Многие ребята из компании были родом из Нью-Йорка, поэтому однокурсники придумали им прозвище – ПЛА (Придурки с Лонг-Айленда). И оно совсем не вызывало у них неприязни.

Дом Вульфа находился в квартале от братства, где сегодня он и его друзья сидели перед телевизором, курили травку и пили пиво.

Вульф держался спокойно, хотя на самом деле очень переживал за свое будущее с Лорен.

Пока Вульфа не было в городе несколькими днями ранее, Лорен вместе с компанией однокурсников отправилась в Индианаполис на одно из крупнейших спортивных событий в мире – «Инди-500» [2]. Для команды университета это мероприятие представляло интерес еще по одной причине: здесь проходила самая грандиозная вечеринка года, на которую съезжались сотни тысяч людей. В начале недели в штате свирепствовали торнадо – Лорен восхищалась разгулом стихии, отправляя матери фотографии поваленных деревьев на территории кампуса, – но когда она вместе с подружками приехала на автодром Индианаполиса, то радость быстро сошла на нет: из-за дождей повсюду была грязь.

Вульф на тот момент гостил у друга в Атланте, и пока Лорен принимала участие в двухдневном мероприятии, он поддерживал связь и с ней, и с некоторыми из товарищей по братству, которые присутствовали на «Инди-500». «Обезьяны», как они себя называли, передавали Джесси все подробности происходящего. Именно от них он узнал, что на его девушке был довольно откровенный наряд: обрезанная синяя футболка с изображением Барака Обамы, из-под которой проглядывал бюстгальтер.

Будучи студенткой факультета текстильного мерчендайзинга, девушка в игривой форме выразила гордость за первого чернокожего президента, который несколькими неделями ранее отдал приказ «морским котикам» ликвидировать организатора терактов 11 сентября Усаму бен Ладена.

Лорен и раньше придумывала дерзкие образы для своих друзей, но в данном случае речь шла о ней, и Вульфу это не нравилось.

Хуже того, с ней флиртовал новый парень.

Джесси довольно часто ревновал свою девушку. Парни нередко заглядывались на миниатюрную голубоглазую блондинку с приветливой улыбкой, поэтому на вечеринках в братстве, когда Лорен куда-то отлучалась, Вульф следовал за ней и наблюдал за ее общением с другими ребятами. Позже Джесси рассказал частным детективам Спиреров, что ребята пытались напоить ее, чтобы заняться с ней сексом.

– Меня чертовски это бесило, – рассказывал он следователям.

О неверности Лорен поговаривали и раньше, а в прошлом году один из слухов оказался настолько конкретным, что Вульф решил лично разобраться с обидчиком. Однако слухи не подтвердились: молодой человек был таким же безобидным, как и большинство парней, с которыми общалась Лорен. Многие признавали свою симпатию к ней, но кроме флирта не предпринимали никаких действий, зная, что у нее есть парень.

Однако новый поклонник заметно отличался от остальных. Кори Россмен был дерзким, наглым парнем, и ему было плевать на отношения Лорен с Джесси Вульфом. Россмен входил в круг их общих друзей, поэтому на Инди-500 он отправился вместе с ребятами. «Обезьяны» доложили Вульфу, что Россмен предлагал Лорен спиртное и кокаин на грязной асфальтированной парковке, где, собственно, и проходила вечеринка. А еще он с ней заигрывал, и она его не отвергала.

В тот день на Facebook появилась фотография: Россмен и Лорен находятся в палатке вместе с другими студентами и передают по кругу стеклянную трубку с марихуаной; возле их ног стоит пивная банка Busch Light. Лорен, с двух сторон окруженная друзьями, с улыбкой сидит на земле; ее волосы завязаны синей банданой. Справа, склонившись над Лорен, стоит улыбчивый Россмен в белой футболке и с всклокоченными белокурыми волосами.

Именно таких парней Вульф не переносил на дух. Наглых. Обольстительных. Игроков.

«Говорят, ты вызывающе одета», – написал Вульф Лорен.

Лорен не понравилось, что за ней шпионят – она ринулась через площадку прямиком к друзьям Вульфа и обрушилась на них с криками. В результате началась бурная переписка, которая продолжалась два дня и насчитывала более 200 сообщений. Дошло до того, что ее соседка по комнате заявила друзьям Вульфа, что тот «ведет себя как псих», за что Вульф позже потребовал от Лорен извинений.

После возвращения в город Лорен и Вульф помирились, и он остался ночевать в ее квартире в попытке погасить пламя последней ссоры. Но и Россмен тоже не сдавался: пока Вульф переписывался с Лорен в первые минуты баскетбольного матча, договариваясь о ночевке, Кори отправлял ей сообщения с приглашением на предматчевую вечеринку, которая проходила в его таунхаусе у ее друга Джея Розенбаума.

В тот вечер девушка испытывала сильнейшее давление.

В перерыве между игрой счет оставался равным. Как только Лорен допила бутылку вина, парни предложили ей травку, которую сами курили. Но ей захотелось чего-нибудь покрепче, чтобы успокоиться и снять напряжение.

Несколькими этажами выше располагалась квартира Брайана О’Коннора, парня ее соседки Хадар Тамир. Именно Брайан периодически доставал ей запрещенные препараты.

В тот вечер О’Коннор и его сосед по комнате устраивали собственную вечеринку.

Лорен и Рон вошли в его квартиру, когда студенты разливали виски и водку из бутылок, расставленных на кухонной столешнице.

Там Лорен случайно встретила своего друга из Грейт-Нека, Лонг-Айленд, который платил за колледж путем продажи наркотиков – в частности, «Ксанакса», популярного препарата среди жителей «Смоллвуда». Днем Спирер и О’Коннор уже обменивались сообщениями. Она хотела купить у него рецептурное успокоительное, но поскольку летом спрос на них снижался, парень не смог получить поставку из Пакистана. Тем не менее, будучи другом Лорен, О’Коннор согласился подняться на шестой этаж и спросить у приятеля, не осталось ли у него запасов.

А пока О’Коннор предложил Лорен кокаин. Он уже продал ей дозу на «Инди-500» и сейчас был готов отдать ей грамм за 40 долларов – скидка из-за ее соседства с его девушкой.

Лорен и Рон прошли в одну из пустующих спален и вынюхали по две дорожки. Тамир, заглянувшая внутрь, выразила беспокойство по поводу того, что Лорен смешивала алкоголь и наркотики, но быстро отступила.

Обычно Лорен умела держать себя в руках. В компании она была единственная, кто мог «отрываться» вместе с людьми вдвое крупнее ее и при этом не терять рассудок. Ее друг назвал ее «одной из самых веселых и жизнерадостных девушек, которая всегда была не прочь потусоваться».

Но только самые близкие друзья знали реальное положение дел: предыдущей осенью полиция выписала ей штраф за публичное появление в нетрезвом виде и обязала посещать собрания анонимных алкоголиков. И мало кто знал, что перед поступлением в Университет Индианы родители отправили ее на шестинедельную реабилитационную программу, чтобы помочь ей справиться с пристрастием к алкоголю и наркотикам.